Князь Сибирский. Том 3 - Антон Кун

Я оглянулся, стараясь различить погоню и почувствовал, как вылетаю из седла.

Все-таки отсутствие звука при движении техники — большой минус.

Кувыркаясь в воздухе, я увидел в кого врезался. Поперек дороги стоял точно такой же снегоход, как мой, выскочивший из-за кучи снега, счищенного на край дороги. Или же специально сюда привезенного?

Второй снегоход выехал из-за кучи и рванул следом за мной. Человек весь в черном внимательно следил за моим полетом.

Еще находясь в воздухе, я встряхнул кистью и саданул молнией по преследователю. Промазал.

Я рухнул на спину, тут же вышибив воздух из легких. Выгнулся дугой, стараясь вдохнуть и увидел, как человек на ходу соскакивает со снегохода и в прыжке заносит руку с чем-то в кулаке.

Резкий укол и все тело обмякло, словно превратившись в кисель. Ни рукой, ни ногой пошевелить невозможно.

Я безвольно наблюдал, как к нам подъехал вездеход. Меня подняли и запихали на заднее сиденье. Последнее, что я почувствовал, прежде чем отключиться — это как меня вдавило в спинку сиденья. Вездеход резко набирал скорость.

Это что? Меня снова похитили? Надеюсь, Фон Кляйнен?..

Глава 5

Я пришел в себя привязанным к стулу и с заломленными за спиной руками. Причем ладони были вывернуты кверху и замотанны какими-то тряпками. Или же это были огромные верхонки? Пальцы все еще были онемевшие и разобрать точнее просто не удавалось. Что-то мне подсказывало, я знаю из какой ткани они сделаны.

На глазах оказалась повязка. Осязание вернулось еще не полностью, так что я даже не сразу понял, что глаза завязаны. Только присмотревшись, осознал, что это не зрение село, а смотрю я на мир сквозь крупное плетение волокон. Сначала решил, что мешок на голову нацепили, но с возвращением ощущений, понял: нет — повязка. И опять же, наверняка, ткань таже.

Значит захватившие меня люди знали о возможности блокировать молнии и то, что я способен метать разряды из глаз. Все сложнее и сложнее быть громовержцем. Ну ладно, пусть не Зевс и не Тор, а просто рядом стоял, но все же метание молний моя стихия. Пикачу уже не канал. Не умела желтая мышь вытворять то, что подвластно мне. А боги…. Они на то и боги, что у них масса возможностей.

Судя по тому, что сквозь ткань пробивался свет, находился уже не в автомобиле и не в каком-нибудь подвале. Приглушенный и мягкий свет проникал под повязку. Я бы предположил, что я в комнате, где есть большое не зашторенное окно. Лампы накаливания давали совершенно другой спектр.

Можно только порадоваться, что на улице по-прежнему пасмурно. И есть шанс, что сейчас все еще тот же день, когда я уехал из города. Плохо было то, что меня не начнут искать. Дане я запретил это делать. Олеся была с ней, а Олег и не знал, что я собираюсь приехать.

Что ж, значит рассчитывать я мог только на себя. Тем лучше. Когда человек надеется, что его кто-то спасет, он загодя отбрасывает самые дикие идеи, а когда ложной надежды нет, тут и самая невероятная дичь может сработать.

Я принюхался. Иногда и запах может сказать много.

Воняло потом и сыростью. Такое ощущение, что я был в раздевалке спортсменов. Или же в этом доме просто было влажно и жила куча мужиков, не любящих мыться или же ежедневно выматывающихся так, что даже мытье не спасало.

Интересно, это финальный пункт моего назначения? Или меня просто перевозят с места на место чтобы запутать? Хотя, если я без сознания, то хоть путай, хоть нет, а запомнить я ничего не смогу.

— Очнулся? — спросил прокуренный мужской голос.

Хотя, я здесь сигарет, кажется, не видел. Может тогда пропитый?

— Не уверен, — как мог невнятнее произнес я.

Пусть думают, что я еще не отошел, и язык у меня заплетается. Морочить голову похитителям тоже полезно.

— Доза была небольшая, — с сомнением проговорил пропитый. — Да и не заплетается язык после этой штуки. Так что не прикидывайся. Говори нормально.

— А о чем мне говорить с трупом?

— Я-то как раз вполне живой, а вот ты можешь и в ящик сыграть, если заказчик даст такое указание.

— И кто же он этот загадочный заказчик? Уж не Фон Кляйнен ли? — в надежде услышать хоть звук подтверждения или опровержения спросил я.

Но прокуренный вообще никак не отреагировал на мой вопрос.

— Значит о таких вещах мы говорить можем даже с трупом? — хрипло рассмеялся мой собеседник.

— Если я узнаю заказчика, то ты мне будешь не интересен. А значит имеешь шанс остаться в живых. Хотя, порой, живые начинают завидовать мертвым. Так что у тебя просто будет выбор.

Пропитый опять заржал над моей шуткой.

— А ты парень — не промах. Сидишь обездвиженный в блокирующей твой дар одежде и еще угрожаешь тому, кого даже не видишь.

Я решил не отвечать. Надо же придерживаться своих же слов и не говорить с трупами. А то, что все, кто затеял мое похищение станут мертвее мертвых, я даже не сомневался.

Меня лишь злило, что это все оттягивает начало операции по преследованию Фон Кляйнена. Если меня задержат тут на пару дней, то догнать крысеныша будет сложно. А значит надо выбираться, как можно быстрее.

Я сосредоточился и постарался создать заряды сквозь кожу, но только сейчас понял, что на мне и плаща нет. Проинспектировав свои ощущения, я понял, что на мне плотно облегающий костюм, словно на аквалангисте. Даже голова так же стянута. Может поэтому изначально решил, что на ней мешок? Костюм и повязка. Да уж! Надеюсь, я в нем хоть на Дэдпула похож, а не на пугало.

— Эй, смертничек? — позвал я.

Подождал, но мне никто не ответил. Ушел он куда-то что ли?

Стоило поэкспериментировать с разрядами. Других вариантов у меня пока не было. Ноги и руки даже не двигались, так крепко оказались прикручены к стулу.

Зато редкое плетение повязки давало мне хоть немного повода для радости. Видеть я ничего кроме света пока не мог, даже не мог разглядеть своих коленей, хотя они должны были быть прямо перед глазами. Но если проходил свет, то ведь и разряд мог? Или же тут экранирования, как в клетке Фарадея?

Знать я этого не знал, но исследовать вопрос стоило.

На всякий случай перед всем этим я постарался породить