Дневник. 1944 год - Александр Мелентьевич Волков

Взята Констанца; салют.

30. Взят Плоешти, важнейший центр нефтяной промышленности Румынии. Каждый день сообщается о внушительных количествах пленных и захваченной боевой технике

31. Наши войска победно вошли в Бухарест. Салют из 24 залпов, который мы с Адиком ходили смотреть на мост. Чудесное зрелище.

Вспоминаются мои стихи, написанные больше четверти века назад:

«Видали чужие столицы

Российских полков знамена,

И гордо свои диктовала

Законы народам она...»

Сентябрь.

1. Катались с Адиком на лодке в лефортовском парке — это его желание. Удовольствия мало, пруд небольшой, лодок много; кроме того — сначала нам дали весла без уключин и лишь потом нам удалось достать весла с уключинами, но все же гадкие. Нет — уж тут не катанье. Был сильный ветер.

2. Видимо, я накануне простудился, под вечер была t — 37,6°, знобило.

Союзники взяли Верден — историческую крепость первой мировой войны, где немцы уложили сотни тысяч своих солдат. Взят Дьепп, памятный по рейду 1942 года.

3. Крупное событие: американские войска вступили в Бельгию! Еще одна новая страна на континенте Европы начинает освобождаться от гитлеровского чудища...

4. Начался тридцать пятый год моей трудовой педагогической деятельности. Проводил письменный экзамен по алгебре.

Договорился с редактором научно-попул[ярного] отдела детского радиовещания Т. А. Седых, что завтра завезу к ней рукопись «Самолеты на войне», чтоб сделать по ней передачи.

Опубликовано сообщение о сов[етско]-финских отношениях. Чухонцы просят мира, но еще хитрят — но это ненадолго.

5. Союзники на Западе движутся быстро. Уже взяты Брюссель, Намюр. Бельгия почти насквозь пройдена за два дня. Немцы оказывают слабое сопротивление, рушится их сила. В плен сдаются десятками тысяч.

Взят Мец.

Опубликована нота Советского Пр[авитель]ства Болгарии. Мы об'явили ей войну. Допрыгались болгары с придуманной ими «хитрой» политикой нейтралитета. Уверен, что эта «война» будет весьма короткой и продолжится не больше нескольких дней.

Был в Радиокомитете, оставил на рассмотрение оба тома рукописи.

За эти дни у меня скверное самочувствие, очень болит голова, особенно правая часть ее и область уха. В ухе интенсивный, страшно раздражающий шум.

6. Проводил письм[енный] экзам[ен] по геометрии. Домой пришел и узнал неприятное известие — у нас срезали радиотрансляцию. Придется стать радиозайцем на несколько дней, пока не налажу этого вопроса легально. Нельзя же жить в такие дни без радио.

А какие события! Наши войска в Румынии вышли на границу с Югославией. С Финляндией согласились заключить перемирие, т[ак] к[ак] она согласилась на все наши условия — в том числе на разрыв с Германией и на изгнание немцев из Финляндии не позднее 15 сентября.

Итак — замолчали пушки на 800-километровом фронте от Ленинграда и до Северного Ледовитого океана. Скоро-ли замолкнут они на всем остальном протяжении фронта?...

7. Был у профессора-терапевта в лечебном отделе Литфонда. Осматривали меня (профессор и врач Литфонда) внимательно, обещали «подремонтировать». Кашель они приписывают легонькому «бронхитику». Назначили к профессору-невропатологу.

8. Проводил в Ин[ститу]те устный экзамен по математике. Хлопотал о пенсии, был у Левина в ГУУЗ'е.

Наконец-то, отыскались Молодовы. Получена телеграмма о том, что они выехали из Н[ово]-Сибирска 7 сентября.

С ухом стало полегче, шум меньше. Это связано с отказом от пользования [т. е. лечения] синим светом. Наверно, я ухо перегревал этой лампой. Нюхаю стрептоцид.

Политические события таковы: наши войска перешли границу Болгарии и заняли ряд городов. Болгарские войска не сопротивляются.

9. Война с Болгарией кончена! Мое предсказание оправдалось. Вероятно, это самая короткая война в истории человечества. Болгария порвала с Германией и об'явила ей войну. У власти новое демократическое правительство, прежние министры арестованы. Разрабатывается план совместных действий советских и болгарских войск.

Был у Колбановских и узнал весьма печальные вещи.

Об Абраме Вульфовиче ничего не слышно с начала войны. Он пошел в народное ополчение и был в Белоруссии. Едва-ли есть шансы за то, что он остался жив. А какой был милый, культурный человек!

Его тесть, Самуил Абрамович, этот бодрый, неутомимый старик, был в Краснодаре и о нем также ничего неизвестно. Ясно, убили немцы, как еврея.

Сестра жены Колбановского, Женя, попала под поезд, возвращаясь с заводом с эвакуации, из Томска.

Юлик на фронте, он старший техник-лейтенант, окончил оружейную школу в Томске.

Вот итоги войны: из большой, дружной семьи в шесть человек, осталось трое; две женщины в Москве и сын на фронте...

Ходил хлопотать о восстановлении радио, результат хлопот сомнителен, придут проверять.

Послал пропуск в Москву Юрию Пермитину и телеграфировал им об этом.

Вечером салют по поводу болгарских событий и освобождения значительной территории Болгарии.

10–11. Ничего существенного.

12. Во время экзамена в Ин[ститу]те меня одолела икота. Пришлось уйти домой. Лежал до вечера, даже не пошел на прием к профессору-невропатологу.

В 11½ вечера отправились было на Каз[анский] вокзал — провести там ночь, чтобы утром встретить Молодовых, но вернулись, т[ак] к[ак] долго не было трамвая.

13. Вышли из дому в пять без четверти, шли до вокзала пешком. Поезд опоздал, Молодовых встретили в полов[ине] восьмого (был и Боря). С'ездили к ним, а потом они были у нас целый день.

Случайно в этот же день предложили дрова. Денег у нас не было, выручили Молодовы. Купил за 1500 р[ублей] 3–4 кубометра. Частично пилили и кололи.

Об'явлены условия перемирия с Румынией — очень для нее мягкие.

14. Рубка и пилка дров. Вечером салют — взята Прага (предместье Варшавы).

15–16. Усиленная работа над дровами всем коллективом (с помощью Паши). Пилка и колка. Оказалось дров 4 к[у]б[о]метра и мы почти обеспечены на зиму.

16-го Совинформбюро об'явило, что наши войска вступили в Софию — но никаких подробностей. Странно.

17. Ничего особенного.

18. Был в Радиокомитете, Седых просила срочно сделать статью о «Самолетах-снарядах». Обещал сделать к четвергу.

19. Был с Адиком у проф[ессора]-невропатолога. Мне прописали порошки от гол[овной] боли, Адику — пить витамин B+C.

Кто-то выключил у нас электричество (совсем, а не на 5–6 часов в сутки, как делалось до этого).

20. Принесли письмо из редакции «Знамени», просят срочно зайти для переговоров о статье «Англо-американо-герм[анская] война в воздухе», которую я сдал туда уже давно. Очевидно, она принята. Поехал, имел разговор с Вс[еволодом] Вишневским (редактор) и Анат[олием] Кузьмичем Тарасенковым (зам[еститель] редактора). Статью нашли чересчур популярной (если бы они знали, что она писана для Детгиза!), но все же пригодной. Только просили приделать конец и сократить главку о «Самол[етах]-снарядах». Это