Модные увлечения блистательного Петербурга. Кумиры. Рекорды. Курьезы - Сергей Евгеньевич Глезеров

После революции стрельнинскую дамбу с сооружениями парусного клуба, спасательной станцией и баржей использовала Кронштадтская пограничная служба Финляндского района как морской военный наблюдательный пост. Кстати, с июня по октябрь 1918 г. старшим телефонистом на нем служил известный в будущем писатель Михаил Зощенко. Правда, в то время стрельнинская дамба приобрела плохую славу – здесь было одно из мест казней жертв «красного террора»…

«Семейный клуб» на Суздальском озере

Среди многочисленных яхт-клубов Петербурга достойное место занимал Шуваловский яхт-клуб, располагавшийся в одной из самых популярных дачных местностей в северных окрестностях города.

Нам уже приходилось писать, что эта местность была одной из самых спортивных в старом Петербурге. Водный спорт тут представлял не только основанный в 1879 г. яхт-клуб, но и находившиеся на том же Нижнем (Суздальском) озере в Шувалово парусный кружок и гребной кружок «Фортуна». Каждый из них обладал своим флагом, вымпелом, формой, сигнальными пушками, гаванью и клубными помещениями. А яхт-клуб обзавелся и собственной электростанцией. Кроме всего прочего, его взял под августейшее покровительство великий князь Кирилл Владимирович, поэтому от вступавших в ряды клуба требовались солидные рекомендации.

Знаменитый спортсмен Н.А. Панин-Коломенкин рассказывал, что именно здесь, на озере в Шувалово, в 1890-х гг. ему довелось серьезно познакомиться с парусным спортом. «Мой однокашник по гимназии и юсуповский конькобежец-фигурист С.В. Иванов, сын чиновника Министерства земледелия, жил на даче в Шувалове, имел небольшую яхту, состоял членом местного парусного клуба и, следовательно, мог пользоваться и другими судами на Шуваловском озере, – вспоминал потом Панин-Коломенкин. – Это озеро имело свою особенность: на нем почти отсутствовали сильные воздушные течения. Поэтому многие местные суда применяли огромную площадь парусности. В редкие дни шквальной погоды команды были начеку; несмотря на сравнительно большую устойчивость судов, они кувыркались довольно часто.

Яхты у здания Шуваловского яхт-клуба на Третьем (Нижнем) озере в Шувалова.

1897 г. Фотограф Карл Булла

На одном из швертботов – „Китри” – кататься было особенно интересно. На нем стоял шгрот таких громадных размеров, что при малейшей неосторожности он ложился на воду. Это суденышко так и звали „опрокидонтом”…»

Любимым зрелищем местных дачников, а особенно дачниц, являлись парусные гонки в яхт-клубе. «Бурлит и волнуется Шуваловское озеро, – писал журнал «Спорт» в июне 1902 г. – Ветер дует со скоростью четырех баллов, но публика его не замечает. На узенькой ленточке, изображающей берег озера, скопилась густая толпа зрителей. И преобладающий элемент составляют дамы. Среди них много красивых лиц и еще более цветных летних костюмов. Тут представляется случай щегольнуть нарядом на зависть всем прочим. И случай не был упущен».

Клуб располагал тридцатью судами, в том числе и для академической гребли. В дни соревнований на Суздальском озере можно было увидеть парусные и гребные суда не только из Петербурга, но из Москвы и Финляндии. В свою очередь, местные любители участвовали в соревнованиях, устраиваемых столичными яхт-клубами на Неве. С конца 80-х гг. XIX в. шуваловские яхт-клубисты выступали и в международных соревнованиях.

И еще одна несомненная заслуга яхт-клуба: в 1908 г. совместно с шуваловско-парголовским отделом Общества спасания на водах он взял на себя организацию первой в России школы плавания. В дальнейшем она оказала огромное влияние на развитие русского плавательного спорта.

Однако яхт-клуб был не только центром спортивной жизни, но и занимал первое место среди местных дачных развлечений. «Все яхт-клубские увеселения носят чисто семейный характер и пользуются неизменным успехом», – замечал один из современников. «Четверги» шуваловского яхт-клуба сделались приманкой не только для местных дачников и дачниц, но и для городских гостей. Здесь устраивались детские праздники, семейно-танцевальные вечера, сюда под вечер стекались многочисленные любители карточной игры, а самую большую известность яхт-клуб получил благодаря проводимым здесь костюмированным балам-карнавалам.

«Сад и зал яхт-клуба были буквально залиты морем огня. Электрические лампионы вперемешку с китайскими, венецианскими и другими фонарями придавали обстановке фантастически чудный вид, – такими словами газетный репортер описывал танцевальный вечер, состоявшийся в июле 1898 г. – Яхт-клубская мачта была особенно красива. Издалека она казалась огненной пирамидой, далеко отражавшейся в спокойных водах Суздальского озера. На празднике царили всеобщее оживление и беспечное веселье, душой которого был командор яхт-клуба господин Ивашев, одетый в изящный костюм русского матроса-боцмана».

А вот описание ежегодного костюмированного вечера – своего рода конкурса костюмов, состоявшегося в яхт-клубе спустя три года: «Зал общества украшен многочисленными флагами и другими атрибутами парусного спорта, транспарантами с сюжетами из гонок яхт, гирляндами зелени, гербами, среди них тянулись ряды тюльпанов и японских фонарей всевозможных форм и размеров». Судьями на этом действе были сами посетители, которые получали при входе специальные билеты и раздавали их по своему усмотрению «костюмированным» дамам и господам. Те, кто набирал больше всех билетов, становились победителями бала.

В час ночи началось присуждение призов. Первый дамский приз, хрустальную вазу, получила «Хвоя», представившая 208 билетов. Ее костюм был сплошь украшен ветвями и плодами хвойных деревьев. Симпатии публики заслужили также миловидная брюнетка в костюме «конка», «богиня солнца», «цыганка», «итальянка», «коломбина», а также, «швабра». Из мужских костюмов подавляющее большинство билетов получил «рождественский дед» с елкой и целым набором детских игрушек.

К сожалению, тяга к светским развлечениям со временем стала пагубно отражаться на спортивном деле. В 1907 г. некоторые из руководителей клуба высказались за разрешение в зимний период азартных игр, но это предложение не было поддержано большинством, не пожелавшим превращения яхт-клуба в «игорный притон», которых в ту пору немало развелось в Петербурге. Тем не менее число членов яхт-клуба стало уменьшаться, а деятельность постепенно сворачиваться.

Печальным знаком упадка клуба стала трагедия, произошедшая в начале июля 1909 г. на Третьем озере, когда яхт-клуб праздновал свое двадцатилетие. Юбилейная программа включала парусные гонки, состязания в плавании, танцевальный вечер, розыгрыши призов и т. д. Кроме петербургских спортсменов на состязания прибыли спортсмены из Гельсингфорса, Котки, Риги и Таммерфорса, так что праздник носил международный характер.

С утра над озером дул сильный ветер, к полудню перешедший в порывистый шквал. В такую погоду особенно трудно управлять парусом. Несмотря на это, гоночная комиссия яхт-клуба решила начать гонку. Владельцы яхт не протестовали. Одной из них была яхта «Суздалец».

Пассажиры ее находились в бодром настроении духа, а рулевой, 25-летний член Шуваловского яхт-клуба Шарохин, как будто бы даже был навеселе. Не успела яхта отойти ста саженей от берега, как подул шквалистый ветер. «Суздалец» зачерпнул бортом воды и сразу же перевернулся. Шарохин бросился в