Люди идут по дороге - Сергей Владимирович Киреев

Предисловие

Здравствуй, читатель, перед тобой моя вторая книга песен и стихов. Первую, «Возле Чистых прудов», ты, надеюсь, прочитал или вскоре прочтёшь, и представление об авторе у тебя окончательно сформируется — «твой», «не твой», надо, не надо его читать, и т. д.

Коротко о том, кто я такой, чем занимался:

Родился 1 апреля 1956 г. в Томске, с 1957 г. живу в Москве.

В 1973 г. окончил математическую школу и поступил в Московский авиационный институт, через год бросил, пошёл работать в совхоз разнорабочим — пас коров, грузил мешки, копал, чинил, сено в стога складывал — уму-разуму, короче, учился.

Осенью 1974 г. работал грузчиком на Краснопресненской плодоовощной базе, с ноября 1974 до ноября 1976 служил в армии на Плесецком космодроме. После демобилизации работал на стройке жилых домов в Москве. С 1977 г. по 1981 г. учился на следователя в Московской Высшей школе МВД СССР, затем шесть лет работал следователем в разных районах Москвы — расследовал кражи, грабежи, разбои, угоны, мошенничество, хулиганство…

В 1987 г. опять ушёл в свободное плавание (в первый раз относительно свободно «поплыл», уйдя в 1974 г. из МАИ — см. выше). Конец 80-х — это гораздо более лихие годы в России, чем 90-е, для меня уж точно, — было очень трудно, но очень весело. В это время я занимался мелким, по нынешним временам, бизнесом — пока меня не позвал на работу в совместное советско-австрийское предприятие мой товарищ Леонид Заманский — настоящий герой тех лет — смелый, буйный, умный, неугомонный и очень сильный человек. У него я и начал работать, возглавляя одновременно службу безопасности и правовое управление. В конце 1993 г. партнёры Леонида наняли меня на должность председателя правления банка, входящего в общую структуру их холдинга, а по окончании контракта я ушёл в очередное свободное плавание, в итоге основав музыкальное издательство «Восточный ветер».

С 1998 по 2003 г. был его владельцем и директором — мы издавали в основном авторскую песню, идея была — заработать как можно больше денег, не отступая от основной гуманитарной миссии фирмы — сделать людей в России умней, добрей и счастливей. Первую задачу я, строго говоря, провалил — ничего не заработал по причине собственной низкой на тот момент управленческой квалификации; вторую — скорее всего, тоже провалил, но не факт — время покажет.

С сентября 2003 г. работаю на Косогорском металлургическом заводе — первые три года был директором по безопасности, затем стал генеральным директором и до сих пор им остаюсь.

К литературе, на первый взгляд, всё перечисленное не имеет отношения — какая разница, кого куда судьба бросала, что он там грузил, строил, сеял, плавил? От литератора остаётся то, что он написал, и больше ничего, биография порой вообще никак на связана с тем, что отразилось на бумаге. Но иногда читателю интересно узнать про автора, кто он такой и откуда взялся, на этот случай я и сообщил о себе некоторые данные.

Май, 2018

Раздел I

Первый раздел книги условно можно назвать лирикой — в нём о дружбе и любви, о расставаниях и потерях — всё больше о грустном; но, родившись первого апреля, долго грустным я быть не могу, поэтому и лирика в этом разделе порой несколько специфична, но уж какая есть.

«Помнишь, как влюбилась ты в юного спортсмена…»

Помнишь, как влюбилась ты в юного спортсмена,

В чемпиона области по прыжкам в длину?

Он в твоих объятиях, как в печи полено,

Был такой пропащий весь, как солдат в плену!

Свежие, румяные, вроде абрикосов,

Щёки твои гладил он, и при всём при том

За тобой ухлёстывал аспирант-философ —

Зверь такой нахрапистый — крокодил, питон! —

Всё хотел наброситься, и за шкирку — в жёны

Взять и утащить тебя: «Ты теперь мой тыл!»,

Чтоб потом дружки его — умники, пижоны

Языками цокали: ишь ты, отхватил!

Он анализировал Ленина и Маркса,

Он про диалектику долго мог болтать, —

Был похож на шизика, на пришельца с Марса,

Если эрудицией начинал блистать!

Свысока, критически глядя на спортсменов,

Тётки с тобой спорили: «Хоть он и красив,

Хоть высок и строен он, Аполлон твой хренов,

Всё же это слабенько в плане перспектив!

Вот марксист твой, ленинец, с кем ты тоже крутишь

Шашни полюбовные, он совсем иной —

Он в загранке был уже, с ним ты точно будешь

В самом лучшем перечне у страны родной!

Жизнь увидишь яркую, да в красивых блёстках,

Курс узнаешь истинный доллара к рублю».

Ты тогда ответила: «Есть одна загвоздка —

То, что я не этого, а того люблю!»

А они: «Да ладно уж, нас не агитируй!

Любишь — и люби себе, только меру знай!

Мы тебе ключи дадим от пустой квартиры,

Главное — с философом шанс не упускай!

Ну, а так — крутись, вертись, тут расклад несложный;

Да, спортсмен забавный твой, буйный, заводной,

Только за философом всё оно надежней,

Словно как за каменной, за большой стеной!

Нет, конечно, в Штаты он точно не поедет

Ихнюю компартию принципам учить,

Тут у нас поближе есть разные соседи —

Их с лихвой, в избытке тут, лясы с кем точить!»

…Помнишь, со спортсменом вы в парке напоследок

Шляясь, как лунатики, встретили рассвет?

Про марксиста-ленинца он не знал, не ведал.

Вам в ту пору стукнуло девятнадцать лет.

И его отправили в край глухой, унылый —

На два года в армию Родине служить.

Ты неделю целую плакала и выла,

А потом с философом вместе стала жить.

«Расскажи-ка, милый мой — ты к нему с вопросом, —

Сущность трансцендентная — это вот чего?

Как пойму, дружков твоих, дядек умных с носом

В дураках