«Контрреволюционер» Сталин. По ту сторону марксизма-ленинизма - Сергей Николаевич Магнитов

управления двумя руками двух противоположностей – первой, которая разрушает, но вдохновляет (это правда); второй – которая строит и созидает в муках. Есть ли подобный пример в истории? При этом ни в первом, ни во втором государстве особых полномочий он не имел! Пожалуй, сейчас Россия Путина находится в подобном положении. У нас тоже два государства. Одно, которое возникло на развалинах СССР – «демократическая Россия», со всеми атрибутами демократии. Всё прописано в конституции: федерализм, отсутствие идеологии, приоритет международного права, парламент – является законодательной властью, свобода слова, запрет цензуры, свободные выборы, частная собственность и даже «олигархи» и мн. др. Кто-то ведь и впрямь считает, что все эти вещи, которые имитируются, изображаются, но в реальности не существуют – это суть современной России. Кто-то продолжает говорить, что раз Путина назначил Ельцин (не даром «Ельцин-центр» стоит в Екатеринбурге!), и раз мы пользуемся триколором, то значит Россия 1990-х и Россия Путина – это одно. Но те, кто знает, как всё устроено на самом деле, прекрасно понимает, что в нынешней России нет ни олигархов, ни буржуазных свобод, а напротив, есть идеология, запрещённая в конституции, и даже есть монархия… Говорить, что Путин это какое-то продолжение Ельцина, что в России демократия, и что Путин из команды либералов 90-х, это полное непонимание страны. Вот точно так же не понимает ничего и тот, кто считает Сталина продолжением Ленина, а сталинское государство – социализмом. И в случае с Путиным, который может по 30 раз за речь употребить слово «демократия», и в случае со Сталиным, который так же говорил о социализме, дело идет об имитации. Горе тому государству, которое начинает имитацию принимать за сущность, относиться к ней серьёзно. Долго ли бы просуществовала нынешняя Россия, если бы Путин всерьёз относился к слову демократия, и действительно бы её строил? Да, собственно, в этом случае, Ходорковский уже с Путиным бы и покончил. Но Путин знал, что все байки про демократию это бла-бла-бла для идиотов. А вот если на его место придет тот, кто в имитацию верит или решит исполнять то, что написано в Конституции – России сразу конец. Именно такой конец и случился после Сталина с СССР.

После смерти Сталина настает Время Клинча – когда государство разрушения (социализм) начинает пользоваться достижениями второго (сталинского) как своими! – то есть делает своими достижения своей противоположности! Иначе говоря – все достижения консервативных технологий и практик объясняются эффективностью и мощью марксизма!

Типичная послевоенная книга, отбирающая победу у Сталина и приписывающая её тем, кто не имел к победе никакого отношения

Это стало первой драмой Сталина после войны.

Когда он понял в тридцатых расщепление двух государств, он поставил задачи управлять обоими. Но вот одержана Победа. И выступила вперед задача: снять этот антагонизм, сшить эти два государства. Люди стали умнеть, задаваться вопросами, которые не стояли во время индустриальной динамики, а тут после Победы эти люди выросли, они победили, и двойная природа СССР стала заметной. Наконец, она стала другой. Троцкие вдохновизмы уже устарели – время изменилось.

И Сталин отошел от практики послевоенного восстановления и сел за разработку, по сути, Нового Проекта. К этому времени относится знаменитая фраза: «Без теории нам смерть». Только сегодня приходит понимание, как с «самой победительной теорией в мире – марксизмом» у Сталина повернулся язык это сказать.

Когда задают вопрос: а чего – у Сталина не было Института Философии? – Дал бы задачу – и сидели бы коллективы, творя, выдумывая, пробуя! Но поведение Сталина говорит о нашей правоте – никто, кроме него, не знал о двух созданных им государствах. И он не мог никому передать задачи сшить то, чего в сознании даже ученых не было! Это была глубоко законспирированная, искусно поданная вовне вещь.

Мог он только сам.

И он пошел на попытку сшить два государства сначала идеологически. Сделал первый текст «Экономические проблемы социализма» и «Марксизм и языкознание». И это был провал.

Сразу можно сказать, что Сталин проиграл уже с названий. Понятно, что он по-другому назвать книги не смог. Более того, начав со знаков лояльности, – он сразу проигрывал Первому государству. При этом троцкисты сразу поняли, что и тот текст, и другой – именно отказ от марксизма и социализма. И покатилась волна тихих протестов, обвинений Сталина в оппортунизме – вплоть до того, что эти книжки не вышли даже в Сталинском собрании сочинений. Было время – аж три года!

Особенно постарались страны «народной демократии», которых уже было некуда деть, а голоса их не заткнуть! Достаточно тезиса, что все эти революции были неправильные – потому что объективные причины не созрели, пролетариат не участвовал, это были революции сверху с внешней военной силой. Тито вообще заявил, что они и без революции взяли власть в руки, завоевав её на поле боя, – он ведь был вождь, кого было переворачивать? И Тито стал диктатором в духе дуче. Где же тут марксизм? Дальше – больше: горели дискуссии: если путем революционной войны мы добились свержения буржуазного режима, то нигде не сказано, что тут же надо строить государство. Ведь цель революционной войны освободить народ, свергнув государство, чтобы народу не было помехи делать мировую революцию! Зачем нам вместо одного государства строить другое? Пусть останется оккупационная зона и всё – пошли дальше – на Мадрид!

И в этих странах моментально поселился троцкизм, который преподносил СССР как империю, которую как раз и надо всем скопом свергать. Пришлось идти на попятную и возвращать многие коминтерновские структуры. Опять всплыл этот скользкий троцкист О. Куусинен; национальные элиты, подавить которые уже не получалось, стали трепать мозги своими национальными интересами.

Это был кошмарный вызов. Все народные демократии скатились к национализму – и их было много. Возник общенационалистический фронт сначала на шее СССР, а потом и против СССР. События в Венгрии 1956 года показали это. И СССР стал закармливать национализмы, откупаться, по сути, от них, от чего Сталин категорически отказался ещё в 30-х годах, заставив всех работать по стандарту эпохи.

Совершенно очевидно, что Двойственное Государство с этим справиться не могло. Но Сталин не смог справиться с двойственностью СССР.

В этом смысле можно считать поставленную им задачу Невозможной. Но мог ли Сталин, который не боялся Невозможного, решить эту задачу в принципе, если было бы побольше времени и достаточно сил?

Трагедия идеологического самоубийства или Почему Сталина победил Троцкий?

Говорят, Сталина убили. Видится другая версия: сначала он