Тест на измену - Инна Инфинити

— Не так цинично, но хотелось бы знать, если ты действительно чем-то серьезно болеешь. Академ отпуск просто так не берут. Тем более я помню, что ты тогда никакой академ не планировала. Так что же произошло?

— Ничего из того, что сейчас бы мешало мне работать.

Выдерживаю его взгляд и даю понять, что не отвечу на вопрос. Паша возвращается к моему личному делу. Молча его листает, задерживается на каких-то страницах, но вопросов больше не задаёт. Там, кстати, и информация про Рому есть. При трудоустройстве нужно было рассказать про всех ближайших родственников: где учились, чем занимаются и так далее.

Я же, пользуясь случаем, рассматриваю Павла с нескрываемым любопытством. В голове крутятся его слова: «Я безмерно тебе благодарен за то, что избавила меня от удавки под названием «жена». Не знаю, чем я думал, когда решил жениться в двадцать два года. Наверное, спутал спермотоксикоз с любовью».

Почему-то сказанное Пашей задевает меня за живое. Мне неприятно. Даже немного больно. То есть, я была бы для него удавкой?

А что если и Рома считает меня удавкой? Поэтому полез на сайт знакомств. И означает ли это, что со временем Паша тоже захотел бы мне изменить? Про спермотоксикоз вообще не поняла. Паша мне такие свидания устраивал, такие признания шептал, так ко всем ревновал — и это была не любовь? А когда я сообщила ему о том, что полюбила другого? У него такая боль в глазах была, как будто я в прямом смысле вонзила ему кинжал в сердце. Это тоже был спермотоксикоз?

— Ладно, мне все про тебя ясно, — закрывает мое личное дело и отбрасывает в сторону. — Давай так. Испытательный срок два месяца. Если за это время ты обеспечишь компании регулярное появление в ведущих деловых СМИ страны, то останешься на своей должности. Если нет, то будем прощаться.

Холоден. Чёрств. Бессердечен.

— Я вас поняла, Павел Александрович, — отвечаю и встаю со стула.

Идя до двери, чувствую, как от его взгляда горит между лопаток.

Глава 8. Козел

— Ну как вам новый генеральный? — нервно хмыкает на обеде Лена.

Света и Лера дружно кривят лица и закатывают глаза.

— Вызывал уже вас? — продолжает спрашивать.

Света с Лерой отрицательно качают головой.

— Меня вызывал, — бурчу, вяло ковыряя вилкой в тарелке с рисом и котлетой.

Лена секунду медлит.

— Что говорил? — все же решается спросить. Я доверяю Лене, она не выдаст другим коллегам, что у меня и Павла Александровича было совместное прошлое.

— Дал мне два месяца испытательного срока.

Три пары глаз уставились на меня в недоумении.

— Предыдущий гендир же не хотел мелькать в прессе, а этот наоборот хочет. Сказал, что если не обеспечу регулярное появление компании в СМИ, то будем прощаться.

Я не очень понимаю, что Паша имел в виду под словом «регулярное». Я бы хотела получить от него четкие требования: столько-то упоминаний компании в СМИ в месяц. Но лишний раз идти к Паше и о чем-то с ним говорить желания нет.

— А мне сказал, что нанимает команду аудиторов, чтобы проверили всю бухгалтерию, — грустно вещает Лена. — Если найдут серьёзные ошибки, то тоже будем прощаться.

— А говорил что-нибудь про то, что ты не замужем и нет детей? Мол, в любой момент можешь выйти замуж и уйти в декрет?

— Нет, про это не говорил.

— А мне говорил.

Девчонки снова уставились на меня с любопытством.

— Ты же замужем, — резонно замечает Света.

— А детей нет. Он сказал, что на ключевых должностях предпочитает держать мужчин или женщин с детьми. Бездетная, но замужняя, может в любой момент уйти в декрет и придется искать ей замену.

— Нет, мне он ничего подобного не говорил, — отрицательно качает головой Лена. — Вообще про личную жизнь не спрашивал. Все вопросы были только про бухгалтерию. В конце сказал, что примет решение, оставлять ли меня на должности главбуха, после аудиторской проверки.

Как интересно. Меня, значит, пытал о детях, а у Лены даже не поинтересовался, замужем ли она. А вдруг главный бухгалтер уйдёт в декрет и некем будет заменить? К слову, Лена спит и видит, когда выйдет замуж и родит.

— Какой же он козел! — возмущённо выпаливает Лера. — Теперь я понимаю, почему его бросила невеста перед свадьбой.

Вилка выпадает из рук прямиком в котлету с рисом. Поднимаю лицо на коллегу. Припоминаю сейчас, что вчера она хвасталась знанием инсайдерской информации о личной жизни гендиректора. В частности, о том, что он не женат, потому что его перед свадьбой бросила невеста.

По позвоночнику проступает испарина.

— Откуда ты это знаешь? — спрашиваю могильным голосом. Я бы не хотела, чтобы по компании ползли слухи обо мне и Паше.

— У меня надежные источники, — отвечает с хитрым видом.

— Лер, я серьезно. Откуда тебе это известно?

В груди шевелится неприятное волнение. Коллега сомневается, говорить или нет. В итоге сдаётся. Придвигается поближе к центру стола и заговорщицки шепчет:

— Короче, моя бывшая однокурсница работает в строительной компании его родителей. Он тоже там раньше работал на должности вице-президента, был заместителем своего отца. Ну и вот там про Павла Александровича шептались, что его бросила невеста. Только это очень давно было.

— Кто она? — уточняю, затаив дыхание.

— Этого я не знаю.

— А сейчас у него есть девушка? — с любопытством спрашивает Света.

Спасибо ей за вопрос. Мне тоже интересно.

— Тоже не знаю. Но моя подруга говорила, что его бывшая секретарша говорила, что он ни разу не просил ее забронировать ему столик в ресторане на двоих или отправить какой-нибудь девушке цветы.

— Это ничего не значит. Он мог сам бронировать столики и отправлять курьером букеты, — пожимает плечами Света.

Да, это ничего не значит. Я вообще не представляю, чтобы Паша кому-то поручал делать столь личные вещи, как выбирать своей