Мы, аристократы 5 - Бастет

опекунством, то только благодаря его положению в Визенгамоте. Люциус мог брать ежемесячное содержание, указанное в договоре, мог запрашивать деньги на внеплановые расходы, предоставив обоснование, мог принимать решения об образовании подопечного и проверять банковское управление его имуществом, но не мог распоряжаться его вкладами и недвижимостью. Куплю и продажу собственности, денежные инвестиции и пожертвования мог осуществлять только взрослый дееспособный владелец.

До рождественских каникул оставалось всего-ничего, и мы решили их дождаться, а пока отозвали Арчи в аудиторию и посвятили в задуманное. Гордый оказанным доверием, он обещал на каникулах переговорить с родителями и послать мне сову с сообщением. Я же собирался договориться об эмансипации с Люциусом и устроить её как можно скорее, чтобы к началу года получить полное право распоряжения родовым имуществом.

Было хуже всего, что от Драко ожидались проблемы. Наши отношения так и не наладились: мне в такой ситуации было недопустимо прогибаться перед ним, а он не считал, что в чём-то виноват. Не знаю, что он писал о нашей ссоре отцу и писал ли вообще, но на каникулах охлаждение наших отношений станет очевидным и не такому проницательному человеку, как Люциус. Как мой опекун отнесётся к этому, я не пытался даже гадать, поэтому просчитывал худший вариант. Да, у нас с Люциусом было полное единство и взаимопонимание касательно переустройства магической Британии, но трудился он над этим в первую очередь для своей семьи.

Но, как выяснилось, Люциусу было не до наших разборок. После Хеллоуина он вплотную занимался проталкиванием пересмотра дел осуждённых сторонников Тёмного Лорда, а за неделю до каникул явился к нам в Хогвартс предупредить, что не может принять у себя гостей на Рождество. Выглядел он усталым и замотанным, пренебрёг попытками Драко похвастаться клубом, а мне с глазу на глаз сообщил, что на каникулы у нас будут другие гости.

Азкабанские узники.

Никто из наших не захотел отправляться на каникулы поездом, поэтому я открыл каждому одноразовый пропуск по указанному каминному адресу. Тед впервые за долгое время отправился к тётке, без малейшей радости предвидя столкновение с её командирскими замашками. Но, как он сказал, нет худа без добра, потому что в семейной библиотеке Ноттов было много книг и рукописей по строительству и защите магических сооружений, с которыми он собирался ознакомиться за каникулы.

Семья Ромильды тоже вернулась домой. Её отец на пару с Люциусом понавешал добавочной защиты и сигнализации на семейный коттедж Вейнов, так что если там произойдёт что-то чрезвычайное, мы мгновенно узнаем. Грег, Винс и Гвардейцы отправились по домам, Джастин отбыл вместе с Невиллом, намереваясь поехать к родителям уже от него. Эрни отправился гостить к Дирку, отец которого тоже вернулся от Малфоев в свой дом.

К Малфоям отправились только мы вдвоём - Драко, как сын, и я, как воспитанник. Нельзя сказать, что после той размолвки мы совсем не разговаривали друг с другом - мы были вынуждены общаться по учёбе и по делам клуба - но мы обменивались фразами с холодноватой сдержанностью, словно едва знакомые люди. Со стороны и не заметишь, взаимное неприятие проявлялось только при неформальном общении.

В роскошном малфоевском особняке было пусто. Люциус с Нарциссой, маленький Гелиос с воспитательницей-француженкой, а теперь ещё и мы с Драко. Дошкольная группа детишек, которую Малфои принимали летом, теперь воспитывалась у Уоррингтонов. Азкабанцев здесь пока было двое, Руквуд и Мальсибер-старший, и оба были не в том состоянии, чтобы разгуливать по особняку. Дела осуждённых Пожирателей, вследствие открывшихся сведений по ордену Феникса, с середины декабря пересматривались на ежедневных заседаниях Визенгамота, где сторонники чистокровной власти делали всё возможное и невозможное для амнистий или смягчения приговоров.

Первым выпустили Августа Руквуда, установив, что в рейдах он не участвовал, а был бездоказательно обвинён в шпионаже из-за принадлежности к ближнему кругу Волдеморта. Два дня назад освободили Мальсибера-старшего, тот тоже не был боевиком и его тоже посадили за принадлежность к ближнему кругу, немудряще рассудив, что он хоть чем-то, да виноват. Одновременно амнистировали и Мелвина Мальсибера, несмотря на его похищение оборотнями - как оказалось, его посадили в основном за то, что он сын своего отца. Суды продолжались, и Люциус с Роули надеялись к Новому году амнистировать всех, кого возможно, а остальным смягчить приговоры и условия содержания.

Нарцисса счастливо обняла Драко, недовольно зашипевшего от таких нежностей, и тепло приветствовала меня. Она засыпала сына вопросами об учёбе, о Хогвартсе и о школьной обстановке, восхищённо ахая над ответами, а когда наконец наговорилась, мы разбрелись по своим делам. Драко - на квиддичное поле, я - в библиотеку, а Люциус отправился в Министерство, где сегодня в Визенгамоте разбирали дело Долохова.

Снова мы сошлись уже за обеденным столом. Кроме членов семьи, с нами обедали семейный лекарь Шон Брукс, выхаживавший бывших узников, и один из его пациентов, Август Руквуд. По укоризненному взгляду лекаря в адрес пациента можно было догадаться, что тот сейчас нарушает предписанный режим.

Руквуду можно было дать лет под пятьдесят, хотя он был немногим старше Люциуса. Он был сильно истощён и заметно нездоров, но тем не менее опрятно одет и аккуратно подстрижен, наверняка заботами Нарциссы. Держался он с естественной уверенностью человека, с детства привыкшего к определённой манере поведения в обществе, которую не истребили даже четырнадцать лет Азкабана. Нижнюю часть его лица прикрывала короткая светло-русая бородка, кожа на открытой части лица была испещрена мелкими синеватыми точками, словно от взрыва пороха. Серые запавшие глаза с живым интересом оглядывали мир, а особенно нас с Драко, как новых лиц в особняке.

- Пятый курс? - прикинул он, когда нас представили ему. - И как успехи?

- Справляемся, - лаконично ответил я. Драко обрадовался возможности блеснуть и стал рассказывать о своих отличных оценках, а затем перевёл разговор на свой клуб. Руквуд слушал внимательно, с одобрением кивая в нужных местах.

- Мистер Поттер, а вы тоже состоите в этом клубе? - привлёк он меня к беседе, заметив, что я в ней не участвую.

- Состою, - подтвердил я.

- И как он вам?

- Неплохо получилось.

- Неплохо?! - возмутился Драко, оценивавший свой клуб не меньше, чем на "превосходно", и привычно попытался опустить меня, не подумав, что мы уже не в Хогвартсе. - Мистер Руквуд, не слушайте его, это же Поттер. Он ничего не понимает в клубах, он у маглов воспитывался.

Люциус с Нарциссой шокированно переглянулись. Руквуд дружелюбно-светским тоном обратился ко мне:

- Как интересно, мистер Поттер. Вы и в самом деле