Империя порока. Блудницы, проститутки и содержанки в царской России - Ника Марш

Но есть и другое объяснение, более древнее: еще в XVI веке существовала деревня Калганица, где жили рыболовы. На разных картах их населенный пункт именовался по-своему: шведы писали Kallina, в других источниках – упомянутая Кальюла. Когда Петербург начал застраиваться, этот берег Фонтанки по-простому назвали Калинкой, так и Прядильный дом стал Калинкинским.

Кстати, площадь Репина в Адмиралтейском районе Петербурга до 1952 года тоже называлась… Калинкинской.

Но самым серьезным образом с проституцией и блудом боролись в действующей армии. В «Инструкциях и артикулах военных» от 26 апреля 1715 года есть целая глава, № 20, посвященная содомскому греху, насилию и блуду. Государь Петр I не только разобрал разнообразнейшие ситуации, которых следовало избегать, но также дал подробные пояснения, что именно считать нарушением.

Привожу текст практически в полном объеме – уж больно любопытное чтиво:

Артикул 165: Ежели смешается человек со скотом и безумною тварию и учинит скверность, оного жестоко на теле наказать.

Артикул 166: Ежели кто отрока оскверни или муж с мужем мужеложествует, оные яко в прежнем артикуле помянуто имеют быть наказаны. Если же насильством то учинено, тогда смертию или вечно на галеру наказать.

Артикул 167: Ежели кто женский пол, старую или молодую, замужнюю или холостую, в неприятельской или дружеской земли изнасилствует и освидетельствуется – и оному голову отсечь или вечно на галеру послать, по силе дела.

Толкование. Скверные женщины обыкновенно, когда… многие скверности учинят, предлагают, что насилством чести своей лишены и насилствованы. Тогда судье их такому предложению вовсе не надлежит верить, но подлиннее о правде выведать, и через сие насилие мочно освидетельствовать, что оная с великим криком других на помощь призывала. А ежели сие дело в лесу или ином какой единаковом месте учинилось, то оной женщине, хотя б она и в доброй славе была, невозможно вскоре верить. Однако же судья может при том случившееся обстоятельство рассмотреть. И егда обрящет ее честну, то может оного пытать или к присяге привесть.

А такие обстоятельства… могут быть сии:

1. Ежели у женщины, или у насильника, или у них обоих найдется, что платье от обороны разодрано.

2. Или у единого, или у другого или синевы, или кровавые знаки найдутся.

3. Ежели изнасиленная по скором деле к судье придет и… жалобу принесет. При котором случае ее притвор и поступки гораздо примечать потребно. А ежели несколько времени о том умолчит, того часу жалобы не принесет, но умолчит единый день или более потом, то весьма повидомому видно будет, что и она к тому охоту имела.

Хотя правда, некоторые права насилие над явной блудницею не жестоко наказать повелевают, однакож все едино. Ибо насилие есть насилие, хотя над блудницею или честной женой…

Артикул 168: Кто честную жену, вдову или девицу тайно уведет и изнасилничает… оного казнить смертию, отсечь голову.

Толкование: Сие обыкновенное наказание силы не имеет, ежели уведенная… была невеста зарученная, а отеческой… воле подвержена не была.

Артикул 169: Ежели муж женатый с женою замужнею телесно смешается и прелюбодеяние учинят, оные оба наказаны будут, по делу и вине смотря.

Артикул 170: Одинкакое прелюбодеяние, когда единая особа в супружестве обретается, а другая холостая есть, оная, по состоянию особ и обстоятельству, имеет жестоким заключением, шпицрутеном и оставлением от полку или посылкою на каторгу на время наказана быть.

Толкование: Ежели невинной супруг за прелюбодеяющую супругу просить будет и с нею помиритца, или прелюбодеющая сторона может доказать, что в супружестве способу не может получить телесную похоть утолить, то мочно наказание умалить.

Артикул 171: Кто при живой жене своей на другой браком сочетается и тако две жены разом имеет будет, оного судить по церковному правилу.

Артикул 172: А ежели супруг или хотя супруга к тому обмануты, в супружество вступит с тем, кто уже женат, оный от наказания уволен и в прежней чести и достоинстве содержан будет.

Артикул 173: Блуд, ежели двое из ближних свойственников (которым по правам в супружество вступить невозможно для свойства) телесно смешаютца, и правда в восходящей и нисходящей линии смертию казнен бывает.

