До последнего - Майк Шэкл

Она увидела Анана, который на голову возвышался над остальными у баррикады с длинным рыбацким копьем в руке.

— Мы знаем, кто идет? — спросила она.

— Я послал одного из мальчишек посмотреть, — ответил старик. — Он быстрый, так что скоро мы узнаем.

Яс уставилась вдаль, на горы:

— Нам следовало бы разработать систему получше. Разные звуки рога или что-то в этом роде. Один для друга, два для Черепов или кого-то похожего.

— Да, — сказал Анан. — Ну, мы еще не совсем ханраны, так? В следующий раз мы это сделаем.

— Если будет следующий раз, — тихо ответила Яс.

Анан все равно ее услышал:

— Все будет хорошо.

В тот раз Яс оставила свое мнение при себе. Вместо этого она смотрела на дорогу, ожидая неизвестно каких ужасов, стараясь не думать о том, как хорошо все складывается после недели, проведенной на Хуторе. Почти такой, какой и должна быть нормальная жизнь.

— Парень возвращается, — сказал Анан, мотнув бородой в сторону дороги.

Яс прищурилась, сначала ничего не увидев, но потом заметила крошечную фигурку, которая бежала со всех ног.

— Клянусь Богами, у тебя хорошее зрение. Что думаешь? — Она крепче сжала тесак. — Неприятности?

Анан пожал плечами:

— Или нет.

Яс не знала, зачем она спросила. Жизнь ее научила, что ответ всегда один и тот же. Ничего хорошего.

Мальчик продолжал бежать к ним. Что бы это ни было, оно прибавило ему скорости и выносливости.

Яс уставилась на него, пытаясь понять, испугался парень или нет, убегал от угрозы или…

— Помощь! — закричал мальчик. — Им нужна помощь!

Яс взглянула на Анана.

— Помощь?

— Им нужна помощь, — снова закричал мальчик.

Жители Хутора Арлена поднялись из-за своих баррикад, но Яс снова заставила их отступить.

— Мы до сих пор не знаем, что происходит. Это может быть чертова ловушка.

— На мой взгляд, на ловушку это не похоже, — сказал Анан.

Яс свирепо посмотрела на старого дурака:

— В этом-то и заключается весь смысл ловушки, так?

Анан махнул копьем в сторону парня:

— Остановись там, Джессап.

Джессап остановился по другую сторону уставленной кольями траншеи, тяжело дыша:

— Они… они...

— Переведи дух, сынок. — Анан хлопнул мужчину, стоявшего рядом с ним, по плечу. — Принеси ему воды, ладно?

Джессапу удалось отдышаться прежде, чем мужчина добрался до него.

— На подходе раненые солдаты. Их тысячи. Им нужна помощь.

— Тысячи? — повторила Яс.

Парень кивнул:

— Похоже на то. Большинству из них плохо.

Яс посмотрела на Анана, не решаясь сказать то, чего боялась. Боги, есть ли среди них Хасан? Она закрыла глаза. Ей нужно собраться с духом. Сейчас не время проявлять слабость.

— Мы всегда знали, что люди могут пострадать, — сказал старик. — Лучше всего сделать так, как просит Джессап, и предложить свою помощь.

— Половина из нас должна остаться здесь, чтобы защищать деревню – на всякий случай, — сказала Яс. — А детей пока выпустите.

— Что насчет вас?

— Давайте посмотрим раненых.

Яс, Анан и две сотни ее людей последовали за Джессапом обратно к Северной дороге. Они привезли с собой несколько повозок, найденных в руинах Киесуна, нагруженных бурдюками с водой и бинтами. У них не было врачей, но несколько жителей деревни знали достаточно основ, чтобы быть полезными. Или, по крайней мере, Яс надеялась, что знали.

Она также взяла с собой Дина и Сорина — на всякий случай.

Ее разум был охвачен безумной смесью страха и трепета. Сколько еще людей погибнет на их глазах? Милостивые Боги, пусть все они будут мейгорцами.

Потребовался час, чтобы добраться до раненых. Час ходьбы по горным тропинкам, и каждый шаг уводил Яс все дальше от ее идеальной маленькой деревушки и возвращал к реалиям этого мира. Возвращал к войне.

В какой-то момент она увидела вдали почерневшие руины Киесуна. Когда-то этот город был всем, что она знала. Теперь она предпочла бы, чтобы его стерли с лица земли. Он был не более чем болезненным напоминанием о том, что она потеряла. Лучше сосредоточиться на будущем, на том, что могло быть.

А когда они увидели раненых? Ее сердце сжалось еще сильнее. Они заполнили Северную дорогу, простираясь, насколько хватало глаз. Не тысячи, как говорил Джессап, но более чем достаточно. И да помогут ей Боги, но первой мыслью Яс было то, что она бы не хотела, чтобы кто-то из них приближался к ее деревне. Нет, если они были иностранцами.

Она шла вдоль вереницы, пока ее люди работали, раздавая бурдюки с водой, обрабатывая раны или просто говоря несколько добрых слов, когда это было все, что они могли сделать.

Яс улыбалась и кивала, играя свою роль, но больше всего она смотрела на лица. Определяла, кто был джианином, а кто — мейгорцем. И, конечно, искала Хасана, молясь, чтобы его там не было, что он жив и невредим, а не мертв. Не такой, как остальные мужчины, которых она любила.

У них были травмы всех видов, от сломанных костей до отсутствующих конечностей, от обожженной кожи до порезанной плоти. Воздух наполнился гнилостным запахом, и не нужно было быть врачом, чтобы понять, что многие из них не доживут до конца недели, а некоторые и до конца следующего дня. Смерть витала над многими из них.

Слишком многими.

Яс потребовалось все ее мужество, чтобы не расплакаться и не отвернуться. Она заставила себя смотреть на их искаженные болью лица, испытывая то жалость, то облегчение, потому что она все еще не нашла лидера Ханран.

— Он все еще жив, — сказала она себе. — Пожалуйста, пусть он все еще будет жив.

— Яс! — Анан помахал ей рукой. С ним была женщина, которую она узнала, — Симона. Она была замужем за мейгорцем, знала язык и добровольно пошла в армию, чтобы помогать с переводом. Теперь она выглядела так, словно жалела, что не осталась дома. Одна ее рука была забинтована и висела на окровавленной перевязи, а лицо покрыто порезами и небольшими ожогами.

Рядом с ними стоял офицер из Мейгора, судя по тому, что осталось от его куртки. Его темные волосы были растрепаны, а в глазах застыла усталость. Он опирался на самодельный костыль, чтобы