Другая команда - Виктория Симакова

Пётр несколько раз произнес мысленно эту фамилию и поморщился, как будто съел пару долек лимона без сахара. Новая фамилия совершенно не подходила Рид. Вот Рогова — совсем другое дело.

— Спасибо, — твердый, чуть хрипловатый женский голос вывел юношу из задумчивости.

Оказывается, он остановился в полуметре от стола, за которым сидела молодая женщина. Ее карие глаза внимательно рассматривали юношу. А он, в свою очередь, изучал ее. Темные волосы, едва доходящие до плеч, были в легком беспорядке, но это совсем не портило ее, наоборот, придавало шарма и очарования. Карие глаза смотрели с интересом и легкой усталостью.

— Спасибо, что оказались рядом и помогли… — Рид замолчала, будто ожидая, что собеседник представится.

Но Пётр продолжал молча таращиться на ту, истории о которой слышал с самого первого дня учебы в магической школе.

— Я, к сожалению, не знаю, как вас зовут, месье.

— Пётр Бельский, — осипшим голосом ответил студент.

— Ваш отец Михаил Бельский? — с ноткой удивления поинтересовалась Рид.

— Я живу в семье Михаила и Софьи Бельских. И ношу ту же фамилию.

— А ваши друзья?

— Даня, Лара и Галя, — Пётр поочередно указал рукой на каждого из ребят.

— Галя, — многозначительно повторила Рид и посмотрела на ребят, которые стояли в стороне на тротуаре. — Моя благодарность не знает границ. Я мало чем могу вам помочь, но если вдруг, то…

— Вы можете помочь мне, — юноша сглотнул и сам испугался своей дерзости, — мадам Рогова. Мне нужна информация.

— Узнаю стиль чистокровок, — усмехнулась Рид. — За знакомство. — Она отсалютовала чашечкой чая.

Глава 5

Дневник. Молодежь

«Винтаж» — «Знак Водолея»

— За знакомство, — я усмехнулась. Вот уж жизнь — удивительная штука. Знала ли я, что, отправляясь на встречу со старым другом, переживу покушение и буду втянута в новую магическую аферу? Нет. Не знала. Не предполагала. Не думала. — А Николай Константинович все еще встречается с Юлией Сергеевной? — поинтересовалась я, разглядывая необычную компанию на своей кухне.

— Нет. — Кажется, это ответила Лара. Точно Лара. — Они поженились три года назад.

Хорошо, что вкусовые предпочтения в одежде у сестер разные. Иначе их легко можно было бы перепутать. Хотя… нет. У Гали взгляд более колючий, но она напоминает открытую книгу. А вот ее сестричка только кажется простой и ветреной, а на самом деле она что-то скрывает.

Все мы что-то скрываем. Мне ли этого не знать?

Так и подмывало спросить о других известных мне магистрах школы, но, подавив это желание, я посмотрела на Петра. Высокий, нескладный, наблюдательный, умный. Он лидер этой компании. Умеет рисковать, руководить и слушать. Это может сделать его в будущем очень опасным для врагов и незаменимым для друзей. Но это потом, а пока компания шестнадцатилетних подростков уплетает обед, что приготовила кухарка утром.

— Вы знаете, кто пытался вас убить? — это Даня. Глаза парня горят в предвкушении занимательной истории, а улыбка такая обаятельная, что и не захочешь, а расскажешь. Почему бы и не рассказать? Открытость и откровенность — неплохое начало для знакомства, чтобы завоевать их доверие.

— Это Кристоф. Племянник моего покойного мужа. Он стремился заполучить дядюшкино наследство и не желал смириться с моим появлением в жизни его старшего родственника. Он заказал убийство еще во время нашего медового месяца.

Кто-то из девушек ахнул. Пётр отодвинул чашку с чаем.

— И он? В смысле — муж.

— Погиб. А я вот катаюсь, — я хлопнула по подлокотникам запасного инвалидного кресла. — Потом еще пара попыток была, но ничего у этого идиота не получилось. Видимо, он устал ждать или ему срочно понадобились деньги. Раньше он действовал аккуратнее, не оставлял ни следов, ни свидетелей. Теперь же поспешил и наделал ошибок.

— Вы как будто этому и не рады, — тихо заметила Лариса, украдкой бросив взгляд на Петра.

На кухне воцарилась напряженная тишина. Видно было, что ребята хотели о чем-то спросить, но то ли боялись, то ли стеснялись дальше задавать вопросы. Почти смешно.

— Спасибо, что вмешались, — я решила, что разговором должен руководить старший, тем более что мне тоже не помешает узнать о них кое-что. — Как я говорила Петру, если надо чем-то вам помочь, то смело говорите. Вы мне жизнь спасли.

Я постаралась придать голосу теплоты и участия. Не знаю, как это выглядело со стороны, но я действительно старалась. В последнее время круг моего общения значительно сузился почти до минимального: кухарка, дворецкий, медики, а также Мария и Свен. Я не общаюсь даже с отцом. Зачем?

Разговоры о захвате власти и возможности вернуть мне магию утомляют. За четыре года чего только мы не попробовали, чтобы заполнить мой внутренний магический резервуар. И амулеты, и обряды африканских шаманов, даже украденные отцом магические браслеты и контрафакт с нелегального магического рынка пробовали. Ничего не помогало.

И я смирилась, что ни один из известных способов не поможет снова ощутить магические потоки, бегущие по венам, обгоняя кровь, даря желание творить и действовать.

Может, потом, когда я буду готова, я и попытаюсь повторить операцию «Прометей», а пока же мне есть чем заняться. Встать с инвалидного кресла и заново научиться ходить. И эта задача, в отличие от магической, решаема.

Вот уже несколько месяцев я готовлюсь к операции по извлечению кусочка металла, который не дает ногам нормально работать. После покушения у меня были недели под капельницами и операции, чтобы просто выжить. Потом реабилитация, обследования, упражнения и бесчисленные поездки по врачам. От одного к другому. Анализы, разговоры — все одно и то же, только на разных языках. Но в одном они были схожи: в операции мне отказывали. И так до тех пор, пока я не нашла ее, Марию Рохос. Талантливейшую и незабываемую. Невысокую хрупкую португалку, которая одним взглядом темных глаз способна заморозить армию ленивых пациентов и неадекватных родственников.

В одной из клиник Швейцарии, куда я приехала для очередного осмотра, мы и познакомились. И ее короткое «не обещаю», когда я уже приготовилась выехать из кабинета, перевернуло мир.

Мария ничего не обещала, она исследовала, изучала и наблюдала. Потом что-то анализировала, сравнивала,