Системный Творец - Александр Сорокин

Системный Творец

Глава 1

Жизнь — это не взлет на ракете к звездам. Это метро. Ежедневное, душное, предсказуемое.

Один и тот же маршрут: дом-работа-дом. Один и тот же вагон, одни и те же усталые лица в телефонах. Мне было сорок лет, неплохая должность в солидной конторе, которую я ненавидел всеми фибрами души. Картонный стаканчик с кофе, утренние совещания, кипа бумаг, которые нужно подписать, чтобы они превратились в следующую кипу бумаг.

А ведь в детстве я грезил иным, мечтал стать космонавтом, чтобы бороздить бескрайние просторы Вселенной. Потом — отважным героем, спасающим миры. Но реальность оказалась куда прозаичнее. Она методично, день за днем, стирала блеск с глаз, подменяя мечты на ипотеку, а амбиции — на усталость к восьми вечера.

Этот день ничем не отличался от других. Я снова опаздывал, бежал по серому тротуару, жмурясь от накрапывающего дождя, с проклятием на губах — опять этот вечный цейтнот. В кармане жужжал телефон, наверняка начальник с его вечным «Вы где? Совещание через пять минут!».

Я поднял голову, чтобы бросить взгляд на надоевшие фасады, и замер. Ноги сами по себе прекратили движение.

Небо… его не было.

Вместо привычной пелены свинцовых туч над городом нависло нечто невообразимое. Гигантская, безразмерная плоскость, мерцающая блеклыми пикселями. Словно кто-то взял и вырвал кусок реальности, подменив его гигантским экраном сломанного компьютера. По этой неестественной поверхности ползли полосы, искажались цвета, вспыхивали и гасли ошибки — строки кода на неизвестном языке, слишком быстрые, чтобы их прочесть.

Глухой, нарастающий гул заполнил все вокруг, вытесняя звуки города. Люди на улице остановились, запрокинув головы, их лица искажались немым ужасом и непониманием. Кто-то пытался снимать происходящее на телефон, чьи-то губы шептали: «Что это? Съемки? Спецэффекты?».

Но это не были спецэффекты. Это было нечто иное. Холодный, нечеловеческий взгляд в самую суть мироздания, который вот-вот должен был обрушиться на нас.

Я стоял, не в силах пошевелиться, чувствуя, как ледяная волна парализующего страха поднимается от пяток к макушке. Мое сердце, привыкшее отстукивать ритм скучных будней, вдруг заколотилось как сумасшедшее, пытаясь вырваться из груди.

Последнее, что я увидел, прежде чем сознание погасло — это гигантская, охватившая все поле «зрения» надпись, вспыхнувшая кроваво-красным:

Критическая ошибка

А потом — абсолютная, всепоглощающая чернота.

* * *

Сознание вернулось резко, с ощущением, что меня вырвали из ледяной воды и швырнули на берег. Я судорожно вдохнул, и в груди закололо, будто я не дышал целую вечность. Воздух ударил в легкие, едкий и свежий одновременно, пахнущий мокрой землей, травой и чем-то неизвестным, диким.

Я кашлянул, с трудом поднялся на локти и замер.

Передо мной простиралось бескрайнее поле, уходящее к линии горизонта. Редкие островки зелени, сочной, яркой, будто только что вымытой дождем. Где-то далеко, пронзительно и одиноко, кричала птица — ее голос был резким, как скрежет по металлу.

Это было непохоже на парк, мимо которого я бежал секунду назад. Непохоже вообще ни на что виденное мной прежде.

Я машинально бросил взгляд на свои ладони, и у меня перехватило дыхание. Это были не мои руки. Ладони — меньше, уже, с гладкой, слишком молодой кожей, испачканной в земле. Я сжал пальцы — они послушались, но движение было чужим, странно легким и в то же время слабым. Я потрогал свое лицо — острые скулы, мягкая щека без привычной щетины.

Паника, острая и слепая, попыталась подняться из живота к горлу, но я судорожно глотнул воздух и подавил ее. Я научился этому давно. Когда рушится проект, срываются сроки или жизнь решает выбить тебя из колеи, главное — не паниковать. Сначала осмотрись. Потом думай. Потом действуй.

Я уже хотел подняться на ноги, чтобы осмотреться получше, когда мир передо мной дрогнул. Пространство словно качнулось, поплыло, и прямо в воздухе, в нескольких сантиметрах от моего лица, проявилась полупрозрачная, мягко светящаяся голубым надпись:

Система активирована

Добро пожаловать, Игрок

Приветствуем носителя Искры

В связи с пробуждением, активирован протокол «Инициации»

Ваша награда за подключение: Потёртый Топор

Я застыл, не веря своим глазам. Галлюцинация? Последствия удара по голове? Но текст висел в воздухе так четко, так материально, что не верить было невозможно.

Прямо передо мной пространство исказилось еще раз, будто его проткнули невидимой спицей. С тихим, металлическим лязгом на землю перед моими коленями упал… топор.

Он выглядел более чем непрезентабельно. Деревянная рукоять, потертая до гладкости в месте хвата, покрытая сетью мелких трещин. Лезвие — тупое, щербатое, покрытое пятнами рыжей ржавчины. Таким и дрова-то колоть было проблематично, не то что воевать. Он казался древним, выброшенным за ненадобностью хламом.

Но едва мои пальцы коснулись шершавой древесины рукояти, в воздухе всплыло новое сообщение, на этот раз — прямо над самим инструментом.

Потёртый Топор

Связанный путь: Активирован Путь Созидания.

Невелика мощь вначале, но постоянство ведёт к силе.

Урон: 1—3

Прочность: «Неразрушим»

Невозможно выбросить

Свойства:???

??? (скрытые параметры)

Навык «Работа с топором» (скрытый) активирован. Прогресс 0,5%.

Неразрушимый? Я снова посмотрел на жалкое лезвие. Серьезно? Этот кусок старого железа? Но система, похоже, не шутила.

Я медленно поднялся на ноги, окончательно осознав весь ужас своего положения. Мое тело было подростковым, на вид лет пятнадцати. Худое, жилистое, абсолютно незнакомое. Каждое движение отзывалось странной отстраненностью, будто я управлял сложной куклой, а не собственными конечностями.

И все-таки… Что это за место? Где я? Вопрос «как я тут очутился» уже казался слишком сложным. Важнее было понять что теперь делать. Но чтобы получить ответы в первую очередь нужно выжить.

Я медленно повернулся на месте, осматриваясь. Вокруг было поле, поле, и еще одно поле. Где-то вдалеке проглядывались очертания чего-то рукотворного, вроде бы стен. Из-за них поднимались тонкие струйки дыма. По всей видимости это было какое-то поселение.

Не раздумывая, я направился в ту сторону. Идти пришлось долго. Ноги, непривычные к ходьбе босиком по неровной земле, быстро начали ныть, тело ломило, но я шел, сжимая в руке топор — свой единственный якорь в этом новом, безумном мире.

По мере приближения стены становились все выше. У массивных ворот стояла одинокая фигура. Охранник, или дозорный. Он увидел меня задолго до того, как я приблизился. Его взгляд, тяжелый и презрительный, проводил меня от края поля и до самых ворот. Он молчал,