Марина Цветаева. Письма. 1928-1932 - Марина Ивановна Цветаева

Об иждивении: другие писатели получили извещение, что иждивение кончилось, я получила анкету, которую, заполнив, отослала. Прошло два месяца — ничего. Тогда я обратилась к Марку Львовичу, он очевидно напомнил обо мне, и я получила деньги с пометкой: пока что за январь. С тех пор — ничего, т. е. за февраль и март — ничего.

К М<арку> Л<ьвовичу> обращаться не хочется из-за истории со статьей (заказал и не принял), обращаюсь, дорогая Анна Антоновна, к Вам. Другие писатели уверяют, что иждивение мне осталось, ибо я не отказ получила, а анкету. М<арк> Л<ьвович> достоверно говорил мне, что оставлено мне и, кажется, еще Ремизову [1354]. В чем дело? Почему не шлют? Расскажите о моем положении: больной муж, двое детей, издательский кризис, — жить не на что. Без этих денег мы пропадем.

Сначала ждали каждый день, должали в счет, теперь и ждать перестали. Не получено за февраль и март. (Всегда присылали 3-го — 4-го).

Не сочтите это за письмо: очередной бытовой вопль!

_____

Конфеты чудные, угощали ими вчера писательницу Извольскую ту, что выходит замуж в Японию. Вспоминали с Алей давнишние времена: рождение Мура — нашу хижину во Вшенорах — Вас в нашей хижине. Помните?

Тому уже — шесть лет. Мур читает и пишет. Скоро напишет Вам письмо. Пока же:

<Рукой Мура:> Конфеты чудные Мур.

_____

С<ергей> Я<ковлевич> выдержал письменный экз<амен> по кинематографии, в понедельник — устный, занятия серьезные [1355].

Обнимаю Вас и благодарю, на днях напишу еще. Нужда ужасная.

                             МЦ.

Впервые — Письма к Анне Тесковой, 1969. С. 90 (с купюрами). СС-6. С. 392–393. Печ. полностью по кн.: Письма к Анне Тесковой, 2008. С. 145–146.

20-31. С.Н. Андрониковой-Гальперн

               Дорогая Саломея!

Сердечное спасибо за иждивение.

Очень рада, что пришелся Мур, Вы ему тоже пришлись.

(Выходя: — понравилась? Он: грубым голосом: «Вообще — милая». А вообще женщин без исключения — не переносит.)

Перекоп сдаю (на авось) [1356] в воскресенье. На очереди «Gars» [1357], (Muselli [1358]).

Хотите повидаемся на следующей неделе? М<ожет> б<ыть> соберемся с С<ергеем> Я<ковлевичем>, он очень хотел бы Вас повидать. Целую Вас.

                             МЦ.

17-го марта 1931 г.

Машиной играет весь дом.

Впервые — ВРХД. 1983. № 138. С. 179 (с купюрой). (Публ. Г.П. Струве). СС-7. С. 136 (полностью). Печ. по СС-7.

21-31. Б.Л. Пастернаку

<18 марта 1931 г.>

Баллада хороша [1359]. Так невинно ты не писал и в 17 лет — она написана тем из сыновей (два сына), который крепче спит. Горюю о твоем. Но — изнутри Жени, не мальчика [1360]. Какое блаженство иметь тебя — отцом раз, тебя отцом на воле — два. Если он твой — ему лучшего не надо. Ты бы в детстве дорого дал — за себя, отсутствующего.

_____

Б<орис>, из памяти: когда я через Смиховский холм (мою «гору») шла от С<ережи> к Р<одзевичу> и через Смиховский же холм — от Р<одзевича> к С<ереже> — туда была язва, оттуда рана. Я с язвой жить не могла. (Помнишь того богача из хрестоматии, созвавшего друзей и в конце пира — под пурпуром — показавшего им язву? [1361] Ведь пировали — они.) Моя радость, моя необходимость в моей жизни не значили. Точнее: чужое страдание мгновенно уничтожало самую возможность их. С<ереже> больно, я не смогу радоваться Р<одзевичу>. Кто перетянет не любовью ко мне, а необходимостью во мне (невозможностью без). Я знала — да так и случилось! — что Р<одзевич> обойдется. (М<ожет> б<ыть> за это и любила?!)

Катастрофа ведь только когда обоим (обеим) нужнее. Но этого не бывает. Для меня весит давность. Не: nous serions si heureux ensemble! — nous étions si malheureux ensemble! [1362]

Я не любовная героиня, Борис. Я по чести — герой труда: тетрадочного, семейного, материнского, пешего. Мои ноги герои, и руки герои, и сердце, и голова.

С Р<одзевича> — никого не любила. Его вижу часто, он мне предан, обожает Мура, ничего не чувствую.

Вот тебе мой опыт.

_____

У тебя еще сложнее: ведь и у нее — свое, тот же выбор. Но, верь моему нюху: четверо легче чем трое, что-то — как-то — уравновешено: четверостишие. Трое, ведь это хромость (четыре ноги). И еще: весь вес на одном (центральном: ней — как тогда — мне). Нет, слава Богу, что — четверо.

_____

Еще, Б<орис> — уезжает Е<лена> А<лександровна> И<звольская> [1363], раздает книги, как зверей — в хорошие руки — и вот частушка Переяславль-Залесского уезда:

Не об том сердце болит —

Который рядом сидит

А об том сердце болит —

Который издали глядит.

Выиграет тот кто проиграет.

Только расставшись с Р<одзевичем>, я почувствовала себя вправе его любить и любила напролет — пока не кончилось.

_____

Не совет. Пример. Отчет.

_____

Я знаю только одну счастливую любовь: Беттины к Гёте. Большой Терезы — к Богу [1364]. Безответную. Безнадежную. Без помехи приемлющей руки. Как в прорву. (В огромную ладонь — прорвы. В провале́нную ладонь — прорвы.) Что бы я с тобой стала делать до́ма? Дом бы провалился, или бы я, оставив тебя спящим и унося в себе тебя спящего — из него вышагнула — как из лодки. С тобой — жить?!

_____

Дай ей Бог всего этого не знать, быть просто — счастливой, отстоять тебя у совести, Бога, богов, тебя. (NB! что же у нее останется?? 1938 г.)

_____

…А знаешь — дела дивные! — раскрываю Гёте «Aus meinem Leben» [1365] и — эпиграф: — Es ist daffir gesorgt, dass die Baume nicht in den Himmel wachsen [1366] — т. е. то, что постоянно, всю жизнь говорю о себе и своей жизни, — только у меня: — Es ist von Gott besorgt, dass die Baume [1367] —

Ну — обнимаю.

Впервые — Души начинают видеть. С. 534–536. Печ. по тексту первой публикации.

22-31. А.А. Тесковой

Meudon