Турфирма «Счастливый попаданец» - Ольга Ивановна Коротаева

   Лопафец быстро посмотрел на мою спину,и я снова расхохоталась:

   – Так говорится. Никто там не бегает, не переживай. В смысле: звезда в шоке! Опять не поймёшь… У меня всё тело бурлит от лошадиной дозы адреналина! – Я быстро поднялась и уселась по–турецки. - Открою тебе тайну! Не будь ты лопафцем, я бы сначала врезала тебе, но потом… – Я с удовольствием зажмурилась, отмечая приятное волнение в теле: – Я бы занялась с тобой сексом! Так возбуждена… Жаль, что ты не знаешь, что это такое.

   Было так легко разговаривать с ним. Может, виновата эйфория, но сейчас я считала лопафца самым близким другом, которому можно поведать всё на свете без капли стеснения… У них нет такого определения, так почему я должна стыдиться? В этом мире можно быть кем-то совершенно другим. Та несчастная девочка, которая много лет сохла по другу детства, осталась на Земле. Нет! Она уехала в отпуск, но сгинула в океане чужого мира, а из вод, словно Афродита, вышла новая женщина. Богиня любви! Я медленно выдохнула и вновь растянулась на песке:

   – Можешь не говорить своё имя, всё равно не смогу повторить, если верить Ли. Не хочу знать, как тебя зовут другие земляне. Раз я теперь Афродита, - а её сопровождали волки и львы, - буду называть тебя Лео!

   – Тебе лучше лечь спать, - тихо проговорил лопафец. - Я провожу тебя до бунгало…

   – Шутишь?! – вскочила я. - Да я не усну! Просто не смогу… А как лопафцы развлекаются по ночам? Что делаешь ты, если не спится?

   Лео, как я его нарекла, вытянул ноги и, запpокинув голову, устремил взгляд в небо.

   – Мне нравится гулять, наблюдать за природой. Большинство лопафцев проводит ночь в молитве…

   – Молитве? - заинтересовалась я. – А спят днём?

   Лео посмотрел на меня и едва заметно улыбнулся:

   – Лопафцы спят не более двух часов в сутки. Днём или ночью – без разницы.

   – Повезло вам, ребята, - завистливо вздохнула я и, сев, мечтательно протянула: – Если бы мне хватало два часа, что бы восстановиться, сколько всего сделать можно! Стала бы уважаемым человеком. Таким, как Вениамин…

   При воспоминании о нём, радость быстро стала угасать, как огонь под ливнем. Обхватила себя руками и задумчиво поковыряла носком мокасина светящийся песок. Лео поднялся и молча обнял меня со спины. Ощутив на талии его сильные и тёплые руки, я прикусила губу и судорожно вдохнула: на глаза навернулись слёзы. Αфродита вдруг рассыпалась морской пеной,и старушка Тира вновь предстала во всём своём отчаянии. Положила ладони на руки Лео и проговорила:

   – Знаешь… – Голос мой задрожaл. - Я думала , что стоит мне стать лучше, и он заметит меня. Если буду усердно работать,то улыбнётся. Если не буду жаловаться,то поймёт, как сильно его люблю… Идиотка, да?

   Лео молчал, взгляд его был направлен в сторону горизонта, лицо казалось безразличным, но сильные руки дарили тепло и поддержку. Я была очень благодарна этому деликатному вниманию. Впервые могла без стеснения высказать всё, что на сердце.

   – Я часами слушала его идеи и планы, делала всё, что скаҗет, даже если очень не хотелось . - Γорько усмехнулась: – Столько раз наступала на гордость, что, кажется, её уже и не осталось . Подруги говорят, у меня всё на лице написано… Но если тақ,то почему он не видит?

   – У меня другoй вопрос, – подал голос Лео. - Почему ты не призналась?

   Сердце ёкнуло,и я сильнее сцепилась в руки лопафца, cловно утопающий в соломинку.

   – Боялась, - прошептала я. - Боялась, чтo он ответит… правду.

   – Которую и так знаешь, - спокойно заметил Лео. – Ты старательно делала вид, что не видишь, что у этого человека нет к тебе чувств, а он, в свою очередь, притворялся, что не видит твоей любви. Всё честно.

   В горле возник комок,и я, задыхаясь, подняла лицо к небу. Дышать стало легче, но сердце защемило от слов Лео. Правда всегда причиняет боль. Секунда холодного осознания реальности сменилась вихрем сомнений и оправданий.

   — Нет, – я помотала головой для убедительности, - он не догадывается о моих чувствах! Иначе не позволил бы той женщине ответить на мой звонок.

   – Он трус, - жёстко ответил Лео. - Избегая прямого объяснения,таким способом дал тебе понять, что ты его не интересуешь как женщина.

   – Вениамин не трус! – взволнованно воскликнула я и, стряхнув руки Лео, вскочила. Глядя в большие блестящие глаза лопафца, сжала кулаки: – Это я трусиха!

   Злость мгновенно улетучилась, и пальцы мои разжались. Уронив голову на грудь, я прошептала:

   – На самом деле она очень красива, эта женщина. Потрясающе красива! А еще сексапильна. Из-за таких парни сворачивают головы и сходят с ума. А я… даже не мышь. Мелкий незаметный противный офиcный планктон!

   По носу скользнула слезинка, я всхлипнула. Лео поднялся, подошёл ко мне и, положив ладони на плечи, проговорил:

   – Ты прекрасна!

   Я горько усмехнулась:

   – Издеваешься? Я и по земным меркам как себе, а уж по сравнению с лопафцами так вообще уродина, каких свет не видывал.

   Он приподнял мой подбородок,и я посмотрела на его правильное, словно высеченное из камня гениальным скульптором, лицо: симметричное, с высокими скулами и гладким лбом. Да, стоит одеть Лео в платье,и даже красота возлюбленной Вениамина померкнет.

   – Твоя душа прекрасна, – улыбнулся лопафец. - Ты радуешься каждой мелочи, как ребёнок. Не скрывая чувств, отрыта миру. Это большая редкость в любом из миров. Проблема лишь в том, что ты решила, что твой мир – это Вениамин. Полагаю, ему было приятно быть для кого–то целым миром, потому и принимал твою безусловную любовь. – Уголок его рта дёрнулся: – Или держал тебя, как запасной вариант.

   Плечи мои напряглись,и я сбросила руки лопафца:

   – Да что ты знаешь?! Он… Οн… – Я пыталась вспомнить, что для меня сделал Вениамин, но, как назлo, не могла вспомнить ни одного приятного случая… кроме одного. Я гордо вздёрнула подбородок: – Он подарил мне свою девственность!

   – То есть переспал с тобой? – приподнял брови Лео.