Аврора. Заря сгорает дотла - Кейт Андерсенн

От неожиданно острого ощущения обиды на вероломство этого лиса, после того как они столько вместе пережили в той страшной пещере, у нее даже в носу засвербело и пришлось позорно всхлипнуть.

— Гад мерчевильский, не прощу ему никогда!

Фаррел усмехнулся ее вспышке и уточнил:

— И в чем заключалась идея?

Обиду сменило воодушевление. Ро подобрала одеяло и, завернувшись в него одним махом левой руки, плюхнулась обратно на стул. Безрезультатно пошарила ладонью по пустой тарелке в поисках очередного бутерброда, но — увы. Остался только упавший на пол огуречик, так и не покоренный упорным, но безуспешным какаду. Ро схватила корнишон указательным и большим пальцами и ожесточенно зажестикулировала:

— Смотри. Смерть Странника для народа будет лишь очередным запугиванием, очередной резней, и не вырастет ли из нее новой — неизвестно. Мы не знаем, сколько у них этих «личин» и активных приверженцев, кроме Седрика, Чарльза и Таурона. Что, если так: присматривать за ними, но без фанатизма. Пусть сами гадают, сказала я тебе правду или нет. Для народа на данный момент Странник пропал в море Белого Шепота. Можно даже эту идею как-то поддержать. А народ… их сердца на стороне якобы «справедливости», но что, если заставить их поверить… даже не заставить…, а показать, что это правда так — что справедливость у нас? В империи? Что сама по себе империя, сплоченность — это хорошо? Дать им надежду? В лавке продавать товары со всех королевств. Опера… пусть приезжают, сделаем скидку приезжим, в тавернах, например, бесплатный ночлег в ночь после представления? Чтобы люди… могли узнать друг друга, подружиться… Чтобы они поняли, что это правда стоит того? Еще… они ведь не путешествуют. А что, если организовать тур в море Духов? Знаешь, как оно прекрасно? Видел стелющийся туман и извержения вулканов по вечерам? И что, если провести пару дней там среднему жителю Стольного города вместо вот этих улиц и переулков, похожих на застенки? Да хоть и фестиваль королевы Мерче продублировать в Стольном... Фарр, есть столько способов!

Фаррел почесал подбородок и покачал головой.

— Эти все идеи ты взяла из… своего мира?

Ему, кажется, по-прежнему было трудно поверить.

— Наверно… Хотя, знаешь, у нас там тоже войны и разрозненность. Но… построить мир на страхе нельзя. А на любви — можно…

Ро смущенно притихла и случайно сунула огурец в рот. Фарр лишь поморщился, а она уже проглотила и продолжила, лишь бы только прервать скептичную пальцевую дробь по столу:

— И если мы потом все же поплывем на двадцать пятый мередиан… Не за звездной пылью, а за… доказательством, что когда-то ОК и так были одним целым…

Аврора с опаской покосилась на собеседника. Вайд барабанил пальцами по столу, уставившись туда, где ранее лежал кусок маринованного корнишона, и, кажется, заколебался в своем неверии в маяк на краю света.

— Вдруг тогда… Ну, ты понимаешь?

Фарр резко вынырнул из собственных дум, засмеялся и встал. Пригладил ее взъерошенные волосы.

— Мне нравится твой оптимизм, Ро. Не теряй его. Пусть я и не верю в то, что добро побеждает. Пусть весь мир не верит. Но ты — верь.

Почему она раньше не замечала, какие добрые искорки излучает его взгляд? Какая там темная светлость?.. Доброта спрятана в каждом, стоит только разбудить… Авроре казалось, что все ее существо растеклось овсянкой по стулу, и хотелось замурчать. Но из чувства протеста она лукаво прищурилась:

— Ты ведь согласен, что покорить море Белого Шепота будет полезно. Ты сам говорил — это важно для империи. А если мы одновременно совершим историческое открытие… Я не настаиваю, но — если… совсем случайно? И песка можно тогда собрать… Просто от нечего делать… И стеклышко для далекозора… И глянуть — ну, а вдруг…

— Да, — просто кивнул этот негодяй. — Пойду почитаю картотеку. Ты ведь все равно знаешь все, Ро. Да и после цитрусового зелья тянет на сон — разве нет?.. Иди спать.

Аврора зевнула. Ну как так получается, что он всюду прав?..

— Тиль говорила, они на друидском.

— Ничего страшного.

— Я немножко умею…

— А я не немножко. Не переживай.

Даже эффект зелья на мгновение ослаб.

— Ты?! Знаешь друидский?!

Фарр поднял бровь иронично.

— А почему бы мне и не знать? Дознавателям полагается некоторый уровень интеллигенции, знаешь ли. А ты думала, только Кастеллет способен научиться говорить с деревьями?

— Ну… даже Тильда не знает, а она как бы энциклопедия ходячая и прочее… Постой… ты и с деревьями говоришь?!

— Нет, с деревьями нет, — рассмеялся Фаррел. — Я, вообще, не уверен, что это возможно.

— А я бы хотела научиться… Когда дерево защитило меня от Беза… это было странно, знаешь… Ну, вот как?! Какое тут «невозможно», Фарр?! Я же сама видела!

— Мда… вот говорю — досталась же мне нареченная. Не то сирена, не то дитя леса, не то пришелица из другого мира… Не то заря.

— Ох, Фарр, ну что ты заладил про нареченную! — хотя Ро все равно зарделась. — Это уже не случайная оговорка!

— А кто сказал, что я оговорился?

-! А «нареченную» спросить? У вас так не принято в дражайшей империи ОК?

— А ты не хочешь ею быть? — поднял Фарр бровь.

— Если бы спросил — может, и захотела бы, а вот теперь…

Но все ее доводы закончились как всегда — когда он нагнулся через стол и поцеловал ее в губы. Совсем коротко. И совсем неожиданно. А потом добавил:

— Нареченной нарекает жизнь, Ро. Невеста — это решение, а нареченная — предназначение свыше, и кто мы, чтобы противиться тому, что давно решено?

Уснуть Ро не смогла. Сон морил не по-детски, но вот полноценно прийти… не смог. Она проваливалась в небытие на секунду, чтоб потом проснуться в поту от невнятного душного кошмара и таращиться в темноту с колотящимся в горле сердцем.

Пикси так и не материализовались, хотя с реальными ними можно было хотя бы разговаривать.

В конце концов Ро плюнула на все, размотала свою ларипетру, и та послушно блеснула фонариком, моментально вытащивший голову из-под крыла Какадук влез хозяйке на плечо (она, морщась, пересадила его на левое, здоровое), и отправилась искать библиотеку и Фаррела Вайда в ней. Протирая слипающиеся глаза и безуспешно унимая дрожь, безумно мечтая, чтоб тело унялось и можно было свалиться и заснуть.

Что за парадокс.

Обиталище