Только не она - Катрина Ланд

нему. Нас провели вовнутрь номера и с каждым шагом мои глаза раскрывались все больше и больше. Такой роскоши я не видела никогда и, наверное, больше никогда и не увижу. Это был не гостиничный номер, а целая огромная квартира, состоящая из нескольких комнат, при этом современный дизайн переплетался с дорогущей раритетной мебелью. Но никакого диссонанса не было, вероятно работали талантливые дизайнеры интерьеров. Здесь каждый элемент был на своем месте и дополнял друг друга.

— Подождете пару минут, сейчас Илона освободиться.

— Конечно, Ольга.

Снова заулыбался Фирсов и присел в одно из кресел, доставая свои записи и планшет. Я тоже не растерялась, встала в дальнем углу и вытащила из чехла фотоаппарат, прикрепив на него дополнительное освещение. Фирсов смотрел за моими манипуляциями и подкатывал глаза.

— Значит так, если хоть одна фотография не получится…

Он не успел договорить фразу, как в комнату вошла Илона Красина в сногшибательном бирюзовом платье. Ее светлые волосы были подняты в красивую высокую прическу, макияж был безукоризненым. Руслан тут же подскочил и поцеловал протянутую руку. По мне она лишь без интереса прошлась взглядом, как по пустому месту.

— Илона, такая честь, что вы решили дать интервью нашему журналу.

Напевал дифирамбы Фирсов. Он бы еще поклоны начал бить, подумала я. А Красина лишь продолжала снисходительно улыбаться. После череды стандартных вопросов, Руслан решил действовать своими методами.

— Илона, а правда ли то, что ваше сердце уже не свободно?

— Руслан, оно у меня всегда не свободно, я ведь влюблена в работу.

Пыталась она уйти от ответа.

— Но я ведь не о работе спрашиваю, а о вашем избраннике.

Лицо Красиной внезапно поменялось, став немного напряженным, а глаза потемнели. Я стояла и наблюдала за этой картиной. Наш самый лучший журналист продолжал давить на нее, но она оказалась еще тем крепким орешком. Внезапно в комнату впорхнула администратор Ольга и протянула трубку Красиной. Фирсов оживился, надеясь услышать что-то интересное, но, когда она заговорила на английском языке, совсем потерял интерес и уставился в свои записи. А я навострила уши и слушала, подходя все ближе и ближе. Илона весьма эмоционально вела диалог с собеседником и через несколько минут положила трубку, но мне этого было достаточно.

— Так на чем мы закончили?

Обратилась она к Фирсову, все с той же стандартной улыбкой, которая не сходила с ее лица.

— Простите, а во всех мировых СМИ было написано, что показ Сансет отменяется в этом году.

Спросила я Красину, выглядывая со своего укрытия. Ее глаза вспыхнули, как молнии и она недовольным тоном произнесла.

— Вы что подслушивали?

— Нет, вы просто очень громко разговаривали.

Сказала я и покосилась на Фирсова, который сидел и с изумлением смотрел на меня.

— Это не ваше дело, слушать чужие разговоры. Ваше дело фотоаппарат держать в руках и фотографировать таких звезд, как я.

Произнесла она ледяным тоном и поднялась со своего места.

— Руслан, перерыв пять минут, и повлияйте на свою коллегу.

Как только Илона скрылась в соседней комнате, громко хлопнув за собой дверью, Фирсов в несколько шагов подскочил ко мне, нависая надо мной, как гора.

— Ты что себе позволяешь? Ты зачем вообще рот свой открываешь?

Шипел он, а я прислушивалась к голосам за дверью. Один из них был нашей модели, а вот второй, мужской, показался мне знакомым.

— Ты мне уже испортила сегодняшний день, начиная с утра…

— Тшшш…

Сказала я шепотом, а глаза Руслана уже наполнялись безудержным гневом.

— Что значит тшш? Ты не забыла, с кем разговариваешь…

Пока он продолжал перечислять все свои регалии, я продолжала прислушиваться к голосам и могла с уверенностью предположить, кому принадлежит этот баритон.

— Если бы ты только знала сколько у меня премий, ты бы мне так рот не закрывала… А у скольких людей я брал интервью, тебе и не снилось. И ты, бездарность, смеешь влезать со своими репликами в мое интервью с мировой знаменитостью…

Я уже не могла это слушать, а лишь схватила его за руку и крепко сжала, после чего он остановил поток своих слов и с недоумением посмотрел на мою руку, касающуюся его.

— Руслан, зуб даю, за дверью Илона со своим женихом. И я, вроде, знаю кто он.

— Ой, что ты можешь знать… Даже я не влез со своими репликами, а ты влезла.

— Конечно не влез, ты же не знаешь английского, и сидел в планшете, надувшись, как мышь на крупу.

Он вырвал свою руку из моей, а за дверью послышался голос Илоны, подходящей к двери.

— Не знаю, поверишь ты мне или нет, как бы между прочим, спроси у нее про Константина. Посмотришь на ее реакцию…

Фирсов лишь испепелил меня взглядом и направился снова на свое место.

Илона вышла с гордо поднятой головой и прошла мимо меня, обдавая дорогим парфюмом. А я замерла, слушая, что скажет Фирсов на этот раз и как дальше поведет диалог.

— Илона, вы извините мою коллегу, за то, что невольно подслушала ваш разговор. Она новичок в журналистике…

— Руслан, я думаю она поняла, что это непрофессионально.

Произнесла Красина, а я еще больше сдвинула очки на переносицу и стала рассматривать фотоаппарат.

— Конечно. Илона, я хотел бы вернуться к своему вопросу, скажите, пожалуйста, вы еще долго будете скрывать от всех ваши отношения с Константином?

Щеки Красиной вспыхнули, и я поняла, мы попали в точку. Фирсов тоже понял это и расплылся в улыбке.

— Не знаю, откуда у вас информация, но я думала у вас приличный журнал, а вы оказались просто желтой газетенкой. Интервью закончено.

Сказала она, а я поняла, что на этом закончилось не только интервью, но и моя журналистская карьера. Фирсов готов был рвать и метать и не знал, как сгладить ситуацию. Смотрел на меня зверем. Тут же из соседней комнаты, как по свисту выскочила администратор Ольга и стала выпроваживать нас на выход. Точнее стала выпроваживать Руслана, который пытался что-то возражать, при этом не торопился вставать со своего места в надежде спасти ситуацию. Про меня все забыли и я не придумав ничего лучше и не подумав о последствиях, слегка приоткрыла деревянную дверь в соседнюю комнату и сфотографировала не видя даже что и кого, надеясь на удачу. Спустя несколько минут мы с позором были выставлены из президентского номера.

— Такого позора я еще не испытывал, чем ты думала, кто такой этот Константин? Почему перед моим интервью ты скрыла информацию о нем…

Руслан шел темнее тучи, а я плелась за ним.

— Значит, сейчас