Наши гости - Анна Пайтык

Я почувствовал, что начал уставать. Но тем не менее не собирался бросать свое дело на полпути. Я хотел докопать до конца норы. Я ведь мужчина, значит, должен уметь держать свое слово. Но тут случилось непредвиденное: нора, которую я разрывал, вдруг разделилась на три канала. Я стоял, опершись на лопату, и размышлял, что же теперь делать. В таких случаях всегда легко бывает в сказках. Идет по дороге бедняк в поисках счастья. И вдруг дорога разветвляется на три тропинки. Бедняк стоит и раздумывает, по какой из них идти. И именно в эту минуту откуда-нибудь появляется старая колдунья. "Если пойдешь направо, попадешь в дом белого дива, пойдешь по левой, к черному диву придешь. Пойдешь прямо, найдешь то, что ищешь", — скажет она и скроется из виду. Но сколько я ни оглядывался по сторонам, не увидел никого, кто мог бы подсказать мне верный путь. Но как бы там ни было, я тоже решил копать средний канал, как в сказках. "Интересно, почему крольчиха вырыла себе такую нору? Сначала длинный коридор, а потом от него как бы три отдельные комнаты. Может, каждому крольчонку по комнате и себе одну? Но неужели у крольчихи всего два детеныша? Наша кошка меньше, и то она в сарае за одну ночь сразу шесть котят выродила…"

Я стал с ожесточением рыть дальше. И вдруг из-за зарослей тамариска, которые были выше человеческого роста, показалась темная тень. Я приставил ладонь козырьком к глазам, посмотрел в ту сторону и увидел дедушку. На своем ишаке он ехал прямо ко мне.

— Вон, оказывается, ты где, разбойник!

Я не ответил дедушке, словно он был виноват в том, что я не могу отыскать крольчиху. Сделав вид, что не замечаю его, продолжал рыть нору. Но дедушка не обратил внимания на мой хмурый вид. Напротив, он улыбался. Он радовался и улыбался и тогда, когда мы нашли желтые дыни. Но все равно на лице его можно было прочитать затаенную грусть. Сейчас же он так и сиял. Он посмотрел на результаты моего труда и вдруг весело рассмеялся.

— Уж не клад ли ты надеешься найти, сынок?

Это еще больше задело меня. "Дедушка издевается надо мной", — обиделся я. Хоть я и не добрался до крольчихи, но я не такой глупый, чтобы искать клад на склоне бархана. Уж если бы я собирался искать клад, то пошел бы в старую крепость. Разве мало слухов ходило о кладах, зарытых на холме, где были расположены развалины древней крепости. Говорили, что там припрятаны кувшины с золотом и старинными монетами и драгоценности. Находились и охотники их отыскать. Рылись в этих местах в надежде найти клад. Но ничего не находили, только старинные памятники портили. Нам даже в школе учительница Шекер об этом рассказывала. А еще она говорила, что памятники старины надо беречь. Они даже государством охраняются. Мне не понравилось, что дедушка причислил меня к каким-то кладоискателям. Он, конечно, шутил, но мне все равно было обидно. Наконец дедушка сказал серьезно:

— Ты еще долго будешь копать? Может быть, пора прекращать? Посмотри на солнце!

— Весь день буду копать, до самого вечера. И чай не буду пить, и обедать не стану!..

Обида и досада прорвались во мне. Но дедушка сделал вид, что не заметил этого. Он сказал примирительным тоном, словно сожалея о сказанном:

— Ну, смотри сам. Хочешь, работай…

Он прутиком тихонько ударил по шее задремавшего ишака и поехал дальше. Но почему-то ишак шел нехотя. Сделав несколько шагов, он снова остановился.

— Смотри, потом не обижайся, — повернулся в мою сторону дедушка, — я хотел тебе одну радостную весть сообщить…

Дедушка никогда не бросал слов на ветер. Раз он так говорит, значит, и в самом деле знает что-нибудь интересное. Меня стало разбирать любопытство. Я схватил лопату и догнал дедушку.

— Что ты хотел сообщить мне?

— К нам едет гость. Причем очень высокий гость…

Сразу же мне в голову пришла такая мысль: "Наверно, возвращается дядя Дурды. Безусловно это он. Поэтому у дедушки такое радостное лицо. Вон он как улыбается. С тех пор, как уехал дядя Дурды, дедушка никогда не был таким радостным. Губами улыбался, а лицо все равно было грустным". Я обрадованно закричал:

— Дядя Дурды приезжает, да?..

Дедушка молчал. Он не ответил даже после того, как я, прихватив лопату, уселся сзади него на ишака. Я был не рад, что спросил о дяде Дурды. Еще когда дядя уехал в Ашхабад, дедушка сказал маме: "Не называй при мне его имени!" Правда, сейчас дедушка в ответ на мой вопрос ничего такого не произнес, но и про гостя не стал больше ничего говорить. "Ладно, потом скажет", — решил я и больше не стал ничего расспрашивать. Так мы и ехали молча. И только когда мы подъезжали к бахче, дедушка произнес:

— У наших отцов и дедов есть прекрасная пословица: "Если Магомед не идет к горе, то гора сама идет к Магомеду". Ничего, вот встретим высокого гостя. И если тогда твой дядя Дурды не приедет, мы сами поедем к нему, вдвоем с тобой.

Я очень обрадовался, хотя и не понял, про какого высокого гостя говорит дедушка.

— Правда?! — воскликнул я, обнимая дедушку за плечи.

Я был рад, что он уже не так сильно сердится на дядю Дурды.

— Если приедет, можем и маму твою прихватить с собой, — опять проговорил дедушка. Слез с ишака, потом осторожно вынул из внутреннего кармана какой-то конверт и вытащил из него фотографию совсем маленького ребенка:

— А это твой двоюродный братик! Беги, поздравь маму!

Только теперь мне стало ясно, куда утром отправился дедушка на своем ишаке. Конечно же, в аул на почту. Я спрыгнул с ишака и, размахивая фотографией, помчался к нашему шалашу.

— Мама, у дяди Дурды родился сын, бушлук! — закричал я.

Может быть, вы не знаете, слово "бушлук" у туркмен означает "радостная весть".

Мама, услышав мой голос, выскочила из шалаша. На лице ее появились слезы. Все-таки женщин не поймешь. Огорчаются — плачут. Радуются — все равно плачут.

"ВЫСОКИЙ" ГОСТЬ

Вот, оказывается, какие события бывают в мире.

Пропавшая, словно сквозь землю провалившаяся крольчиха… Находка "вахарманов"-близнецов… Рождение двоюродного брата и замысел дедушки поехать в Ашхабад… Обо всем этом можно думать бесконечно. Забудешь