Свет проклятых звёзд - Летопись Арды

Андрет сидела и рассматривала подаренную королём Финдарато книгу, не видя и не воспринимая написанных в ней слов. По правде говоря, внучка изгнанного вождя сама не знала, зачем взяла в руки эту рукопись, видимо, всё произошло, просто чтобы занять себя хоть чем-то. Когда дом для семьи Борона достроили, каждый оценил, насколько прежнее жильё, постепенно возводимое предками, было добротнее. Теперь из всего рода в нём остались лишь три семьи — Брегор с женой, его средняя тётка с детьми и внуками, и двоюродный племянник, вот-вот собиравшийся жениться. Младшая сестра Андрет — Бериль не уехала из Фиримара, однако перебралась в дом Белемира и Аданель, помогая по хозяйству и заботясь о сиротах, несмотря на то, что некоторые из них были старше её на несколько лет.

Рассчитав сроки строительства и прикинув, какого размера здание удастся возвести до осенних холодов, эльфы дортонионских лордов предложили семье Борона два варианта: сделать два-три больших жилых помещения или разделить этажи на крошечные комнаты, в которых можно жить только по одному, и родня бывшего вождя единогласно выбрали второй. Андрет это показалось очень неприятно-показательным, однако делить с роднёй всё своё время девушка не желала. Была бы её воля, она бы и вовсе ни с кем не виделась, поскольку так или иначе, пусть и невольно, разговоры сводились к сорванной свадьбе по глупости непутёвой невесты.

С верхнего этажа донеслось пение — дед снова выпил в одиночестве или в компании с кем-то из слуг. Боромир больше не проводил время с отцом, хоть пить и не бросил, но, похоже, принципиально не делил ни вино, ни хлеб с родителем. Что послужило причиной такого охлаждения, никто в семье не знал точно, пусть и догадывались.

«Ну что за жизнь! — слышались не слишком разборчивые слова. — Кто друг, кто враг —

Ни ты, ни я понять не можем,

К сожаленью, всё никак!

Э-эх!

Нас время рассудит,

Лет десять пролетит, и ты меня поймёшь.

Э-э-эх…

Ну, а выпьешь — вспомни про меня!»

Возможно, стоило пойти к деду и поговорить, однако Андрет не знала, как на это отреагирует отец, а ссориться с ним не хотелось. Как и лишний раз встречаться. Перешедший в ночь вечер продолжался невыносимо уныло, надо было продолжать вязать и ткать тёплые вещи, да только всё валилось из рук.

«Ну что за жизнь?! Э-эх…»

Вдруг раздался стук в дверь, и на пороге, получив позволение войти, появилась помогавшая на кухне служанка:

— Это невероятно! Госпожа! Эльф пришёл!

Конечно, Андрет хотела верить, что это Он — тот самый эльф, а не кто-то другой. Пусть не сам лично, но посланник от Него. Но лучше сам, да.

Однако и сердце, и разум в унисон твердили — нет, Пушок не придёт. Кто угодно, только не он.

— Называйте меня Никулирьо, — донеслось из коридора, и внучка Борона подумала, что в родном доме не услышала бы разговоров около входа в жильё — оно было намного больше, стены — толще, да и в целом лучше. Роднее… — А согреется моя мелодия души и тела — стану просто Лирьо.

Догадавшись, что «замёрзшая музычка» — не настоящее имя незваного гостя, Андрет прислушалась: нет, голос незнакомый. Может, это всё-таки посланник Пушка? Может, Пушок всё-таки скучает, но боится появиться на глаза обиженной возлюбленной?

«Правильно боится! — сказала сама себе внучка опального вождя. — Я бы ему врезала! Чем потяжелее!»

О том, что потом бы расцеловала, девушка себе думать запретила.

Мама вышла к эльфу, стала расспрашивать, но незнакомец всячески увиливал от прямых ответов. Точно от Пушка!

— Надеюсь, господин уже оттаял? — Андрет, быстро накинув ажурную шерстяную шаль, быстрым шагом вышла из комнаты навстречу гостю. А дома этот путь занял бы намного больше времени!

— Если юная леди спросила, чтобы снова выставить меня на улицу, то нет.

— Как ты мог такое подумать, господин Никулирьо?! — ужаснулась, покосившись на входную дверь, в которую то и дело били порывы ветра, супруга Боромира.

— Не все хозяева гостеприимны, — задумчиво отозвался эльф.

Забрав у неожиданного визитёра заснеженную одежду и дав одеяло, слуги проводили его в кухню — самое тёплое место в доме, и Андрет, сгорая от нетерпения, поспешила следом.

— Я сама всё сделаю! — пшикнула девушка матери и остальным ненужным помощникам. — Са-ма. Отдыхайте.

Никулирьо немного удивился, однако ничего не спросил.

***

Сейчас, когда эльф прощался с приютившей его семьёй, взгляд сияющих глаз был точно таким же вопрошающе-выжидающим, однако слова не звучали. Андрет улыбнулась.

***

Андрет улыбнулась.

— Ты по поручению лордов пришёл? — тихо спросила она, пытаясь понять, как лучше вызвать доверие, помимо горячей еды и вина.

— Нет, — обнимаясь с нагретой чашей, отозвался гость. — Я всё расскажу, только не прогоняй на мороз!

Подав ещё еды, подбросив в печь поленьев, девушка села напротив гостя.

— Меня послал Вала Улмо, — сказал, блаженно улыбаясь теплу, Никулирьо. — Я всю жизнь пел глупые песенки, восхвалял то, что в этом не нуждалось, чему не нужна поддержка. А потом что-то случилось, не знаю, что, но меня перестали видеть живые собратья. Я был в ужасе, отчаялся, и тогда ко мне пришёл Вала Улмо и сказал, что я должен напомнить другим, зачем они живут. Он сказал, что слишком многие забыли об этом.

Андрет с опаской тронула эльфа за руку, покрасневшую, но уже отогревающуюся.

— Это шутка? Ты ведь живой!

— Или ты тоже мертва. И все, кто меня видит.

— Ха! — сестра вождя Брегора почувствовала необъяснимый страх, но разумом понимала — гость врёт. — Зачем мёртвым знать, для чего жить?

— Мало ли… Вдруг пригодится?

Допив и доев всё, что подали, Никулирьо счастливо заулыбался.

— Ты служишь, то есть, служил лорду Айканаро? Аэгнору, — Андрет решила не тянуть.

— Нет, однако знаю его достаточно.

— И… как он? Женился?

По реакции гостя стало понятно, что он ждал практически любого вопроса, кроме этого.

— Я не пел на его свадьбе, — пожал плечами эльф, — однако слышал разговоры, что все, попавшие под чары прекраснейшей в Арде звёздной девы, не знают покоя и не могут быть с другой женщиной.

— Привораживает, — понимающе кивнула девушка.

— Нет! — Никулирьо покачал головой. — Ей это не нужно. Достаточно одного взгляда…

— Ты тоже… так? Не можешь с другой женщиной?

Эльф задумался. Андрет подумала, что Замёрзший Музончик снова боится быть выгнанным в метель, поэтому