Фанфик по Аркейн - Grishocs

— Давно попал? — спрашивает она чуть оживленно.

— Сегодня первый день. А ты? — интересуюсь я.

— В девять лет. — как-то печально говорит она.

— То есть ты здесь почти девять лет? — шокировано произношу я.

— Мне семнадцать, так что только еще восемь. Ну да, скоро будет девять лет, как я здесь. — поправляет она меня.

— Что произошло? Как ты попала сюда? — интересуюсь.

— О, это долгая история, так что пойдём в бар к Вандерму. Там и расскажу. — всё так же безэмоционально говорит она, поворачиваясь ко мне спиной. — Хочу посмотреть на лицо Вандера, когда он поймёт, что ты не пытаешься от меня убежать. — чуть более эмоционально произнесла Паудер, шагая по мостовой в сторону бара.

— А почему я должен убегать? — спрашиваю я.

— Скажем так, у нас с тобой здесь не лучшие отношения. — говорит она, идя в сторону Зауна.

— Ясно. А что с Рином, с ним-то мы дружим? — интересуюсь я у Джинкс.

— С Рином? Нет, не дружим. — говорит она и замолкает.

— Почему? Что не так? — спрашиваю, неужели мы здесь с ним не знакомы.

— Знаешь, сложно дружить с тем, кого не существует. — говорит она всё так же безэмоционально, что меня напрягает больше чем несуществующий Рин.

— Что с тобой? Ты как будто под чем-то. — спрашиваю я.

— А так и есть, причём под сильнодействующим. Мать заставляет пить всякую химию. — говорит она всё так же размеренно и спокойно. — Иначе я бы здесь половину перестреляла. Не могу смотреть на их счастливые лица.

Мы дошли до бара, провожаемые взглядами прохожих. Видимо, Паудер здесь всем знакома. Зайдя в зал, Паудер пошла к приватным столикам, я же пошёл за ней. Вандера не было видно, и мы проскочили незаметно. Расположившись за столом, Паудер уронила голову на руки и стала играть с солонкой.

— Спрашивай. — сказала она.

— Как ты поняла, что я попал сюда? — интересуюсь я.

— Ты знаешь русский. — говорит она.

— Так просто? — с нотой недоверия.

— Ну, в прошлом мире мне не встречался никто, кто бы знал этот язык, кроме нас троих, а в этом Рина нет. Я местного Экко не учила, поэтому догадаться не сложно. — говорит она спокойно. Что мне всё больше не нравится. Ей как будто плевать на всё, полное безразличие.

— Ты хотела рассказать, как ты попала сюда.

— Хотела? Я ничего не хочу, кроме одного. Сдохнуть. Но каждый раз уговариваю себя дать ему ещё время. — говорит она и замолкает.

— Кому ему? — спрашиваю я.

— Кому же ещё, Рину. Монстру, который всё никак не сдохнет. — говорит она спокойно, даже немного улыбнулась, роняя солонку на стол.

— А почему ты решила, что он жив? — говорю я.

— Потому что он ещё не пришёл. Но и это будет не показатель. — говорит она.

Ничего не понял, но в этом состоянии она меня пугает всё сильнее и сильнее.

— Так всё же, как ты попала сюда? — опять пытаюсь понять, вдруг поможет найти способ вернуться обратно.

— Померла. — говорит она как отрезала.

— Как померла? — удивился я.

— Да откуда мне знать? Вот стою целую Рина, и бац, я девятилетняя девочка. — все также монотонно говорит она.

М-да, мы ни к чему не пришли. Такое ощущение, что ее сейчас спрашивать о чем-либо — бесполезное занятие. Но других вариантов нет. Попробуем тогда спросить про хекстек.

— А помнишь, в том мире вы ограбили Джейса, там еще произошёл взрыв. — говорю я.

— Ага, по твоей наводке, между прочим. — говорит она.

— Да, совершенно верно. А скажи, в этом мире вы грабили ту квартиру? — интересуюсь я.

— Мы? Нет. Я одна, да. Мне еще пришлось самостоятельно взрывать там все. — говорит спокойно она.

— А куда ты дела хекстек ядра? — спрашиваю я самый важный, наверно, для себя вопрос.

— А, так ты за кристаллами пришел. А я думала, что поболтать, вспомнить старые деньки из прошлой жизни. — говорит она.

Над нашим столом нависла тень. Это была женщина средних лет с тёмно-фиолетовыми волосами, заплетёнными в косу. Чертами лица она очень сильно походила на Паудер. Или, вернее сказать, это Паудер походила на эту женщину. На шее у нее была парочка ожерелий с кулонами. Одета она была в темные брюки с светлым топиком, опоясанная массивным ремнем.

— Чем занимаетесь? — говорит она, подсаживаясь за столик, смещая меня в сторону.

— Да так, разговариваем. — говорит Джинкс безразлично.

— Ты опять выпила дозу, больше чем требуется. — говорит женщина.

— И что с того? Зато меня теперь ничто не волнует. — легкомысленно произносит Джинкс.

— Никогда не думала, что моя дочь вырастет такой. — печально говорит мать Джинкс.

— Какой такой? Ненормальной? Сумасшедшей? — как пьяненькая стала говорить Джинкс, сползая со стола на диванчик, на котором сидела.

— Тебе надо домой. — говорит мать Джинкс.

— Никуда не пойду. Мне и здесь хорошо. — сказала Джинкс, закрывая глаза. И, похоже, засыпая.

— Прости, что тебе пришлось такое увидеть. — говорит мать Джинкс, смотря на меня. — И спасибо, что привел ее, не знаю, где бы мы ее искали, если бы она уснула черт-те где.

— Что она принимает? — интересуюсь я.

— Да, успокоительные, доктор прописал. — говорит мама Джинкс. — Можешь еще за ней присмотреть? Пока я организую ее доставку до дома.

— Да не вопрос, присмотрю. — говорю я.

— Какой же ты всё-таки славный уродился у Вайеты. — говорит она, улыбнувшись и выходя из-за стола.

Как только она отошла, Джинкс открыла глаза и села по-нормальному. А у меня проскочила мыслишка, что мои родители тоже могут быть живы.

— Пойдем. — сказала Джинкс, выходя из-за столика.

— Куда? — спросил я, ничего не понимая.

— Отведу тебя в свое убежище. — говорит она.

Пройдя быстрым шагом зал, мы прошли через дверь за барной стойкой и, спустившись по лестнице, пошли дальше. Зайдя в техническое помещение и пройдя через выключенный вентилятор, мы попали в старые вентиляционные шахты. Пройдя по которым, вышли к расщелине и по мостику спустились на потерпевший крушение воздушный шар. На лопастях которого находилась мебель.

— Ну вот моя святая святых, моя обитель. Воссоздан по образу и подобию из прошлой жизни. — сказал Джинкс более радостно.

— Здесь ты пряталась в том мире? — спросил, вертя головой и рассматривая данную конструкцию. Все же не каждый день тебя приводит твой враг к себе домой. А посмотреть было на что. Одна лопасть была переделана под детскую, на ней был диван и много игрушек. Вторая лопасть была ванной комнатой, третья — кухней персон на три, если считать по стульям, и большая кровать на четвертой лопасти. В центре находилась импровизированная мастерская, заваленная всякими инструментами и приспособлениями.

— А тебе какой кристалл надо? Стабилизированный или нет? — спросила Джинкс,