Возвышение Меркурия. Книга 9 - Александр Кронос

Впрочем, вся эта конфигурация вызывала к жизни ещё один вопрос — на кого теперь сделать ставку? Изначально я планировал усадить на трон Алексея. Он был обязан мне излечением и до этого не замешан в большой политике. Что означало отсутствие ближнего круга, союзников и кредиторов того или иного формата, которые оказывали царевичу услуги, в надежде вернуть всё сторицей.

Но был ещё один фактор, который нельзя было не учитывать — отношение самого Алексея к Дарье. Он даже своё предложение об общем сборе рода опасался выдвинуть без моей поддержки. А потому у меня были сомнения, что царевич рискнёт бросить ей вызов в борьбе за корону. Сама она тоже вряд-ли отставит в сторону императорские амбиции. Что значило — при выдвижении сразу обоих Рюриковичей, наши силы окажутся расколоты. А ведь именно Дарья обеспечивала изоляцию Даниила. Да и Оболенский забрал Дмитрия в «гости» по её личной просьбе. Что до остальных, то сложно было сказать, кого они поддержат, оказавшись перед выбором. Более или менее, я был уверен только в Шуйском. Волконские и тем более Голицыны, легко могли принять сторону царевны. Там же, наверняка окажется и Оболенский.

Приемлемым вариантом, было бы двинуть на позицию правителя саму деву. Но это, в свою очередь, могло сказаться на уровне наших контактов с Алексеем. Плюс, мне требовался способ контроля над белокудрой валькирией. Этой ночью она показала, что способна сдерживать свои эмоции. Но могу поспорить, получаться у неё это будет не всегда.

— Дрр-р-раконица будет прр-р-равить, как надо! Это у неё в крр-р-рови!

Уловивший отблеск моих мыслей Сандал, прокомментировал рассуждения и я машинально повёл взглядом в сторону, найдя фигуру спутника. А в голову пришла неожиданная мысль.

— Почему ты так её зовёшь?

Странно, что идея задать этот вопрос, появилась только сейчас. С определённого момента, Сандал вёл себя так, как будто полностью на стороне девы. Сначала я списал на кратковременное впечатление от её поведения, но теперь уже не был в этом, так уверен.

— Её сила. Её тело. Её аурр-р-ра. В жилах девы наша крр-р-ровь!

Я вспомнил размеры и образ Сандала во время сражения за Пусан. Представил рядом смертную женщину. Дополнил всё это его фразой о «нежных чешуйках». Естественным путём такое точно не получилось бы. Но тогда, как? Кто-то из её предков оказался в Пробое, вытащил оттуда дракона и каким-то чудесным образом перенял часть его мощи? Или проложил портал в целый мир, населённый этой расой?

Попробовал обратиться с этим вопросом к спутнику, но получил вполне ожидаемый ответ.

— Я лишь чувствую нашу крр-р-ровь! Спрр-р-роси у неё самой, как так случилось.

Пожалуй, стоило привыкнуть, что Сандал зачастую говорит буквально, одновременно с этим немного лукавя. Как в тот раз, с картиной, что сейчас висела в родовой усадьбе. Он ведь не заявил напрямую, что является драконом. Да и на все мои последующие вопросы отмалчивался. Зато сразу сказал, что на картине изображён именно он. Сейчас, ситуация повторилась. С той небольшой разницей, что теперь он соизволил обсудить этот неожиданный поворот.

Что до его совета, то поговорить с царевной о предках Рюриковичей и их родовой силе, я в любом случае планировал. Как и задать пару вопросов о таинственном патриархе, которого упоминал Смольянинов.

Если над кандидатом в императоры, я ещё раздумывал, то в необходимости присутствия дополнительных сил, лояльных исключительно мне, был уверен. Олег неплох, но он до сих пор слабо ориентировался в ситуации. Я вообще раздумывал над тем, чтобы отправить его в империю Цин. Пусть обратит внимание на сельские районы и те города, где нет крупных Домов, что используют божественную силу. Тактика страха отлично сработала на Лецзюнь и их союзниках. Так почему бы не расширить её на весь Китай? Даже если он не станет запугивать их до состояние нервных припадков, а лишь слегка давить, это способно обеспечить серьёзный приток естественной божественной силы. Не говоря о том, что у Олега появится своя собственная «искра».

