Свет проклятых звёзд - Летопись Арды

Прозвучали незнакомые слова, оставшихся в живых женщину и мужчину обездвижили ударами по голове.

— Где этот хрен висячий? — прищурился полуорк, закончив связывать пленников. — Вытащить надо и бошку того.

Собратья кивнули, осторожно пошли по ночному лесу.

— Вон! Тут глубоко, я не полезу.

Воины Мелькора встали над ловушкой, на дне которой среди кольев лежал горе-разведчик, непонятно, живой или мёртвый.

— Ссыкуны! — хохотнул человек в адрес соратников и, схватившись за закреплённый у края не слишком надёжный канат, спустился к искалеченному полуорку.

Взяв меч, боец рубанул лазутчика-неудачника по шее раз, другой и, наконец, поднял отрубленную голову за волосы.

— Возвращаемся, — крикнул он своим и ловко выбрался из ямы. — Эти двое потом сами нам дорогу покажут. Мы ж умеем спрашивать!

Полуорки гадко хохотнули.

— Давайте по-быстрому бабу это, — спустил один из них штаны, — пока целая.

Избавившись от всего, что мешало развлечься, воин Мелькора удобно расположил связанную женщину на мхе и принялся за дело.

Придя в себя, охотница попыталась закричать, и тут же не досчиталась и без того не слишком частых и здоровых зубов. Подавившись кровью и крошевом, пленница зарыдала. Мужчина тоже пришёл в себя, в ужасе что-то завопил, но ему сразу зактнули рот.

По очереди поиграв с беспомощной, а потому легко доступной дыркой, лазутчики поправили штаны и потащили добычу в лагерь.

***

Луна поднялась высоко в чёрное звёздное небо, редкие облака то скрывали волшебный цветок, то снова позволяли любоваться им. Или просто тучи не решались мешать Майя Тилиону наблюдать за событиями в Арде.

Заложника посадили на землю у дерева и крепко привязали к стволу, оставив правую руку свободной — её положили на сруб, держа за запястье. Первый крошащий кости пальцев удар рукояти топора заставил заорать до рвоты. Второй едва не лишил сознания.

Женщину, всё так же связанную, бросили неподалёку и начали по очереди насиловать.

Убедившись, что напугали жертву достаточно, похитители принялись что-то спрашивать, угрожая продолжить калечить руку, но несчастный пленник ничего не мог понять. Тогда низкорослый коренастый мужик с плоским желтоватым лицом и чёрными глазами-щелями стал тыкать в лицо заложника какой-то тряпкой с рисунками, требуя ответа. От отчаяния мужчина взвыл, мучители отошли, о чём-то поговорили и вернулись.

— Где твои свои? — с жутким акцентом спросил крупный воин с большими зелёными глазами и длинным крючковатым носом.

Дальше последовали непонятные слова, однако они были похожи на вопросы: «Где живёшь, где защита?» и требование показать дорогу. Высокий тощий желтолицый боец многозначительно поднял топор.

Всё это время чужаки развлекались с пленницей, которая уже почти не кричала.

Проследив взгляд заложника, смотревшего на несчастную женщину, низкорослый мужик кивнул и произнёс что-то похожее на «Отпустим», сопровождённое соответствующим жестом.

С ужасом смотря на своих мучителей, пленник закивал и решил, что покажет дорогу через охотничьи тропы, где хотя бы кто-нибудь из врагов попадёт в ловушки, к тому же вооружённые и умеющие биться с хищниками соплеменники смогут дать отпор.

***

Командир-орк с недоверием посмотрел на искалеченного дикаря.

— Может, обойдём этих тварей стороной? — спросил старый боец. — Вряд ли там есть, чё брать.

— Не-е-ет, — медленно оскалился военачальник, — всегда есть, чё. Бабы же! Еда. Да мало ли!

Поспорить было трудно, и, развязав пленникам ноги, воины Мелькора пошли в лес, требуя от заложников показывать дорогу.

Замок злого колдуна

Нимтир переглянулся с соратником. Весть о нападении орков на Таргелион прилетела к южным пограничникам почти одновременно с их собственными разведданными, и воины нолдорана Карантира подготовились дать бой врагу, просчитав траекторию движения войска и выбрав наиболее удобное для себя место сражения. Более того, соседний владыка — король Амрас прислал подкрепление, и эльфы не сомневались, что орки будут разбиты если не без потерь, то с минимальным ущербом для свободных от Моргота земель.

Всё казалось подготовлено и просчитано, но вдруг произошло непредвиденное: дикие обитатели пещер на границе с Оссириандом оказались на пути войска Моргота и…

— Они приняли бой, — Нимтир поднял глаза от карты.

— Неожиданно для вас? — Тэлуфинвэ Феанарион, прибывший во главе своей армии и планировавший заодно выяснить общее положение дел в королевстве брата, хмыкнул. — Младшие, живущие на моей территории, отважные бойцы. Когда им некуда отступать.

— Вот и нашим стало некуда, — согласился воин. — Однако кое-кто всё-таки побежал на север и попросил помощи нашего караула.

— И что вы ответили?

Нолдо напрягся.

***

Двое грязных лохматых мальчишек: один уже практически юноша, второй — ещё ребёнок, выбежали из рощи у реки и бросились к крепости. Для них, никогда не видевших ничего подобного, обычный пограничный пост с дозорной башней и водяной мельницей показался волшебным дворцом, который можно построить только с помощью колдовства. В мирное время человеческие дети побоялись бы подходить к такому замку, ведь живущий в нём колдун — непременно людоед, охочий до мальчиков, но сейчас, когда на тайное племя напали чудовища, снявшие с мужчин кожу и одевшиеся в неё, только страшный хозяин чародейской крепости и был в состоянии помочь.

Восхищённые, напуганные и полные надежд, юные дикари, взявшись за руки, пошли к эльфийской крепости, всё больше убеждаясь, что столь дивную красоту невозможно создать руками из камня.

— Глянь, Хал-драчун, — дёрнул старшего младший. — Кто это?!

Мальчишки присмотрелись: мимо неописуемо прекрасной стены шли вразвалку три волосатых существа, невысоких и круглых, похожих на кучи тряпок и шкур, перевязанных верёвкой, чтоб не растерялись. Ма и ба всегда так подвязывают. Увидев детей, «связки шкур» изменили направление движения и пошли в их сторону. От страха мальчишки упали на колени, уверенные, что это злые слуги могущественного колдуна. А разглядев сверкающие украшения на незнакомцах, дикари разинули рты и потеряли дар речи.

— Орки? — спросил тот, у которого были светлые волосы и голубые глаза. — Алкарим?

Дети слышали первое из этих двух слов от взрослых и, закивав и принявшись показывать назад, изображая, как враги убивали и калечили, стали умоляюще лепетать.

Блистающие драгоценностями кучи шкур помогли дикарям встать и жестом позвали идти за собой. В дивную колдовскую твердыню,