Бои у Халхин-Гола (1940) - Давид Иосифович Ортенберг

Тов. Мехлис рекомендовал даже в подзаголовках крупными шрифтами указывать, чьи письма и обращения печатаются.

Специальная газета делалась в строжайшей тайне. Она печаталась без указания даты. Днем 19 августа газета была отпечатана и доставлена в политотдел армейской группы. Ночью была разослана политотделам соединений. Утром, на заре, после прочтения боевого приказа, за несколько часов до наступления была роздана бойцам.

Настало 20 августа. С вечера все работники редакции, за исключением секретаря, отбыли в части. Вместе с бойцами они ночевали на исходных позициях, вместе с полками пошли в наступление. Каждый получил богатейшие впечатления, набрал полные, как мы шутили, «карманы» материалов. В 8 часов вечера в землянке на Хамар-Дабе вместе с тт. Мехлисом и Гороховым был спланирован следующий, завтрашний номер «Героической Красноармейской», посвященный итогам первого дня победоносного наступления наших войск. Определили, как разместить материалы, тут же составили «шапки» и заголовки.

К этому времени к Хамар-Дабе сошлись все писатели и журналисты с передовых позиций. Все мы быстро выехали в редакцию. Газету сделали за ночь. В ней, действительно как * в зеркале, были отражены победы первого дня наступления.

Все дни наступления газета шла в ногу с событиями. Ежедневно печатались подробнейшие сводки боевых действий всех родов войск. Каждому знаменательному бою, в, частности штурму сопок — Палец, Зеленая, Песчаная, Ремизова, газета посвящала целые полосы рассказов участников боев, а также очерков писателей. Газета не только рассказывала об успехах за день, но в каждой заметке, статье и полосе ставила задачи, которые вытекали из обстановки и решения командования. Стоит только почитать «шапки» хотя бы первых полос «Героической Красноармейской» за эти дни, чтобы в этом убедиться.

21 августа газета дала «шапку»:

«Наши войска героически громят японцев по всему фронту.

Удвоим удар! Добьем врага».

22 августа:

«Наши доблестные войска продвинулись вперед и окружили японцев.

Уничтожим ненавистного врага!»

23 августа:

«Враг зажат в железные клещи.

Раздавим японскую свору захватчиков».

24 августа:

«Наши войска беспощадно громят и уничтожают окруженного врага.

Истребить до конца ненавистных захватчиков».

25 августа:

«Вчера отважные бойцы Лесового и Иванова штурмом заняли японские укрепления и уничтожили батальон вражеской пехоты».

26 августа:

«Японцы зажаты в стальные тиски.

Завершим разгром врага».

27 августа:

«Еще один могучий удар по врагу.

Наши славные летчики сбили 48 японских самолетов. Бойцы тт. Мухомедзярова и Зайюльева взяли сопку Песчаную. Бойцы тов. Федюнинского уничтожили эскадрон вражеской конницы».

28 августа:

«Враг разгромлен! Советско-монгольские войска добивают жалкие остатки японских захватчиков».

29 августа:

«На границах Монгольской Народной Республики реет победоносное красное знамя».

30 августа:

«Сопка Ремизова взята! Враг добит!

Монгольская земля очищена от японцев могучим ударом наших войск.

Да здравствуют доблестные герои Халхин-Гола!»

31 августа:

«Будь начеку! Зорко следи за всеми махинациями коварного врага.

Зорко запрем границы МНР на крепкий замок, создадим неприступную оборону».

В сентябре, до прекращения военных действий, газета вела упорную борьбу за укрепление обороны восточной границы Монгольской Народной Республики.

* * *

В заключение хочу остановиться на нескольких выводах.

Первое. Газета сумела с честью выполнить свои задачи прежде всего потому, что она была тесно связана с Военным Советом, политотделом и штабом армейской группы. Редакция всегда знала не только, что делается на фронте, но и главные мероприятия командования. Это позволяло, например, своевременно посылать людей туда, где должны были разыграться основные события. Раньше чем вынести в виде поощрения на первую полосу фамилию командира или комиссара части и соединения, обязательно узнавали мнение Военного Совета. Нередко и командование само подсказывало газете, какую часть нужно поощрять.

Тов. Мехлис неоднократно указывал на важность этой связи. Командование и политотдел, говорил он, обязаны постоянно, ежедневно ориентировать газету в важнейших событиях, иначе газета оторвется от жизни и не будет помогать руководству в решении боевых задач.

Второе. Отделов мы не создавали. Всеми «отделами» заведывали я и секретарь редакции. Все остальные работники находились (непосредственно на передовых позициях и вели работу с военкорами, собирали «материал.

Планировали мы газету на 3–5 дней, а в дни генерального штурма только на один день. Все с утра получали задания и выезжали в части. Вместе с секретарем до 11 часов дня обрабатывали и прочитывали материалы для текущего номера, составляли «шапки», макет верстки, а затем я уезжал на фронт. В редакции оставался секретарь, а иногда еще один литературный работник. В 11–12 часов ночи я возвращался и принимался за читку полос. Это распределение времени обеспечивало бесперебойный выход газеты.

Третье. Нужны ли каждый день передовые статьи? Мы считали, что достаточно в нашей газете давать их лишь один раз в два-три дня. В остальные дни вместо передовых печатались статьи бойцов и командиров на самые актуальные темы.

Четвертое. Каким материалом должна заполняться газета? Преимущественно материалом красноармейцев, командиров, политработников — участников боев, а затем очерками писателей. Этот принцип мы твердо выдерживали. Газета строилась на этих двух категориях авторов. Военкоровский материал собирали непосредственно на передовых позициях наши литературные сотрудники. Это была их главная задача, и они выполняли ее честно, самоотверженно.

* * *

С огромной радостью и воодушевлением встретил весь коллектив редакции «Героической Красноармейской» Укав Верховного Совета СССР, где было сказано: «За выдающиеся заслуги в деле политического воспитания частей Красной Армии и укрепления дисциплины в боевой обстановке наградить газету «Героическая Красноармейская» орденом «Красная звезда». Двадцать два работника редакции и типографии были награждены орденами и медалями СССР.

Это была высшая оценка работы газеты и ее людей.

Б. ЛАПИН и 3. ХАЦРЕВИН

ПИСАТЕЛИ И ЖУРНАЛИСТЫ НА ФРОНТЕ

В степи стояли редакционные — юрты. Рядом, в большой палатке, помещалась типография. То там, то здесь светлели края «щелей» — узких, неглубоких ям, служивших убежищем во время воздушной бомбежки.

Вое это вместе было редакцией «Героической Красноармейской». В обиходе ее называли — «Городок Героической».

Население городка состояло из 30 человек — работники редакции и типографии, машинистка, несколько московских писателей и журналистов.

Городок «Героической» находился возле сомой дороги. Обитатели его ежедневно бывали на фронте. Мимо редакционных палаток непрерывным потоком шли грузовики, танки и бронемашины. Вокруг дымилась мокрая комариная степь.

В распоряжении редакции были три легковые машины. Обычно сотрудники газеты ехали на них только до командного пункта. Тут, в штабе, они «брали обстановку» и справлялись о происшествиях Минувшей ночи. Дальше пересаживались в броневики или в танки: дорогу постоянно простреливала артиллерия японцев. Из подразделения в подразделение ходили пешком.

Популярность «Героической Красноармейской» на фронте была