В конце концов, здесь от него пользы мало. С большинством противников я в состоянии разобраться сам, а гонять того, кто стоит в шаге от обретения божественной силы, с мелкими поручениями, как-то не слишком логично.

А вот Лера и команда Билли мне бы сейчас весьма пригодились. Да и Ульриха, возможно стоило сюда притащить. Правда, тогда в усадьбе останутся только Илва, Кристина с Ульяной, да Орлов. Сложно сказать, будет этого достаточно или нет? С одной стороны, текущих конфликтов, если не считать опереточной войны с патрицианскими родами, у меня не было. Да и та завершится утром — царевна обещала ввести вице-канцлера в курс дела, как только мы разберёмся с Даниилом.

Но если посмотреть под иным углом — угроза могла прийти с любого направления от знати империи Цин, до концессии Лаптевых, которые постепенно разворачивали свою инфраструктуру на территории Амурской области.

Конечно, отношения с первыми, после возвращения их принцессы, должны были улучшиться. А братья-бароны скорее всего будут повергнуты в самое ближайшее время. Но я бы не стал исключать возможность неожиданной атаки. К тому же, оставался фактор Чернокровых. Если к границам моих владений выйдет хотя бы пара членов Круга, под завязку накачанных энергией мёртвых душ, их мощи вполне хватит, чтобы прорвать оборонительный периметр. Да и противостоять силе алтаря, они вполне вероятно, смогут.

Потому, Ульриха видимо придётся вызвать уже после того, как вопрос с Чернокровыми будет окончательно закрыт. Пока же хватит морских охотников и Леры. Тем более, последняя сейчас могла создать солидное количество некроконструктов. Да и приедет вместе со своей свитой. Плюс, с ней полетит группа моих гвардейцев.

Звякнул дарфон — Асука сообщала, что Балакирев успешно захвачен. В отличие от Брезовского, этот попытался сражаться. Всё же, к нему явился не один из Рюриковичей, а всего лишь князь Волконский с гвардией, да один из княжичей Оболенских. Называть полуторавекового Одарённого в ранге Великого Мастера, княжичем, было немного странно. Но формально, именно такой титул он и носил.

Само собой, Чернокровый не стал пытаться перебить их. Всего лишь попробовал бежать, чего у него не вышло. Сейчас его везли к месту, которое мы определили в качестве места встречи и чего-то вроде временного штаба контр-заговора — Львовскому дворцу. Насколько я понимал, по договорённости внутри рода, он находился под контролем Дарьи. Тогда как Михайловский, где проходили переговоры, был условно ничейным. А в целом, являлся местом для встреч императора с зарубежными гостями и дипломатами. Что отчасти стало причиной гнева царевны — семья Великого Князя Константина использовала для переговоров не свой собственный дворец, который у них был один на всех, а притащила японцев в тот, которым обычно пользовался только правитель империи.

Корпус императорской больницы впечатлял — сложная артефакторная система, мощная защита от проникновения призрачных конструктов и сразу несколько резервных контуров, завязанных на объёмные накопители.

Сейчас мои силы значительно выросли — при необходимости, я мог бы дать Сандалу достаточно мощи, чтобы вскрыть барьер, а Мьёльнир наверняка бы справился с основной защитой, пока дракон крушил физическую основу резервных контуров. Да и я сам, действуя лишь при помощи энергии «искры», мог пробиться. Но на это ушло бы немало времени. И это с учётом того, что больницу бы штурмовал римский бог. У смертных Одарённых, шансов проникнуть внутрь, практически не было. Разве что сюда явится кто-то вроде Шуйского. Или Оболенского — сам я его не видел, но судя по рассказам, князь был запредельно силён.

Покинувшая здание царевна снова уселась в машину и дала приказ отправляться во дворец. Когда мы отъехали, я повернул к деве голову.

— А они его не выпустят?

Та удивлённо подняла брови и я объяснил.

— Он ведь тоже Рюрикович, а ты не императрица.

Вот теперь смертная уловила подтекст вопроса. И отрицательно качнула головой.

— Отец передал мне контроль над артефакторной системой больницы ещё три года назад. А все врачи и охрана принесли отдельную клятву на Даре, выполнять мои приказы.

Вот теперь настал мой черёд удивляться. Судя по тому, что я успел увидеть, спокойным нравом