Архипелаг раздора - Маргарита Вольная

Архипелаг раздора

Глава 1

— В этот раз она у меня получит! — грозно заявила королева и зашуршала длинной бархатной юбкой. — Какой стыд! Какой позор!

— Мама… — вздохнул Герман, едва поспевая за торопливыми шагами рассерженной женщины.

— Нет, даже не говори мне ничего!

— Она не сделала ничего ужасного.

— Не хватало ещё, чтобы она сделала ужасное! — небрежно отмахнулась та.

— Ты же знаешь, какая она любознательная…

— Любопытная!

— Сколько у неё интересов…

— Безрассудства!

— Она…

— Ты только подумай! — перебила королева и остановилась, чтобы повернуться к сыну. — Королевская дочь плавает с левиафанами! С этими мокрыми, агрессивными морскими существами! Более того, у неё там есть любимчик! Ты понимаешь, что это значит?!

— Что она любит животных?

— Не смешно! — Анна гордо подняла голову и продолжила путь по длинному коридору дворца, уставленному равнодушными статуями морских богинь. — Это значит, что она занимается этим уже давно!

— Какой кошмар, — шепнул себе под нос Герман.

Королева вновь остановилась, повернулась с изяществом и достоинством, в который раз подчеркивая принадлежность к династии Кордов, и одарила уничтожающим взглядом.

Мать всегда была такой: не в меру гордой, слишком серьёзной, чуточку надменной, но в то же время она обладала настоящей добротой, рассмотреть которую мог не каждый. Герман спокойно выдержал её взгляд и, когда тот стал остывать, мягко произнёс:

— Не наказывай её, пожалуйста.

Анна фыркнула. И снова шелест юбки глухо разнесся по широкому коридору, что вёл в королевские покои.

— Почему ты всегда защищаешь её?

— Она моя сестра.

— И что с того? Ты должен быть на моей стороне.

— Зачем делить семью на стороны?..

— Я не семью делю на стороны, я разделяю здравый смысл и беспросветную, отъявленную, глупую глупость!

— Глупую глупость?

— Ты понял, о чём я, — тряхнула головой мать, словно не она только что произнесла это.

— Марианна занимается тем, что ей интересно, так пусть занимается. Что она, по-твоему, должна делать в двадцать два?

— Да что угодно!

— Вот она и дел…

— У меня тьма прекрасных портних, завивальщиц волос! Мы устраиваем балы, приглашаем гостей, выезжаем в другие провинции, где полно молодых людей! У неё могла бы быть сказочная жизнь! А она учит астрономию, упражняется с мечом и вот теперь плавает с левиафанами! Королевская дочь! Принцесса! А что будет дальше?!

Анна жестом остановила стражу, что собиралась открыть перед ней тяжелые двери покоев, и с силой распахнула их сама. Словно тень она проскользнула внутрь, раздвинула зеленые портьеры и устремила взор к далекому горизонту моря.

— Твой отец не так всё себе представлял, — печально сказала она.

— Кто знает о его представлениях…

— Он никогда не думал, что не увидит, как растут его дети…

— Мам, — Герман обнял женщину за плечи, та похлопала его ладонью по запястью и мягко оттолкнула.

— Всё-всё-всё, я спокойна.

Королева вышла на просторный открытый балкон, опустилась в мягкое кресло, взяла трубку, заранее приготовленную для неё слугами, и с наслаждением втянула горьковатый дым.

— Присядь, — она кивнула сыну, и тот устроился рядом, неуклюже выставив ноги.

— Как тебе могут нравиться такие низкие кресла? — проворчал Герман.

Анна удивленно вытаращилась на него и, проигнорировав вопрос, начала говорить совсем о другом.

— Мне не хотелось рассказывать тебе об этом, но, кажется, всё зашло слишком далеко.

— Ты меня пугаешь…

— Нет-нет, со мной всё в порядке. Просто на наш остров проникли шпионы. Сперва я думала, это слухи, мало ли какие разбойники шастают у ордена…

— У ордена Асха шастают неизвестные, а ты говоришь мне об этом только сейчас?

— Тихо-тихо, не горячись. — Она втянула новую порцию дыма, удовлетворенно прищурившись, и продолжила: — Сам посуди, стал бы ты мне докладывать, если заметил парочку оборванцев у стен дворца?

— Докладывать, может, и не стал бы, но рассказал точно.

— Вот и я так подумала, зачем лишний раз тебя беспокоить. У тебя и без этого полно забот. Ты очень помогаешь мне, Герман. — Она быстро наклонилась к сыну, пожала его запястье и снова переключилась на трубку.

— Уже выяснили, кто это был?

— Пока нет. Но Виктор обеспокоен.

— То есть Виктор тоже знает?

— Конечно! Кто же ещё мог рассказать мне, что по ночам вокруг ордена шныряют незнакомцы?

— Мне он тоже ничего не сказал… Я был у него только вчера.

— Я попросила молчать.

— Что изменилось сегодня?

— Посмотри на океан, — королева ткнула длинным мундштуком воздух, — вон туда, левее. Что ты видишь?

Герман встал, прошелся про белому мраморному полу вперед и остановился. Чистейшая голубизна неба резко обрывалась спокойным величием океанской синевы. Волны тихо сливались между собой, сверкали отблесками солнца, превращая поверхность в слепящее серебро.

— И что там должно быть?

— Как? Уже ничего?

— Просто скажи, что я должен увидеть, — устало вздохнул принц.

— Фонтан. Один или несколько.

— Что?

— Ты редко смотришь на океан, мой милый, а ведь именно оттуда всегда исходила настоящая угроза.

Королева подошла к сыну, облокотилась на перила балкона и несколько минут всматривалась вдаль.

— Вон! Смотри! — неожиданно вскрикнула она и трубка выпала из её рук. — О, морские богини… — проворчала женщина, теряя интерес к океану, на горизонте которого появился слабый, почти не уловимый даже для зоркого глаза фонтан.

— Боевые киты? Чьи они? — встревожился Герман, когда наконец увидел то, на что ему указала мать.

— Да кто ж знает, — равнодушно пробубнила Анна, поглощенная разглядыванием изумрудных крон, куда упала её трубка.

— Вариантов немного…

— Да, всего-то четыре вражеских острова!

— Мы с ними не воюем, не надо так их называть.

— Это пока. Как только они пронюхают про силы, которые мы взращиваем в ордене, всё может измениться.

— Поэтому, может, стоит…

— Ничего не стоит! И слышать не хочу! — наконец королева оторвалась от поиска трубки и вернулась к беседе. Её прическа слегка растрепалась, и женщина заботливо уложила прядь черных волос за ухо. — Лучше давай подумаем, что нам делать с Водным.

— С Водным?

— Сегодня утром их король прислал мне письмо.

— Так значит, это киты Водного?

— Скорее всего, а я не говорила?

— Мама-а… — протянул Герман, возвращаясь к низкому неудобному креслу.

— Да-да-да, знаю, надо было сразу сказать, но я сегодня какая-то рассеянная. Сегодня очень жарко, на меня это дурно влияет!

— Что было в письме?

— Этот старый осёл расспрашивает меня про орден Асха. Ему интересно, что это такое. Он предполагает, что мы отказываемся от старой религии и хотим основать новую.

— Ордену Асха уже десять лет, а он только сейчас узнал о нём?

— Что лишний раз подтверждает моё мудрое правление! Представляешь, как