Темная бирюза 2 - Восход Черного Солнца - Артемис Мантикор

Немногочисленные крысы погибли или разбежались, и на поле боя остались лишь все больше и больше сдающие свои позиции пустотники. Близилась победа камней, и я подумал, как бы не оказалось так, что я перестарался в своих действиях и теперь не смогу уйти от остатков живых камней. Их воинство было очень потрепано, но и такого количества для одного меня более чем достаточно.

Прозвучали последние ноты, и оба хаани отправились в инвентарь. Я еще раз осмотрел округу. Пыль и песок, что раньше перекрывали обзор по всей изломанной земле, теперь не мешали рассмотреть толпу каменных гигантов, что собиралась в единую группу. Что особенно радовало – достаточно далеко от моего сталагмита. Если они так и будут стоять, пока я слезаю вниз, то я легко сумею сбежать в звериной форме.

Или они сознательно дают мне уйти? Все же я им помог. Хотя с другой стороны, они ведь и пришли сюда за моей головой. Знать бы только еще зачем она им…

Когда все уцелевшие кристаллиды собрались в единую группу, от строя каменных существ отделились пять каменных фигур высокого уровня. Знакомая Огненный Опал, виденная мной в бою малиновая дева с тонким и хрупким телом, укрывавшимся ниспадающими рекой светящимися каменными волосами. Третей была не уступавшая им в уровне каменная дева с закрытыми глазами и высвечивающие контуры очертаний лица волосы, светившиеся голубым. Они были короткими, но пребывали в постоянном движении и порой капали сияющим светом на ее плечи.

Четвертая и пятая были самыми слабыми по уровню. Похоже, свою силу они обрели прямо в бою с крысами и пустотными тварями, как и свой новый облик. Солнечно-желтая невысокая девица с подсвеченными волосами и янтарными глазами на фоне остальных казалась уже невзрачной. Но больше всего из всей пятерки меня заинтересовал пятый осколок.

Свой цвет я узнал бы и на таком расстоянии. Новая бирюзовая статуя мало чем походила на знакомую мне Бирюзу, но вместе с тем было в ее облике нечто, не позволявшее сомневаться в том, что они сестры.

Пятеро статуй стали в одну линию, хотя двое новичков в элите кристаллов заметно нервничали. Словно совершенно живые настоящие девушки. Однако ни одна из них не смела тронуться с места. Живые камни ждали чего-то. Или кого-то. Например, меня.

Любопытство пересилило страх, и я принялся быстро спускаться вниз, не забывая посматривать в сторону камней. Те по-прежнему не двигались. Значит, переговоры? Но как? Даже их высшие чины вроде бы не способны произнести почти ни одной буквы из алфавитов разумных просто из особенностей своей анатомии.

Камни ждали. Я сделал осторожный шаг в их сторону. Всего один. Сколько секунд нужно, чтобы вынуть из инвентаря тишриту и дезориентировать камни её ревом?

Еще шаг. Еще. Пока не послышался знакомый звук, словно две тяжелые каменные плиты с силой терлись друг о друга.

- Кххшхх, – попыталась Опал. Видимо, главная у каменного народа.

- Я не понимаю тебя, - развел я руками. – Ты умеешь писать?

- Кхххх, - продолжила главная среди камней.

- Чххшхх. – с особенным шипением и силой выпалила малиновая.

Корунд, уровень 305

Не знаю, о чем они там говорят, но кажется второй по силе камень чем-то недоволен. Затем к малиновой деве шагнула поближе янтарная, выражая свою поддержку. Раскол в строю?

- Ххххщ! – проскрежетала малиновая и шагнула в мою сторону. Ее разлившиеся по полу светящимся озером непомерно длинные волосы начали медленно подниматься, не предвещая для меня ничего хорошего. Однако шел камень медленно, словно давая шанс убежать. И я своим шансом воспользовался. Только совсем не для бегства.

Я понял, как я смогу поговорить с кристаллидами.

Предусмотрительно сменив форму и сделав несколько прыжков назад, подальше от каменных существ, я убедился, что меня никто не преследует, вновь стал двуногим, присел, скрестив ноги, и снова вытащил Равноденствие.

Музыка не способна передать слово. Связываясь с Айрэ и Морой, мы музыкой настраиваемся на души друг друга. Мелодия способна передать чувства, эмоции, а порой, открыть разум и душу. Но понимаем мы друг друга в мысленной речи лишь потому, что обладаем ею. А как мыслят камни?

Руки все еще болели. Во время боя я выложился на полную, и не думал, что так скоро мне потребуется вновь брать инструмент в руки.

При первых нотах камни беспокойно засуетились, меняя построение, чтобы подставить под первую волну подхваченной инструментом силы уже имевших свой цвет камней. Малиновая устремилась в мою сторону, неожиданно быстро достигая того места, откуда можно было начинать атаку. Вся надежда оставалась на помощь уклонения, но камень остановился. В моей мелодии не было цвета. Лишь чувства.

Каменная дева замерла, и я смог как следует рассмотреть ее вблизи. Темно-серая каменная кожа с пробивавшимися витиеватыми разломами пылавшего Цвета. У нее они больше походили на рунические символы, но никогда прежде я не встречал таких рун.

Скрип камней стих. Кристаллиды не шевелились, внимательно слушая музыку. Они словно на мгновение застыли. Они понимают, что я хочу им передать? Слов нет, но вы должны почувствовать, что я не желаю вреда!

Стук. Спустя некоторое время в ответ я услышал стук. Камни не владели музыкальными инструментами, но чувствовали ритм всем телом. И они ответили. Вернее, ответила мне голубая кристаллическая дева с пребывающими в постоянном движении волосами, подсвеченными лазурью. С ней я еще не пересекался вовсе, но похоже, у нее показатель ума или мудрости был самым высоким. Она смогла понять первой.

Дополнивший мою игру стук вызвал у других камней сначала недоумение, но затем я услышал скрежет и какие-то жесты, видимо вместе означавшие речь каменных существ. Я же попытался настроиться на ответный стук и отнестись к нему, словно к ответу в ставшем привычным разговору с Морой.

- Непонимание. Даритель. Убийца. Даритель. Зачем. – пронеслось у меня в голове отдельными кусочками эмоций и образов, с большим трудом собиравшиеся.. нет, даже не в слова, а скорее в отдельные значения, что всплывали у меня в голове как попало. Воспоминания о позабытых мною моментах, когда я испытывал схожие чувства или осознавал смысл определенных слов в жизненных ситуациях.

Но что и как мне ответить? При чем ответить так, чтобы меня однозначно поняли, и не сочли за что-то плохое? Чем там они меня начали считать, раз пришли в библиотеку и сюда?

Хм, попробую дать понять, что мы защищали свою жизнь. В конце концов технически