Цитоник - Брендон Сандерсон

Я решилась бросить взгляд на датчик сближения. Основная масса кораблей делверов повисла в пространстве. В замешательстве. О скад! План с беспилотником сработал!

– Им нелегко принимать решения, – тихо произнес Чет. – Они видят беспилотник и знают, что тебя на нем нет. Они могут чувствовать, что ты здесь… Вероятно, они чувствуют всех нас… кроме, может быть, лисопесчанки.

– Эй! – возмутился Хешо, сосредоточенный на собственных приборах управления. – Я не знаю, что такое песчанка, но слово, которое используют переводчики, не очень-то лестное. Если ты не откажешься от его использования, я буду звать тебя саншонодом!

– А что это? – поинтересовался Чет.

– Что-то вроде обезьяны, – ответил Хешо, – только воняет сильнее.

– Справедливо, – согласился Чет.

Основная масса кораблей делверов развернулась, чтобы преследовать беспилотник. Ну, где-то восемь десятков.

– Скад, – сказал Чет. – М-Бот прав. Они успели измениться из-за небольших различий, которые у них появились за время пребывания здесь. Так что вместо множества идентичных мы получили большое количество их вариаций.

– Они расходятся все дальше друг от друга, – прошептал Хешо, – словно две виноградные лозы от одного корня.

Ну, это уже что-то. Я заложила широкий вираж; тень моего корабля сделалась длинной, словно туннель.

Что-то прокатилось по нашему кораблю. Ощущение. Все рушилось, рвалось, разлеталось вдребезги. Превращалось в пыль. Голоса крошились, топали и затихали.

– Они в ярости, – сказала я. – Эта сотня – в особенности. Они поняли, что уже изменились.

Хешо мастерски исполнял свою роль, порхая над приборами, – он полагал, что много практиковался в этом «где-то»; он петлял и уклонялся, пытаясь привлечь внимание следующих за нами восьмидесяти кораблей.

Я снова сосредоточилась на двух с лишним десятках делверов, решивших последовать за мной. Я промчалась мимо них, уклоняясь от их выстрелов. Но я не предвидела того, как их близость подействует на меня. Потому что делверы ненавидели меня, и я это чувствовала. Это ощущалось как чудовищный жар, как искажающая воздух неправильность. Хотя появился нюанс. Небольшое изменение.

Погибель тоже его почувствовала, судя по пришедшему из моего кармана испуганному ощущению.

– Они ненавидят нас обоих, – прошептала я. – И еще одного из нас.

– Я предупреждал, что они захотят уничтожить меня, – сказал Чет.

– Нет, – возразила я. – Речь не о тебе. Тебя они хотят вернуть. Хотят помочь тебе, Чет. На свой ужасный лад.

Дело было в М-Боте. Да, они ненавидели меня и почти так же сильно – его.

«Мерзость. – Ощущение пришло ко мне сотню раз. – Уничтожить мерзость!»

– Они лишь сейчас поняли, что собой представляет М-Бот, – сказала я.

– А! – отозвался Чет. – Мы находились достаточно далеко, чтобы они не могли разобрать, что он такое. Но я удивлен, что они не поняли этого несколько часов назад.

Мой карман зачирикал.

– Думаю, М-Бот, Погибель помогла спрятать тебя, – сказала я. – По крайней мере, на протяжении последних нескольких часов.

Погибель еще раз засвиристела.

– Она извиняется, – сказала я. – Мы теперь слишком близко, и она не может больше тебя прятать.

– Слизняк? – сказал М-Бот. – Защитил меня?

Новая трель. Я обогнула еще одно скопление истребителей и лишь после этого нашла в себе силы ответить.

– Ты ей нравишься, – сказала я. – Думаю, она считает тебя миленьким гнездышком.

– Полагаю, это комплимент. Ну, в смысле, она же не стала бы использовать в качестве гнезда кого угодно. Но у меня же теперь другое тело.

– Она воспринимает тебя цитоническими чувствами, – объяснила я. – Так что ею ты ощущаешься все так же.

– Примечательно, – сказал М-Бот.

Так оно и было, но сейчас у меня не было времени размышлять об этом. Я вывела нас к двум десяткам кораблей, предпочитавших цепляться за меня. В результате у меня появилась возможность рвануть к световспышке.

На лице Хешо, наблюдающего за экраном, застыла гримаса сосредоточенности. К сожалению, большинство делверов прекратили преследовать его дрон и развернулись к нашему кораблю. Они не купились на приманку. Ну, не совсем. Они…

Неподалеку от нас вспыхнуло пламя. Хешо пробормотал самое вежливое ругательство из всех, которые мне доводилось слышать, и его лапы соскользнули с панели управления.

– Они прикончили мой дрон, – сказал он. – Мои извинения.

– Прощай, маленький я! – сказал М-Бот. – Это чувствовалось более… умиротворенно, чем я себе представлял. Как будто отключили электричество.

Я продолжала лететь, но, скад, датчики приближения говорили, что до световспышки еще минимум три минуты полета по прямой. А я не смела лететь прямо. Рой кораблей погнался за мной – и еще большее их число перестали преследовать дрон Хешо задолго до того, как тот был сбит. И теперь они преградили мне путь к световспышке, образовав барьер из стали и огня деструкторов.

Скад!

Я была вынуждена уйти в сторону. План сработал лучше, чем я надеялась, но этого оказалось недостаточно.

Нужно что-то сделать. Мне нужно прорваться.

Я спикировала к самой равнине, пронеслась над ней, поднимая струи пыли и земли, и нарастила обороты.

И они снова преградили мне путь.

«Спокойно, – подумала какая-то часть меня. – Есть время для ножа. Но не сейчас. Слушай. Как учила Бабуля…»

Я позволила своим инстинктам завладеть полетом. Я была слишком напряжена. Вместо полета я вернулась к основам. Да, здесь я научилась многому, но бабушка обучала меня задолго до этого. Она изначально учила меня слушать, позволять себе расширяться, слышать…

Делверы послали мне ощущение ненависти. Вместо того чтобы отвергнуть его, я поприветствовала его, приняла, как будто была океаном, а они – градом. Тяжело, да, но какое это имеет значение для океана?

«Вот оно!»

Что-то щелкнуло у меня в голове, и внезапно оказалось, что я точно знаю, что делает каждый из них. Я чувствовала их планы, их движения, их реакции. Я могла отследить каждого из них индивидуально, как не под силу нормальному человеческому мозгу, – так мне казалось.

Но мой мозг сейчас был сопряжен с чистым «нигде». С местом, где все времена были одним временем и все места – одним местом. Там не имело значения, противостою я одному вражескому кораблю или миллиону. До тех пор пока я слышала их разумы, я могла отследить их, понять их.

И предвосхитить их действия.

Мои руки двигались инстинктивно, откликаясь на эти новые сведения. На информацию, которую я обрабатывала со скоростью «нигде», а не со скоростью человеческого разума. Я уже делала это в прошлом – когда воевала с креллами, которые использовали устройства связи, базирующиеся на «нигде».

Теперь я сделала это с делверами. Я чувствовала, как они запаниковали, когда мои движения изменились и я начала изящно уклоняться от всех их выстрелов до единого. В ярости они попытались атаковать меня, пробраться в мой разум,