Артикул 174: Ежели же учинитца в побочной линии и между ближними свояками, то разсуждению судейскому наказаны, и виновные явное церковное покаяние принести имеют.

Артикул 175: Никакие блудницы при полках терпимы не будут, но ежели оные найдутца, имеют оные без разсмотрения особ, чрез профоса раздеты и явно выгнаны быть.

Артикул 176: Ежели холостой человек пребудет с девою и она от него родит, то оный для содержания матери и младенца, по состоянию его, и платы нечто имеет дать. И сверх того тюрьмою и церковным покаянием имеет быть наказан, разве что он потом на ней женитца и возьмет ее за сущую жену, и в таком случае их не штрафовать.

Толкование: Ежели кто с девкой пребудет или обрюхатит ее, под уговором чтобы на ней женитца, то он сие содержать и на чреватой женитца весьма обязан. Ежели отговоритца, что будто ей не обещал о женитьбе, а признает при сем, что он ее обременил, к томуж иные свидетельства явятца, из чего мочно будет видеть, что он всеконечно о супружестве обещал. Надлежит его под присягою спросить, что он с ней ни в какие супружеские дела не вступал, ниже оной обещал… Ежели оный не захочет и не возможет присяги учинить, то должен он на чреватой женитца. Також, когда доказательства и признаки, что он обещал женитца, велики и сильны суть, а опасаясь нарушения присяги, то более надлежит оного к супружеству принуждать, нежели присягою поступать.

Артикул 177. От позорных речей и *** песней достойно и надобно всякому под наказанием удержаться[26].

Артикул 176-й – о холостом человеке, «пребывавшем» с девкою, интересно вспомнить, говоря об истории, произошедшей в царствование дочери Петра, императрицы Елизаветы. Тот нечастый случай, когда история человека самого низкого происхождения дошла до самых верхов.

Итак, представьте себе: весна 1754 года, Петербург. Двое дворовых, Федор и Егор, получили указание от барина: схватить девку Авдотью и доставить немедленно к нему. Ослушаться невозможно, хотя молодую красавицу парням было жаль: ясно ведь, для какой цели они ее вели! Зажав Авдотье рот, они потащили сопротивлявшуюся крепостную на двор к хозяину.

Дело происходило ранним утром. Учинив насилие над Авдотьей (по одной из версий, дворовые держали девку, чтобы господину было сподручнее), майор Иван Михайлович Евреинов (которому принадлежали Федор и Егор), сразу выставил несчастную за порог. А та, плача и причитая, отправилась к себе домой. Точнее, в дом барина – поручика Василия Ивановича Сытина. Ну а тот, узнав о произошедшем, потребовал немедленных разбирательств.

Во-первых, совершено насилие над невинной девушкой. Во-вторых, причинен ущерб чужой собственности. Дворовая Авдотья принадлежала Сытину. Таким образом, майор Евреинов покусился на чужое добро. Двойной скандал!

Сытин и Евреинов жили на одной улице, но в разных ее частях. Практически не были знакомы и обменивались формальными приветствиями при встрече. Терпеть нанесенное оскорбление поручик не захотел, а потому прямиком отправился в столичное полицейское управление. Там изложил все, что знал, жалобу его составили письменно, под ней Василий Иванович росчерком пера подтвердил справедливость сказанного и принялся ждать наказания для обидчика.

К Ивану Михайловичу, двадцати семи лет от роду, пришли в тот же день. Говорил он невнятно, с похмелья соображал не слишком хорошо. По всей видимости, «удаль молодецкую» он решил проявить перед дворовой Авдотьей как раз под влиянием выпитого. Впрочем, эти детали не обсуждались, остались за кадром и о них остается только догадываться. Попытался было отпираться, но крепостные Федор Алексеев и Егор Дмитриев убоялись следствия и признались во всем сами: как получили от барина приказ, как схватили Авдотью, как доставили ее в дом и как над девушкой учинили насилие.

Дело можно было бы уладить с помощью штрафа или ареста. Однако Евреинов решил задействовать все связи, чтобы избежать позора. Принялся за дело и поручик Сытин. Для него это стало вопросом чести: не спустить майору! Рыдающую Авдотью опрашивали, как и что происходило – ведь Евреинов посмел утверждать, будто бы крепостная сама согласилась. Польстилась на обещания подарков!

Бумаги