Академия неформат - Наталия Зябкова

− Ох, Селин, ещё вы… Не начинайте, пожалуйста! – поморщился Вайс, отпивая из чашки квана, будто надеясь горечью напитка заглушить неприятные ощущения от разговора.

− Да я, в общем-то не начинала, − жестко произнесла Селин. – Я была о тебе лучшего мнения! Ты даже не выслушал девочку, не спросил, какой метод преподавания она изберёт, не рассказал о программе, не спросил, какие у неё любимые предметы или достижения…

− А смысл? Разве не ясно…

− Мне, например, ясно одно: девушка не склонна задирать нос, и хочет вникнуть в жизнь университета. Ты обратил внимание на её первый вопрос?

− Э-э-э…

− Про мытье посуды. Она наблюдательна и непосредственна. Что же сделал ты? Тут же замкнул разговор на собственную персону, даже выслушать не захотел. Протекция? Ведь это хорошо!

− Вас послушать, мы должны принимать абы кого лишь за то, что у него порука от родных или знакомых!

− Может, напомнить, как ты попал на это место?

Строгий ректор неожиданно покраснел и замолчал.

− Вот-вот, − спокойно продолжила секретарь. – Ты как никто должен знать, что одних личных достоинств чаще всего недостаточно. Некоторые, даже семи пядей во лбу, прозябают в безвестности лишь из-за того, что не сумели обзавестись необходимыми знакомствами.

− Я вас умоляю, Селин! Так заступаетесь за эту глупышку! Я начинаю подозревать, что вы, как Уна Грейвз знакомы с её тётей! – вспылил Вайс.

− Поверь моему опыту − я могу понять, кто передо мной, без всяких рекомендаций и знакомств!

Альберт Вайс вздохнул и подкатил глаза, впрочем, постаравшись чтобы этого не заметила секретарь.

− Что мне теперь делать? Не бежать же за нею с извинениями!

− Не вздыхай так тяжко, − немедленно оттаяла старушка. – Просто будь полояльнее. Если тётя хочет выдать её замуж, это ещё не означает, что сама девочка преследует ту же цель.

***

Жаклин кипела от гнева. Она уже забыла, когда последний раз так злилась: может в академии, когда преподаватель по механике заклинаний Эндрю Броджес, «Таракан», как его прозвали за тонкие щегольские усики, заставил её мыть плинтуса в аудитории вместо дежурного, причем прямо во время занятия. «Вы все равно ничего нового не сумеете почерпнуть. Так хоть принесите пользу!» Это неприятное воспоминание само по себе всплыло в памяти.

Девушка вонзила ногти в собственную ладонь, чтобы не закричать – в коридоре сновали ученики, то и дело заинтересованно поглядывая на неё. Тогда она всё-таки не сдержалась и отомстила «Таракану» − дождавшись, пока все кроме него покинут аудиторию, Жаклин заперла её фамильным заклинанием, которым мама дополнительно усиливала защиту от воров в магазине. Броджес тогда не мог выбраться двое суток – даже директор не сумел отпереть дверь. Вызывали профессионального специалиста по открыванию замков и сейфов – он провозился ещё около двух часов, а потом просто вырезал в двери газовой горелкой громадную дыру и выпустил оголодавшего и разобиженного преподавателя.

Как тогда допытывались! Взбудоражили всех учеников: особенно досталось парочке самых весёлых студентов, которые прославились разными шутками и каверзами. С тех пор за «Тараканом» закрепилось новое прозвище – «Засада». Никто так и не догадался, что тихая малозаметная студентка Тризо способна на такое.

Альберт Вайс разбудил в ней так долго дремавшего дракона. В данную минуту она не хотела анализировать произошедшее, просто стараясь успокоиться − изо всех сил! Потом, может, вечером, когда можно будет остаться одной в своей новой комнате, нормально разобрать вещи...Она поймёт, что просто в этот суматошный день слишком многое свалилось сразу… Ну нет, господин ректор! Вы ещё поплатитесь за унижение!

Не обращая внимание на косые взгляды студентов, Жаклин подошла к большому панорамному окну – форточка была открыта, впуская свежий теплый воздух, отчетливо пахнувший пожухшей листвой и цветами акации, буйно разросшейся перед зданием. Опершись руками о широкий мраморный подоконник, она бездумно смотрела на вид за окном, делая глубокий вдохи.

− Вам дурно? – Жаклин не сразу поняла, что обращаются к ней. Обернувшись на голос, она уперлась взглядом в высокого парня в форме боевика. Его темные волосы были стянуты сзади в длинный конский хвост. Рядом с ним стояла симпатичная рыжеволосая девушка в красно-синем платье того же факультета, сочувственно глядящая на неё.

− Спасибо, всё в порядке, − выдавила Жаклин и вновь вернулась к созерцанию вида, с облегчением ощущая, как раздражение потихоньку покидает её.

− Нет, не в порядке, − на этот раз с ней заговорила девушка. – Вы не просто расстроены, у вас энергетический дисбаланс. Если немедленно не принять меры, вы просто скоро свалитесь в обморок!

Жаклин глубоко вздохнула в последний раз и, повернувшись к доброжелательным студентам произнесла:

− Скажите пожалуйста, где находится библиотека?

***

Да, ей нужно было познакомиться с преподавателями, но девушка отчётливо понимала, что сейчас не в состоянии ни с кем разговаривать. Поэтому прибегла к единственному безотказно действующему средству.

Пройдя через высокие резные двери, Жаклин с большим удовольствием ощутила близкую и знакомую атмосферу деловитой тишины и множества книг, собранных в одном месте. Библиотеку университета Тербравос можно было смело назвать одной из самых обширных в Ангване.

Студенты-боевики прекрасно описали, как сюда пройти – Жаклин даже ни разу не пришлось переспрашивать. Книги – вот чем она лечилась от обид и неприятностей. Погружаясь в интересную историю или в дебри специально-технической литературы, она забывала обо всём, что творится вокруг. Увлёкшись, она часто переставала обращать внимание на время, собственные потребности в еде и сне. Однажды, за несколько минут до конца рабочего дня, она погрузилась в книгу о пирате-маге, совершенно забыв, где находится. Дочитав до конца, девушка обнаружила, что её заперли в библиотеке и пришлось заночевать на узеньком продавленном диванчике в бытовой. Утром сторож выпустил её – наступил шестой день недели – мунс, по традиции, выходной, поэтому объясняться пришлось только с тётей, битый час читавшей ей мораль.

Жаклин любила уютную школьную библиотеку, где проработала почти год, но эта будила в ней чувство благоговения. Такого огромного зала, с тянущимися вдоль стен тяжелыми стеллажами заполненными книгами девушке ещё не доводилось видеть. С боков помещения две витые лестницы поднимались на второй ярус, где в углублениях стояли стеклянные шкафы с книгами – видимо, особо ценными экземплярами. Центр зала занимали удобные столы с мягкими стульями, походившими скорее на небольшие кресла, с алой бархатной обивкой. В конце читального зала стояла большая стеклянная витрина с одной-единственной книгой, зато какой!

На деревянной