Redrum 2017 - Евгений Олегович Шиков

Первая из них — это искусственное происхождение. Голем не рождён естественным образом, он создан. Из глины, металла, плоти, дерева или является продуктом кибертехнологий (компьютерная программа — как в фильме Бретта Леонарда «Виртуозность») — не важно. Все эти элементы вторичны и не меняют сути. Это как раз то, чем «обрастает» архетип по мере его использования в художественном произведении.

Вторая основная черта Голема — он сильнее своего творца. Физически или интеллектуально — опять же, не существенно.

Вот, пожалуй, и всё. Остальное может свободно подвергаться переработке.

Будет ли Голем восставать против создателя или нет, окажется ли он просто монстром, несущим угрозу, или станет мерилом и зеркалом человечности — вот те ракурсы, которые писатель выбирает сам в соответствии со своими художественными задачами.

В любом случае, архетипы используются по сей день, причём довольно активно, так что умение обращаться с ними для писателя является немаловажным навыком — в том числе и потому, что знание существующих архетипов поможет избежать банальности в их разработке. Ведь каждый стремится создать что-то своё, по возможности новое и уникальное.

Теперь перейдём к практике создания монстра на основе архетипа Голема.

Допустим, мы хотим написать рассказ в духе бодихоррора — субжанра, основной чертой которого является трансформация человеческого тела. Рычагом, создающим ужас, в бодихорроре служит страх физического уродства, неприятия физических отклонений обществом, а также потери своей личности.

Давайте набросаем сюжет.

Начнём с завязки. Некий учёный стремится создать существо, обладающее особым качеством, недоступным самому герою. Возможно, позднее он планирует развить его в себе и для начала проводит эксперимент. Здесь требуется мотивация. Сейчас у нас нет цели создать шедевр, так что не будем слишком изобретательны. Допустим, что учёный потерял жену и ребёнка и теперь хочет их воскресить. У него есть теория, что человек, развивший в себе определённое качество путём неких физиологических изменений, становится способен оживлять умерших. Он называет это «ген Иисуса» (вы же помните притчу о воскрешении Лазаря?).

Главный герой решает создать подобие человека — гомункула — наделив его соответствующей способностью. Естественно, с дальним прицелом: если всё получится, проделать такие же изменения с собой. Подопытный же подлежит уничтожению.

И вот гомункул создан — возможно, это тяп-ляп созданное существо, не очень-то даже и похожее на полноценного человека. А может быть, учёный использовал умирающего от алкоголизма или наркомании соседа. Это зависит от способности главного героя создавать живых существ — то есть, от авторской фантазии.

Сразу разобраться, на что способен гомункул (будем так его условно называть), трудно. Нужно провести опыты. Учёный заставляет его оживить кролика-лягушку-мышку и так далее (ну, или что-то одно).

Убедившись в том, что результат есть, главный герой радуется и намеревается уничтожить более не нужного гомункула. Однако тот в корне не согласен с подобным намерением своего создателя. Он хватает его и проводит с учёным те же изменения, которые тот проделал с ним, только действуя более радикально — полностью перекраивает его тело, чтобы добиться нужного эффекта. Оказывается, у него есть и такая способность — назовём её побочным эффектом (на неё вполне можно намекнуть чуть раньше, примерно в последней трети рассказа — чтобы для читателя это не стало слишком уж надуманным сюрпризом).

Пока я это писал, мне пришла в голову идея… Сюжет, вроде получился вполне сносный. Пожалуй, пойду накропаю такой рассказ — чего добру пропадать?

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Картинки

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Виктор Глебов

Детективная загадка

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Детективная загадка Виктора Глебова (Redrum № 2 (9)-2017.)

В доме обнаружен труп мужчины, застреленного из пистолета. Оружие найдено рядом с телом. Следователь озадачен вопросом: суицид перед ним или убийство? Для этого ему необходимо проверить три вещи. Какие?

Ответ: надо проверить отпечатки пальцев на патронах, магазине и затворе. Если все три набора отпечатков совпадают с отпечатками пальцев трупа, значит, человек заряжал оружие сам и сам застрелился. Если они не совпадают, отсутствуют или смазаны — скорее всего, человека убили.

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Альманах литературно-художественный, 18+

Главный редактор: Мария Артемьева Москва,

Иллюстрации в номере: Михаил Городецкий Александр Павлов, Виктор Глебов 

Оформление обложки: Виктор Глебов

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

№ 10

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Слово редактора

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Кошмары для здоровья и радости

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

На майские праздники 89 года я с приятелями отправилась в Крым. Пеший поход от Бахчисарая до Ялты. Измученные холодом и шумом столицы, мы долго предвкушали это приключение. И… Вкусили по полной программе. Всю неделю, пока мы шли по крымским горным и лесным тропам, вместе с нами шел дождь. И было холодно. Холоднее, чем в Москве.

Разумеется, я тут же простудилась. Горло драло и жгло, как мне тогда казалось, до самого желудка. Идти было непривычно и тяжело — не только мне.

И фактически только один человек в группе — а именно наш руководитель, Андрей Спиридонов, начинающий театральный режиссер — пребывал в неизменно прекрасном расположении духа. Хлюпая под дождем по грязной дороге, он тихо напевал себе под нос: «Хорошая погода, погода что надо! Что надо, что надо, мне ничего не надо…»

Он был оптимистичен. Со словами: «Хочешь выздороветь?» — он заставил меня в 6 утра пробежать вместе со всеми два километра по горе, чтобы окунуть босые ноги в обжигающую холодом горную речку… А потом бежать обратно. «Понимаешь, — говорил Спиридонов, — иногда чем хуже — тем лучше! Важен контраст!»

Он оказался нрав: уже на следующий день я была здорова, а впечатления от той поездки не забылись до сих нор.

Контраст работает.

В хорроре (да и в искусстве в целом) та же история: нет ничего абсолютного, все относительно, и потому важнее всего — контраст. Именно резкие перепады темного и светлого, ужасного и приятного, злого и доброго — вызывают у нас наиболее