Свет проклятых звёзд - Летопись Арды

Нолдо в красно-чёрном плаще, двое наугрим и пятеро людей — три женщины, юноша и старик досматривали большой обоз. Слова оказались не нужны, чтобы трое нарготрондских лордов поняли абсолютно всё: заметив чужаков и, видимо, зная, кто это такие, халадины начали затравленно оборачиваться, умоляюще смотреть в сторону подданных короля Инголдо, заикаться, кланяться, вымученно улыбаться и с ужасом коситься на руководивших их действиями эльфа и гномов.

— Чего боятся эти эдайн? — успокоившись, спросил Эсуил.

— Ошибиться, — совершенно невозмутимо ответил Нолдо. — Нужно определить, правильно ли составлены списки товаров, а соответственно, верно ли оплачено пользование Трактом, что именно оплачено, есть ли грамоты, не фальшивые ли. Много знать надо, а халадинам сложно.

— Вы ведь нам поможете, правда? — вдруг спросил старик, отходя от телеги. — Эти молодые, боятся, а мне терять нечего, я своё пожил. Поможете? Сгинут наши по тюрьмам!

— Что ты несёшь, дурак?! — взъярилась на него одна из женщин. — У нас хорошо всё!

— Не трогайте его! — Эрьярон сразу же пресёк попытки стражи заставить мужчину молчать — выхватил меч и встал перед бунтарём. — Заберём его для разговора. Как тебя звать?

— Дадом зовите.

— Пойдём, Дад. Поговорим, решим, что делать.

— Да что решать? — перешёл на крик старик. — Делайте со мной, что хотите! Но я скажу! Отец Халет — друг мой был! Я её с вот такой крохи знаю! Не может она зло деять! В тюрьму её, это, ни за что! И остальных! Они обирать таких вот отказались! Не воры мы! Мы — честный народ! А эти — что орки!

— Дурак старый! — возмутились уже все три женщины, торговцы сделали вид, будто ничего не слышали.

— С нами пойдёшь, — твёрдо заявил Эрьярон. — Твои слова проверить надо.

— Да бейте! Я не откажусь от того, что счас сказал! Бейте, проверяйте!

Нолдо и два гнома, как ни в чём не бывало вернулись к работе.

— Бейте? — Йавиэрион побледнел.

— Не делай поспешных выводов, — положив другу руку на плечо, Эсуил вздохнул и повёл старика к лошади. — Сначала всё проверим.

***

В небольшом зале, куда пришлось идти по украшенному историей Таргелиона коридору, оказалось удивительно светло и тихо, а за большим столом, где можно свободно разместиться дюжине гостей, сидела, улыбаясь, одна-единственная эльфийка.

— Владычица Оэруиль? — Финдарато, обещавший прийти без свиты, от неожиданности едва не назвал супругу Морифинвэ именем жены другого кузена. — Я неописуемо рад встрече с тобой!

— Неописуемо, — напряглась королева, — однажды я неосторожно произнесла это слово, и меня обвинили в невежестве и неумении подбирать выражения.

— О, нет! — король ахнул. — Это слово означает совершенно иное! «Неописуемо», произнесённое в твой адрес, означает, что ни в одном языке Арды, даже в Валарине, не существует подходящих слов, то есть, твоя красота выше любых сочетаний звуков!

— Это не претензия, владыка Ном, — просто сказала Оэруиль, сделав акцент на том, что перед ней правитель людей, — я лишь поделилась забавным воспоминанием.

Финдарато прошёлся вдоль стен, на которых висело красивое оружие, и сел в показавшееся самым удобным кресло.

— Мой супруг, — взгляд королевы заметался, — не сможет встретиться с тобой, поскольку не хочет находиться в этом дворце, а приглашать столь дорогого гостя и лес — невежливо. Поэтому нолдоран Морифинвэ передал мне дела. Говори, король Ном, что тебя привело.

Решив, что больше уже ничто не сможет его удивить, Инголдо присмотрелся к Оэруиль. Серый незаметный среди сверкающего оружия силуэт ничто не украшало, и если бы возникла необходимость воспевать таргелионскую владычицу, пришлось бы сильно потрудиться, чтобы слова оды не звучали пусто.

— Мудрость королевы безгранична, коли мой кузен всецело доверяет тебе. Что ж, дело у меня не слишком приятное. Для меня. Я даже хотел потребовать с кузена мешок золотых мирианов за пережитый по пути страх, вызванный жуткими, леденящими кровь рассказами о нападениях орков на королевские экипажи. Однако как я могу что-то просить у прекраснейшей правительницы? Придётся мне справляться со страхом самостоятельно и лечить сердечные раны вином.

— Могу дать мешок яблок, — испытующе посмотрела на гостя Оэруиль.

— Благодарю, прекраснейшая, но вынужден отказаться, — не понял шутку Инголдо. — Привела меня крайне неприятная история. Весь Белерианд только и говорит про несчастных угнетаемых в Таргелионе Младших Детей Эру, которые готовы бежать куда угодно и молить о помощи. Мои кузены, лорды Дортониона, живут в мире и любви, — Финдарато прикусил язык, — с Фирьяр, поэтому просто не могут продолжать сотрудничество с Таргелионом. Но ведь это сильно навредит твоему королевству! Моё сердце разрывается от горя, когда я думаю об этом.

Владычица прищурилась, болотные глаза потемнели.

— Нет, — сказала она, — если Дортонион перестанет поставлять нам лес, торф, шкуры и остальное, подразумевающееся договором, проблема окажется мимолётной, поскольку совсем скоро будет заключено торговое соглашение с Оссириандом. Гораздо более выгодное. Однако мы все понимаем: жизнь — это не только подсчёт прибыли.

Интуиция подсказала Финдарато, что сейчас будет изложена прямо противоположная озвученной позиция.

— Разумеется, — заулыбался Инголдо, любуясь охотничьими доспехами. — Тем более, что я прекрасно понимаю — мой брат просто не знал, как вести себя с Фирьяр, и, вероятно, имеет место мой просчёт и недосмотр в том, что я ему не помог вовремя разобраться.

— Твой кузен, владыка Ном, — серьёзно продолжила королева, — мой супруг, мудр и дальновиден. Поэтому согласен на исход халадинов из Таргелиона, с условием, что они полностью выплатят все долги, оплатят себе дорогу и не возьмут с собой ничего из приобретённого за счёт королевской казны имущества. Разумеется, можно забрать одежду и обувь, но оружие, украшения, телеги, инструменты, дома-шатры и палатки, домашний скот — нет. Всё это принадлежит Таргелиону, и должно здесь остаться.

Нарготрондский владыка поднял брови. Хотелось задать очень много вопросов, однако с губ сорвался только один:

— И во сколько мне это обойдётся?

Бессмертный помер, а я всё ещё жива!

— Братья меня за это волколакам скормят! — обречённо произнёс Финдарато, собрав за большим столом свиту и Брегора с женой. — Но я не могу поступить иначе. Видите, в какой я ситуации оказался? Скоро зима, идти куда-то в неизвестном направлении станет тяжело и опасно, но вы ведь тоже понимаете, что нельзя оставлять людей в тюрьме до