Воспоминания маршала. Полная версия - Константин Константинович Рокоссовский

Основной удар вначале нацеливаем по центру обороны противника в направлении Цоппота, чтобы вбить клин между двумя крепостями.

Для борьбы с вражескими кораблями командующий артиллерией фронта создал специальную группу дальнобойной артиллерии. Но ей почти не довелось стрелять по морским целям. Все решили летчики воздушной армии Вершинина. Бомбардировщики и штурмовики нанесли такой удар по кораблям, что они поспешно покинули бухту.

Армии фронта наступали в пределах отведенных им полос в тесном взаимодействии друг с другом. Танковые соединения выделили свои машины для непосредственной поддержки пехоты. Летчики держали под контролем вражеский аэродром, где размещалось до сотни самолетов, и своими ударами помогали стрелковым частям прорывать оборону противника. Инженерные войска под руководством генерала Благославова шли вместе с пехотой, чтобы уничтожать огневые точки врага, разрушать крепостные сооружения, прикрывать дымами действия пехоты и танков. Благославов изобрел особые катапульты, посредством которых в расположение противника забрасывались тяжелые снаряды, в большом количестве захваченные нами на немецких складах.

Штурм начался 14 марта. В первый же день боя наша авиация уничтожила на данцигском аэродроме все стоявшие здесь вражеские самолеты, обеспечив тем самым себе абсолютное господство в воздухе. Нанося удары на всех участках, основные усилия сосредоточиваем в направлении Цоппот, Олива. Бои тяжелые. Противник яростно дерется за каждый окоп.

Наши расчеты на быстрое преодоление неприятельской обороны не оправдались. Конечно, мы выиграли многое некоторой внезапностью действий, лишав противника времени на организацию обороны, но задача по преодолению этого сильного укрепленного района оказалась нелегкой.

Бойцы и командиры в ходе боев искали способы преодоления разнообразных препятствий. Орудийный грохот не стихал ни днем ни ночью. Войска разбились на штурмовые группы. В них входили пехотинцы, артиллеристы, танкисты и саперы. В небе стоял несмолкающий гул моторов. Самолеты то большими, то мелкими группами вылетали на поддержку штурмовых групп. Шаг за шагом вгрызаемся во вражескую оборону.

Бесстрашен и самоотвержен наш солдат. Глядишь, ранен, а из последних сил ползет с гранатами к дзоту. Но мы снова и снова призываем командиров и политработников беречь людей, побеждать не кровью, а умением!

Не занимать нашему солдату сообразительности, упорства и находчивости. И, как всегда, впереди оказываются коммунисты и комсомольцы. На лету они подхватывают любую полезную инициативу и сами неистощимы на выдумку и смекалку. Добилась успеха одна штурмовая группа – ее опыт сразу становится всеобщим достоянием.

Не помогали противнику отчаянные контратаки. Это даже ослабляло его оборону, ибо каждая такая вылазка стоила ему очень дорого. Потеряв десятки солдат, он откатывался, а наши богатыри на плечах отступающих гитлеровцев врывались на их позиции.

1-я гвардейская танковая армия тем временем, опрокинув заслоны противника, достигла залива Путцигер-Вик. М. Е. Катуков повел свои танки вдоль берега бухты, чтобы ударить по Гдыне с севера. Вместе с танкистами выступали здесь и части 19-й армии. На правом фланге фронта 2-я Ударная армия медленно, но верно теснила врага. Ее ударная группировка находилась уже в 8 км от южной окраины Данцига (Гданьска).

Наш сосед справа, 3-й Белорусский фронт, подошел к правому берегу Вислы, части его 48-й армии соприкасались с правым флангом нашей 2-й Ударной, а между ними образовался треугольник, занятый еще вражескими войсками. Враг крепко держался за этот клочок земли, который обеспечивал ему связь с Земландским полуостровом по косе Фриш-Нерунг. Как-то позвонил мне маршал А.М. Василевский, вступивший к тому времени в командование 3-м Белорусским фронтом вместо погибшего Черняховского.

– Зачем вы оттесняете на наш участок вражеские войска?

– Вы должны этому радоваться, – отшутился я. – Вам достанется больше пленных.

Признаться, нам тогда было не до этого лоскутка пустого побережья: шел завершающий этап Данцигско-Гдыньской операции.

Прорвав три линии вражеских укреплений, войска 70-й армии совместно с 3-м гвардейским танковым корпусом и частью сил 49-й армии утром 25 марта ворвались в Цоппот, в жестоких уличных боях очистили его от гитлеровцев и устремились на Оливу – предместье Данцига.

С выходом наших войск к Данцигскому заливу группировка противника была рассечена на три части: одна из них удерживала Данциг, вторая – Гдыню, третья – косу Путцигер-Нерунг (Хель).

Ликвидация гдыньской группировки была возложена на 19-ю армию и 3-й гвардейский танковый корпус. 1-я гвардейская танковая армия к этому времени выводилась в район сосредоточения: она возвращалась в 1-й Белорусский фронт. Преодолевая оборонительные сооружения противника, пехотинцы и танкисты подошли к городу и завязали уличные бои. 28 марта Гдыня была в наших руках. Остатки вражеских войск, бросая раненых и боевую технику, отошли на побережье севернее города.

В боях за Гдыню были полностью разгромлены четыре вражеские дивизии, восемь отдельных полков и двадцать батальонов различного назначения. Успевшие отойти на плацдарм севернее города остатки этой группировки (танковая дивизия, подразделения моторизованной и пехотной дивизий, артиллерийской бригады и шести батальонов морской пехоты) спустя несколько дней были тоже ликвидированы. Всего в районе Гдыни противник потерял 50 тысяч убитыми, 229 танков и самоходных орудий, 387 полевых орудий и более 3500 автомашин. Нашими частями было захвачено свыше 18 тысяч пленных, около 200 танков и самоходок, 600 орудий, 71 самолет, 6246 автомашин.

26 марта войска 2-й Ударной и 65-й армий, в тяжелых боях прорвав неприятельскую оборону на всю ее глубину, подступили к Данцигу. Во избежание бессмысленных потерь гарнизону был послан ультиматум с предложением капитулировать: продолжать сопротивление бесполезно. В случае если ультиматум не будет принят, жителям рекомендовалось покинуть город.

Гитлеровское командование не ответило на наше предложение. Был отдан приказ начать штурм.

В освобождении старинного польского города Гданьска вместе с советскими войсками участвовала отдельная танковая бригада Войска Польского. Польские друзья плечом к плечу с нашими бойцами мужественно сражались с общим врагом.

Штурм мы начали одновременно с трех сторон. Борьба шла за каждый дом. Особенно упорно гитлеровцы дрались в крупных зданиях, заводских и фабричных корпусах.

Во время штурма в заливе снова показались вражеские корабли. Огонь их мощной артиллерии был внушительным и причинял нашим войскам много неприятностей. Пришлось отвлечь от участия в штурме значительную часть нашей дальнобойной артиллерии, состоявшей преимущественно из 122– и 152-мм пушек, и выдвинуть ее на берег. Хотя нашим артиллеристам не приходилось раньше стрелять по морским целям, били они довольно метко и заставили фашистские корабли держаться на значительном расстоянии от берега, что не могло не отразиться на эффективности их огня. А тут включилась в дело и авиация Вершинина. Штурмовики атаковали корабли на малых высотах одновременно с разных сторон, а сверху на врага обрушивали свой груз бомбардировщики.