Террагенезис: Земля - Роман Драксодий

Следующие несколько дней я опять отдыхал, климатизировался, да потихоньку пытал сеятеля. Как мог наводил контакты с островитянами, помогал им, да гулял по окрестностям.

Немного поработал в небольшом цеху по переработке лобстеров, посетил «дом культуры и отдыха», сходил на экскурсию к «шестисоточным» картофельным полям. В общем, развлечений тут минимум, а любой, даже самый маленький праздник, праздник гуляют дружно всем селом.

А потом зарядили дождь. При поддержке шквального ветра, он загнал всех жителей в дома и островок перестал выглядеть обитаемым. Но был и положительный момент:

— Сеятель, — воззвал я к кораблю, стоя под хлещущими струями, когда наконец добрался посреди ночи до дыры, — веди сюда зонд, как можно незаметнее — без всяких гиперзвуковых хлопков и огня!

Он не ответил, как и всегда, а в такую погоду это раздражало особенно сильно — складывалось впечатление, что он меня игнорирует.

Но через пару минут я кое-как разглядел чёрный, цилиндрический силуэт и поспешил забраться внутрь.

— Веди зонд к кораблю через тоннель, — приказал я и добавил, — и говори «выполняю», когда начинаешь выполнять команду.

— Выполняю, — прогудел компьютер.

Я и в этот раз не чувствовал движения, но клаустрофобия уже не атаковала — зонд вроде показал себя безопасным. Даже посчитал секунды в пути, до открытия капсулы.

Через пару минут крышка открылась, и я оказался уже внутри сеятеля. Вместе со мной прибыл небольшой рюкзак, любезно одолженный жителями острова и кое-какие припасы, честно полученные в обмен на честную помощь.

Первым делом я пересчитал зонды и активировал ещё восемь, оставив девять в гнёздах, на всякий случай. Новые зонды должны отправиться в космос, чтобы полностью видеть всю поверхность планеты и стать моей личной группировкой спутников связи и слежения.

Технология активации была уже отработана и теперь я справлялся всего за два удара головой о чёрную обшивку. Тут главным был посыл «откройся, твою мать!» чётко в момент удара.

Видимо создатели этого корабля коммуницировали друг с другом и с оборудованием исключительно посредством ментального излучения, и соответственно, аппаратура зондов тоже откликалась на эту псевдотелепатию.

Но, поскольку зонды выполняли ещё и функции спасательных капсул, то их сверхчувствительность видимо была обусловлена тем, что автор может быть ранен и слишком слаб, чтобы подать нормальный сигнал.

Присел на пол, прислонившись спиной к торцу одного из зондов — отдыхаю и пью водичку. Голова раскалывается, но непонятно — это последствия ударов или эффект от длительного общения с инопланетной машиной.

Система реструктуризации атомов тут не работает, и я задаю резонный вопрос:

— Сеятель, а в какой точке корабля ты создал устройство связи и как доставил его до тоннеля?

— Устройство было создано в точке работающей системы реструктуризации атомов и доставлено посредством… полей.

— Мне показалось, или ты не объяснил каких именно полей? — уточняю я. Мне точно не показалось! Как и в тот раз, когда он говорил про тип связи с зондами.

— Принципы работы этой системы недоступен пониманию форме жизни…

— … с минимальным уровнем развития, — закончил я вместе с ним, — да, да. И как мне повысить свой уровень развития, если биокорректор не работает?

— Починить биокорректор и повысить уровень развития.

— Ну а как мне узнать, что именно чинить и как чинить? — продолжаю спрашивать я, но понимаю, что мы сейчас будем ходить по кругу.

— Найти неисправность и использовать протоколы ремонта, или устранить неисправности самостоятельно.

— Давай пока без протоколов, у меня еды с собой всего на пару дней, — усмехаюсь я и отпиваю ещё воды, а то от болтовни с ним мозги кипят и во рту всё пересыхает.

Скольжу взглядом по цилиндрам зондов — только они, да единожды виденный снаружи корпус, напоминают, что я внутри чего-то удивительного. А вот однообразные внутренние коридоры угнетали.

— Вот скажи мне, сеятель, ты ведь умная машина, почему ты не даёшь советов и рекомендаций, а только тупо выполняешь команды? — спрашиваю я, поймав какую-то благодушно-лирическую волну настроения.

— Не было команды для активации этих подпрограмм.

Вот так просто, в один миг, приходит осознание собственной тупости. Некоторое время я просто смотрю в одну точку, пытаясь осмыслить всю глубину дна, на котором находится мой уровень развития. Даже ругаться не хочется.

— Сеятель, будь так любезен и активируй все подпрограммы рекомендаций, советов, обучений, помощи, адаптаций… в общем всего, что поможет ничего не умеющему автору.

— Выполняю… Анализ вспомогательных логических подсистем… Активация… Выполнено.

— И что изменилось? — с интересом спрашиваю я, одновременно радуясь, что ничего не заглючило.

— Перечислить все́ изменения или дать общую оценку?

Сеятель впервые задал вопрос, да ещё и выбор предоставил. Обалдеть, до чего дошёл прогресс где-то «там». Я вдруг почувствовал себя так, будто только что поменял управление в игре с «симулятора» на «аркаду» и теперь не нужно жать двадцать кнопок, чтобы заставить нарисованный самолётик взлететь.

— А список длинный? — на всякий случай спрашиваю я, заодно проверяя степень «дружелюбия» обновлённого интерфейса к неопытным пользователям.

— Семьсот двадцать один пункт, — докладывает мне новая дружелюбная система.

— Тогда только общую.

— Будет применяться ситуативная интерпретация команд автора и анализ его действий в соответствии с главной задачей миссии.

— А отключить эти активированные подсистемы я смогу? — осторожно поинтересовался я, смутно подозревая, что пожалею об этом действии в будущем.

— Да, — успокоил меня сеятель.

— Хорошо, — выдыхаю я и снова прикладываюсь к бутылке с водой, — можешь стразу сказать, что мне не делать, чтобы не помешать основной миссии?

— Учитывая текущее состояние сеятеля, продолжение выполнения миссии невозможно и она считается досрочно завершённой. Установка приоритетов и задач для всех систем теперь на усмотрение автора.

— То есть ты теперь полностью моё? — ехидно спрашиваю я. — А документ будет?

— Да, — на какой-то из вопросов отвечает сеятель и поясняет: — за исключением одного зонда, отправленного с отчётом о конечной точке маршрута.

— Кому отправленного? — моментально напрягаюсь я, чувствуя неприятный холодок вдоль спины.

— Жнецу, — поясняет корабль.

— Какому ещё нахрен жнецу⁈ — вскрикиваю я, понимая, что произошло нечто ужасное.

— Справка: жнец следует по маршруту сеятеля и собирает созревшие ресурсы.

— А…Эм… Бъ… — не нахожу я слов, пребывая в глубоком шоке.

Не трудно догадаться, какой ресурс имеется в виду, как и принцип его использования! Хотя стоп, это же бессмысленно — зачем создавать жизнь