Они не поймут эти истории. Вдохновляющая автобиография солиста Black Veil Brides Энди Бирсака - Энди Бирсак

Энди Бирсак

Они не поймут эти истории: Вдохновляющая автобиография солиста Black Veil Brides Энди Бирсака

Иконы мировой музыки: жизнь по ту сторону сцены

They Don’t Need To Understand: Stories of Hope, Fear,

Family, Life, and Never Giving

Andy Biersack

Copyright © Andy Biersack and Ryan J. Downey

В коллаже на обложке использована фотография:

Copyright © Sthanlee B. Mirador / Sipa USA / Legion-media

Перевод с итальянского А. Маркина

© Маркина А., перевод на русский язык, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Вступление

Последние десять лет своей карьеры я чувствую себя так, будто пытаюсь продать телефон-раскладушку одному из покупателей в магазине Apple. Мне очень повезло записывать рок-музыку и гастролировать по миру с Black Veil Brides и в рамках моего сольного проекта.

Бродвейский мюзикл «Рок на века» высмеивает само существование этого жанра. Хард-рок, хэви-метал и панк-рок теперь считаются устаревшими направлениями. Однако мечта стать рок-исполнителем от этого кажется мне даже большим бунтом против системы, чем когда-либо раньше.

Как и многие люди, связавшие свою жизнь с творчеством, я был одиночкой: бросил школу и большую часть друзей завел онлайн. Так что мой образ основан на моих детских страхах.

Я основал группу в своем родном городе и говорил всем, что перееду в Калифорнию, как только мне исполнится восемнадцать. Когда этот день настал, остальные участники отказались ехать со мной. Но мне было все равно: я переехал из Цинциннати, штат Огайо, в Голливуд, где жил на заднем сиденье своего Cadillac El Dorado 98 года, потому что не мог позволить себе снимать жилье. Я просто не мог поступить иначе.

Характер у меня в какой-то степени несносный, но иначе мне бы просто не удалось достичь таких высот. Я был единственным ребенком в семье. Родители по моей просьбе брали у меня интервью, вопросы к которому я подготовил сам для себя, и снимали все это на камеру. «Ну да, мам», – говорил я, будучи не по годам развитым шестилеткой, – «Сейчас я самый известный рок-музыкант в мире, большое спасибо за вопрос».

Я хотел заниматься чем-то, что не было «работой» в традиционном смысле этого слова. Вместо этого я мечтал выступать на сцене в обтягивающих джинсах с накрашенными глазами. Хотел рассказывать истории, хотел зрелищности, артистизма, мечтал посвящать свои песни изгоям, идеалистам и иконоборцам. И мне было плевать, что большинство людей меня не понимало.

В написании этой книги мне помог мой близкий друг, Райан Дж. Дауни. На протяжении всей моей карьеры он брал у меня интервью в самых разных форматах и при самых разных обстоятельствах. Отказ от алкоголя позволил мне погрузиться в собственные воспоминания за обедом, ужином и кофе, выкраивая свободные минуты между турами и записями альбомов.

Иногда бывает очень трудно отличить свои настоящие воспоминания из детства от того, что мы «помним» благодаря рассказам взрослых.

Я помню, как, будучи еще совсем маленьким, путешествовал с моей мамой, которая в то время работала визажистом в Elizabeth Arden (ее навыки очень помогли мне в подростковом возрасте, когда я заинтересовался макияжем). На самом деле я всего этого не помню. Но когда кто-то рассказывает мне истории о тех временах, я отчетливо представляю себе, что видел и чувствовал в тот момент. Образы, которые рисует наше сознание, влияют на наши решения гораздо больше, чем мы осознаем. В особенности это касается творческих людей, поскольку у них хорошо развито образное мышление.

Еще будучи ребенком, устраивающим миниатюрные концерты с фигурками KISS в своей спальне, я знал, что хочу заниматься искусством и мое творчество должно находить отклик у других людей. Я очень рад, что во взрослом возрасте у меня появилась возможность осуществить эту мечту. Не собираюсь жаловаться на то, как усердно мне приходилось работать, или строить из себя мученика, который жил в своей машине и играл в подвалах и художественных галереях, просто чтобы выжить. Куда больше мне бы хотелось вспомнить свое выступление в O2 Academy в Лондоне, где на сцене работала пиротехника, в воздухе кружили конфетти, а в зале собиралось больше пяти тысяч фанатов. Надеюсь, что мое упорство послужит для читателей примером.

За последние десять лет я никогда особо не задумывался о том, доволен ли я тем, чего достиг. Вместо этого я думал о том, что должен двигаться дальше, доказать всем своим недоброжелателям, реальным и мнимым, что я добьюсь успеха и оставлю свой след в истории. Чем дальше я заглядываю в свое прошлое, тем смешнее мне становится от того, насколько я был одержим местью в те времена. Я хотел отомстить всем, кто не понимал меня.

Я не собираюсь травить типичные рокерские байки о том, как мы отрывались по полной. В нашей жизни было и такое, но я участвовал во всем этом «рок-н-рольном разврате» лишь для того, чтобы вжиться в роль. На самом деле я не такой человек. На протяжении своей карьеры я претерпел немало изменений, но в конце концов смог вернуться к своей сути, своему истинному «я».

Сейчас я вновь напоминаю себе того ребенка, которым был в самом начале своего пути. Иногда я сбивался с него, но мне удалось сохранить свою сущность.

В свой первый тур я отправился, когда мне едва исполнилось восемнадцать: бросил школу и переехал в Голливуд, следуя за мечтой. Беда в том, что в то время я понятия не имел, кто я такой. Лишь знал, кем хочу стать, по крайней мере, какой образ хочу себе создать. Но вскоре я попал в новый мир, который стремительно менялся, а у меня не было ни опыта, ни навыков, чтобы справиться со всеми трудностями жизни.

Я пытался подражать героям своего детства, лишь бы вписаться в общество людей постарше. В 2020 году, в годовщину нашего первого альбома We Stitch These Wounds и в год выпуска новой версии Re-Stitch These Wounds, я поймал себя на мысли о ранних днях Black Veil Brides. Тогда я говорил людям, что мне девятнадцать, в надежде, что они начнут воспринимать меня всерьез. Я врал, что слушаю «крутые» и «важные» группы, потому что боялся показаться недостаточно крутым.

Временами я мог даже вести себя грубо и неуважительно, чтобы казаться более «интересным» или «клевым». На поиск себя может уйти какое-то время. Когда