Сказки для Полины - Евгений Юрьевич Угрюмов

СКАЗКИ ДЛЯ ПОЛИНЫ

Сказка про Ах-какую-прелесть, Водяника, Лягушку и птицу Сирин

Давным-давно, когда в речках не только рыбы и лягушки плавали, но и речные

лошадки водились, а в лесу не только зайцы и ёжики жили, но и чудесная птица

Сирин на ветке дуба сидела… да ты, наверное, и не знаешь, что это за птица

такая – Сирин? У птицы Сирин, как и у коварной Сирены, лицо человеческое, а

песни она поёт дивные, и стоит человеку только раз их услышать, он тут же

становится счастливым.

Так вот там и тогда жила девочка, такая красивая, что люди, встретив её где-

нибудь на прогулке, скажем, не могли не улыбнуться и не сказать «Ах, какая

пре-лесть», а рыбы, лягушки и водяные лошадки, когда Ах-Какая-Прелесть

сидела на бе-режку, выпрыгивали из воды, чтоб поглазеть на красоту.

Там, на бережку, приметил её Водяник и размечтался: «Вот бы мне такую

жену».

И так он размечтался, что даже перестал хлопать по воде ладошкой и пугать

этим людей, перестал ломать плотины и мельницы, перестал утаскивать в свою

глубину купальщиков, перестал кататься на общественных быках и лошадях, и

ещё много-много чего перестал, но зато теперь, к каждому приходу Ах-Какой-

Прелести, клал он на бе-режок, на травку, то букетик нежных и жёлтых

болотных ирисов, то ветку розового багульника, а то и целую горсть

разноцветных ракушек и только и ждал случая, когда на бережку появится Ах-

Какая-Прелесть, чтоб из тайника в камышах смотреть на неё и любоваться.

Показываться ей он не смел, потому что был уж очень некрасив: глаза у него

были выпучены, как у лягушки и, как у лягушки, между пальцами, на руках и на

ногах были перепонки. Нос был длиной чуть поменьше, чем клюв у журавля, а в

зелё-ной бороде запутались водоросли, рачки и раки.

Ах-Какая-Прелесть никак не могла представить себе, кто бы это мог дарить

такие приятные подарки и перебирала в уме всех женихов, которые хотели за

неё свататься и перебирала бы ещё долго, если бы не подскакала к ней однажды

лягушка и не сказала, что подарки эти от Водяника, и что Водяник (тут лягушка

приложила лапку к своему рту до ушей и перешла на секретный тон), что

Водяник, зашептала лягушка, кажется, мечтает взять Ах-Какую-Прелесть в

жёны.

Ах-Какая-Прелесть очень покраснела и попросила, если это можно, передать

Во-дянику большое спасибо за цветы и ракушки.

Однажды Ах-Какая-Прелесть передала через лягушку, что хотела бы

посмотреть на Водяника, потому что – не могла же она стать его женой, ни разу

перед этим с ним не повидавшись. Но Водяник передал, что этого сделать не

может, потому что – он уродлив и боится, что, увидев его, Ах-Какая-Прелесть

испугается и перестанет прихо-дить на бережок и тогда, даже и помечтать об

этом нельзя ему будет.

Но Ах-Какая-Прелесть настаивала, ей очень хотелось посмотреть на Водяника,

который дарил ей каждый раз цветы и передавал через лягушку приятные слова.

Наконец Водяник согласился, попросил, чтоб русалки вычесали ему морскими

гребешками бороду, оставив, при этом, раков, потому что раки в бороде, у них

под во-дой, считались признаком богатства и решил выехать на свидание с Ах-

Какой-Прелестью на Водяной Лошадке, но, в последний момент, передумал и

только показал-ся ей из камышей, да и то до половины.

Ах-Какая-Прелесть тут же, от страха, упала в обморок, а Водяник, в отчаянье,

вырвал у себя клок бороды и нырнул на самое дно.

Когда Ах-Какая-Прелесть пришла в себя и открыла потихоньку глаза; никого

уже не было – по речке плыли круги, а лягушка высунулась до половины из

воды и проква-кала: «Он же говорил – не надо! Он же говорил – не надо! Он же

говорил – не надо!»

Ах-Какая-Прелесть убежала домой; потом ей стало стыдно, и она вернулась и

забрала связку белоснежных лилий, последний подарок Водяника.

Несколько дней Ах-Какая-Прелесть не ходила на берег. Да и Водяник несколько

дней лежал, зарывшись в тину.

А потом Ах-Какая-Прелесть пришла; и Водяник снова засел в свою засаду в ка-

мышах. Снова начались переговоры: снова охи и вздохи, которые, по секрету,

Ах-Какой-Прелести передавала лягушка… но вздыхал и охал не только Водяник

– Ах-Какая-Прелесть тоже почувствовала, что без этих охов ей уже плохо, что

ей, когда она дома метёт пол или пропалывает морковку на грядке, уже не

хватает этих охов; что она хочет ещё раз увидеть Водяника.

Но теперь, Водяник не соглашался, ни в какую и передавал через лягушку, что

не достоин такой прелести и лучше он будет всю жизнь мечтать, мучиться и

возьмёт в жёны такую же уродину как он сам.

Это было уже слишком, и, после таких слов, Ах-Какая-Прелесть сама

замечтала… стать его женой.

«Ну и что, что у него раки в бороде, – говорила сама себе Ах-Какая-Прелесть, – и

что, что глаза такие большие? – она вспомнила даже, что от кого-то слышала,

что где-то большие глаза считаются признаком красоты, и чем больше, тем

красивее – зато он добрый, нежный, застенчивый и вообще…»

И Ах-Какая-Прелесть уже представляла себе, как они с Водяником, вдвоём,

сидят вечерком на лавочке перед домом и считают падающие звёзды, и

загадывают желания, а то и плавают вместе, взявшись за ручки, в глубине…

– Передай Водянику, – просила Ах-Какая-Прелесть лягушку, – что я хочу его

видеть.

И лягушка передавала и, приставив лапку к своему рту до ушей и переходя на

секретный тон, добавляла от себя: «А может – она уже готова пойти к тебе в

жёны».

Но Водяник, ни в какую: «Лучше возьму в жёны такую же уродину, как сам».

Да, это было уже слишком, и Ах-Какая-Прелесть пошла на край леса, туда, где

жила одна Вештица… да ты, конечно, не знаешь кто такая Вештица. У Вештицы

глазки косят, носик длинный и крючком, сама косматенькая, ножки

волосатенькие, и выглядит, как старушоночка, но самое главное – она знает

заклинания, может приготовлять волшебные мази и, как ведьма может летать

верхом на помеле.

Ах-Какая-Прелесть рассказала Вештице о своём случае, мол, Водяник…

«Лучше возьму в жёны такую же уродину, как сам».

– Это, пожалуйста, – сказала Вештица, – из уродливого Водяника красавца не

сде-лаешь, а тебя сделать уродиной – с удовольствием, и платы не возьму.

– Как это уродиной? – спросила Ах-Какая-Прелесть.

– Да так, – ответила Вештица, – твои прелести положим на полку, может, кому

пригодятся, а тебя подправим так, что будешь для Водяника вполне