Время в моей власти - Геннадий Иванович Атаманов

Другой известный мне пресс-секретарь, вылезши из какого-то военного бункера связи, и оказавшись «на пресс-службе», первым делом принялся… собирать бумаги для вступления в Союз журналистов! Ну, этот хотя бы пресс-релизы сам пишет. Бессвязные… Вынужден, поскольку подчиненных-то нет. А то бы непременно поручил – и писать бы ничего не писал!

На новой службе уже несколько лет, и всё шло худо-бедно само собой, да тут вот попал он на «круглый стол»… Начальство поручило. За «столом» – министры, академики, «звезды» журналистики… И он – глава пресс-службы общественной организации, имеющей всероссийский статус. Ему бы догадаться: как-нибудь исчезнуть, срочно заболеть, что ли… Но ведь и для этого надо понимать хоть что-нибудь!

Вылез на трибуну, и понёс… Вышел смех, позор. Однако ни он, будучи человеком темным, ни его начальство – не почувствовали, не поняли ничего.

Такой вот «пиар».

Зеркало начальников!

Проходил как-то по улице Шпалерной, бывшей Воинова, идущей к Смольному. Как всегда пустой – только автомобили летят. Смотрю – бывшее здание Высшей партийной школы, и дверь знакомая, самая крайняя, самой крайней, боковой пристройки Таврического дворца. Много, много раз приходил я сюда, и немало дней здесь просидел – на разных курсах в конце 1980-х годов. В саму ВПШ меня бы никто и не послал…

А курсы, по неделе, по две – интересные, от литературы до экономики. Марксизмом-ленинизмом голову не морочили.

Дай, думаю, зайду? Дверь открыл, зашел, но далеко не прошел – охрана, теперь везде охрана. Да и само здание принадлежит какому-то управлению охраны. Но кое-что увидел, посмотрел, вспомнил… Да, вон в той аудитории когда-то услышал я о неизбежности… Ну, что бы вы подумали? Торжества коммунизма?

Да нет: неизбежности отхода от идей социализма… Как-то так сказали, но в общем и целом – довольно прямо.

Народ, помню, опешил, зашумел.

– Как же так?.. Приход капитализма, что ли?! Да мы же всю жизнь агитировали за коммунизм!

В зале – газетчики, работники идеологического фронта, подручные партии… Да в общем-то – хоть кто! Это же нельзя было представить: всё казалось таким крепким, как бетонная стена толщиной с это здание ВПШ! Да и за окном – самый разгар перестройки.

– Больше социализма! – требовал Генеральный секретарь.

А Генеральный секретарь – полубог, а Ленин – бог!

И вдруг – ученый-лектор спокойно говорит такое, а представитель ВПШ сидит рядом с ним, помалкивает-улыбается…

Впрочем, знаете, что-то такое все-таки чувствовалось. Ведь и сам я, летом 1989 года, будучи в США, в Калифорнии, сидя в ресторанчике, сказал соседу по столу, чеху-эмигранту, который всё бубнил по-русски об отсутствии свободы у него на родине.

– Да поедешь ты скоро в Чехию, будешь доволен. У нас идет перестройка…

Но кто же мог подумать, что всё закончится так?! Советский п-резидент скажет:

– Страну сдал.

Дядя Сэм ответит:

– Страну принял.

Кажется, так сдает-принимает вахту охрана?..

Да и Керенский в своё время никуда в женском платье не убегал, и никакого штурма Зимнего не происходило.

Керенский сказал:

– Страну сдал.

Дядя Сэм ответил:

– Страну принял.

Потом дядя Сэм («демократы» знают!) ГУЛАГ инспектировал, и с чувством глубокого удовлетворения констатировал : всё идет как надо.

Потом мы вроде бы зажили своими порядками, но тут прозвучало:

– Сдал.

– Принял.

Такие вот мысли-воспоминания от посещения здания Высшей партийной школы.

Смерть югославского президента Милошевича.

Сколько же в мире зла, жестокости, несправедливости! Запад – чистенький, сытый, благополучный Запад устроил войну в Югославии, всё там разбил, раздробил, разбомбил, залил кровью – и во всем обвинил сербов. Потому что они – стержень страны. А в первую очередь потому что они – православные.

Белград разбомбил, и в бомбежках погибло множество людей, а весь плач во всем мире – о двух китайцах, от бомбы, упавшей на китайское посольство…

А этот Гаагский трибунал? Который и добил Милошевича? Всем понятно, кого бы он должен судить. Однако судили пострадавших.

В свое время Ельцину достаточно было пошевелить пальцем, сделать хотя бы малый жест несогласия – и бомбежки Белграда не произошло бы.

Одна надежда : Бог всё видит…

Роман Абрамович, губернатор Чукотки, хозяин футбольного клуба «Челси»…

Наверняка ведь Абрамович понимает, что миллиарды долларов он не заработал, ему просто разрешили их взять, зачислить на свой счет.

С такими деньгами можно решить все проблемы Чукотки, можно заняться – лично! – судьбой каждого человека, решить все его проблемы. Представляете?! Можно решить все проблемы каждого жителя целого региона страны! Потратить несколько сотен миллионов долларов – и ничего не потерять… И будет на Чукотке как в Норвегии!

Нет, «Челси»…

Зима 2007-го.

В городе Санкт-Петербурге, пройдя по Невскому проспекту и взойдя на Аничков мост, вы первым делом обратите внимание не на знаменитых коней Клодта! В глаза вам бросятся ярко-красные буквы на углу Фонтанки и Невского: Ленин @ жив. Под этой вывеской помельче: интернет-кафе. А с того и другого боку вывески – фирменно-стилизованно: Coca-Cola.

Пройдя дальше по Невскому до площади Восстания (бывшей Знаменской), увидите на карнизе гостиницы «Октябрьская» (бывшая «Знаменская»), крупными буквами: город-герой Ленинград.

А в центре площади, где когда-то стоял памятник Александру III – огромная стела с пятиконечной звездой наверху. Если памятник царю до сих пор обсуждают – плох он или хорош, то про эту стелу вообще никогда ничего не говорят. Хотя…

– Масонский кол в сердце Ленинграда-Петербурга, – прочитал я как-то в одной вполне «демократической» газете.

Лирическое отступление… Будучи в Париже, просыпался я ранним утром в гостиничном номере под пение какой-то птички, где-то совсем рядом. Пела – будто ручеек журчал.

Дверь на балкон, напротив моей постели, всю ночь распахнута, однако никакой шум, никакая сигнализация мой сон не потревожили (а ведь самый центр города!). И – никаких комаров…

Почему же у нас-то всё не так, не так, не так, всё не так, ребята?! Даже в этом.

Боже мой, боже мой, сколько же вымотано нервов, сколько прошло бессонных