Свет проклятых звёзд - Летопись Арды

О дальнейшем думать не разрешала мама, поэтому Финдуилас не стала фантазировать, а просто пошла быстрее и увереннее, и когда родительница уже готова была высказать дочери всё, что думала об опоздании, юная эльфийка вдруг увидела, как на неё смотрит золотоволосый незнакомец в зелёной одежде с нарготрондской символикой. Он стоял на фоне пламени и множества равнодушных собратьев, а во взгляде читалось восхищение красотой принцессы и желание взять её в жёны. Прямо сейчас!

Вспомнив, что так нельзя, и нужно заставлять влюблённого мужчину страдать, просиявшая и смутившаяся принцесса, едва не прыгая от счастья, села к маме и, не замечая язвительных слов, очень гордо отвернулась, изо всех сил борясь с желанием посмотреть на долгожданного воздыхателя.

***

Не зная, что дальше делать, Гвиндор всё же сел на своё место, но то и дело невольно оборачивался. Принцесса не смотрела в его сторону, однако эльф чувствовал — она заинтересована, ведь ей тоже противно всё происходящее и обсудить такое — жизненно необходимо! С огромным трудом дождавшись, когда объявят перерыв для подготовки турнира мечников, нарготрондский лорд бросился навстречу исполнению мимолётного желания.

***

Решив попробовать сбежать от матери и обязанного страдать воздыхателя, Финдуилас, как только объявили перерыв, быстро встала с места, однако уйти с трибуны не удалось — Толлунэль схватила руку дочери и потянула вниз. Подчинившись, юная принцесса увидела рядом влюблённого гостя праздника.

— Ты тоже не представляешь, как может нравиться столь отвратительный фарс? — поинтересовался незнакомец, свысока смотря на правящую семью Тол-Сириона.

Опешив и растерявшись, Финдуилас обернулась на отца — принц хлопнул сына по плечу и рассмеялся. Толлунэль сжала зубы.

— Да, — неуверенно ответила юная леди, — мне тоже не нравится.

— Простите, — поклонился нарготрондский гость, видя, как вокруг него появляются соратники из свиты короля Финдарато, — я не хотел никого обидеть, зато понимаю, что этого хотели ваши музыканты. Вы, видимо, слишком заняты делами, чтобы замечать подобные мелочи, но я, праздный бездельник, уловил каждую деталь. Я видел — ваша дочь тоже возмущена поведением музыкантов, поэтому хотел бы пригласить её прогуляться.

Индвэ, Орикон, Филинквэ и Миньятолос уже готовы были увести позволявшего себе непозволительное лорда с торжества, однако король Финдарато, принимая от слуги вино и лучезарно улыбаясь, кивнул:

— Разумеется, ты можешь, Гвиндор, сын доблестного разведчика Гуилина. Вижу, вам обоим претит обсуждение истории войн, так почему бы не провести время приятно?

В глазах Финдуилас отразилась паника: юная принцесса оказалась не готова к тому, что ей можно так просто принять чьи-то ухаживания. Ведь… Как же страдание недостойного прекрасного мудрого влюблённого совершенства?

Всё ещё растерянная, дочь принца Артаресто подала руку нарготрондскому лорду, и от нежного тёплого прикосновения захотелось радостно взвизгнуть. Однако, сдержавшись, лишь краснея и улыбаясь, Финдуилас позволила увести себя с трибуны от вновь заигравшей музыки, и это стало лучшим событием дня. А может, и всей жизни.

«Время гибели

Сами выбрали!»

Примечание к части Песни: «Власть огня» гр. «Кипелов»,

«Шторм» гр. «Тинтал»

Единение бесконечно далёкого

Около причала с лодками прибой сиял особенно красиво. Золотые отблески на волнах вспыхивали и гасли, мерцали, дрожали, скользили по воде, будто играя друг с другом.

— Не понимаю восхищения Тол-Сирионом, — хмыкнул Гвиндор, ступая нарочито медленно и широко.

Финдуилас удивлённо посмотрела на нового знакомого. Встречные эльфы тоже косились на нарготрондского лорда, и их недоумение веселило дерзкого Нолдо.

— Я, — принцесса вспомнила, как надо очаровывать мужчину и заулыбалась, — я тоже не понимаю. Мне здесь не нравится.

Скептически, однако самодовольно закивав, Гвиндор посмотрел на реку и качающиеся на лёгких волнах белоснежные лодки.

— Предлагаю проверить, особенный ли день сегодня, — глаза лорда загорелись, — переправимся на другой берег, и если найдём нечто необычное, значит…

— Это судьба, да? — Финдуилас просияла.

— Да.

И принцесса, весёлая, словно дитя, побежала к причалу.

***

Залитые весенним солнцем волны реки весело плескались по прибрежной гальке, омывая гладкие тёмные кругляши и труп новорожденного.

Нашедшие мертвеца дети, которые играли у воды в догонялки, с оглушительным визгом разбежались, но когда на крики прибежали взрослые, Тинвен и двое мальчишек вернулись и стали подслушивать из кустов, чтобы старшие не заметили их и не прогнали.

— Эльфёнок, — сказал старый рыбак, заворачивая тельце в тряпку. — Уши нечеловеческие. Опять какая-то баба от мужа пригуляла, а потом выбросила дитя, на отца не похожего. Зато похожих этот горемыка своими мнит, а они полуэльфы нагулянные!

— А что делать, коль муж не могёт? — заступилась за неизвестную детоубийцу женщина с лоханью. — Рожать-то надо, а он не!

— Ну не топить же младенца! Отдала б кому, ну! Отцу, например! — молодой лодочник отмахнулся. — Дура! Вождю надо сказать, пусть разбирается.

Тинвен посмотрела на друзей, которые хихикали в кулаки. В детской голове не укладывалось случившееся, однако мысль о возможности выйти замуж за соседа, а родить от прекрасного дивного лорда показалась интересной. Может, все самые лучшие люди и не люди вовсе?

Девочка знала — года через четыре ей уже найдут жениха, а там и до свадьбы недалеко. Эльф замуж не возьмёт, но что, если…

***

— Что, если именно роду Мараха суждено покончить с тварями Моргота?! Кто сказал, что люди слабее эльфов?! Кто?!

Хатол, стоя на трибуне посреди залитой тусклым солнцем площади, кричал всё громче, размахивая боевым топором, который не держал очень давно, и письмом из Хитлума. Казалось, весь Дор-Ломин собрался сейчас послушать речь вождя.

— Моргот снова нападает, но нападает на востоке! Понимаете, что это значит?! Что все наши жертвы не напрасны! Моргот устрашился наших воинов! Мой отец — ваш великий вождь — погиб, но его гибель была героической! Мы, род Мараха, напугали врага! Так продолжим начатый предками бой! Мы соберём войско и отправимся за Железные Горы! Мы раздавим остатки вражьих войск, а новые армии уничтожим в зародыше! Род Мараха сделает то, на что