Свет проклятых звёзд - Летопись Арды

Выйдя из дома, когда муж выпил положенные лекарства и задремал, Тинвен поспешила на работу. Эта зима прошла тяжелее предыдущих — у супруга начали опухать и костенеть не только ступни и колени, но и кисти рук, пальцы скрючились, потеряли подвижность. На снадобья и мази уходило всё больше средств, но ничто не помогало остановить болезнь, принося лишь кратковременное облегчение.

Но хоть весна пришла — значит, скоро потеплеет, будет проще.

По приказу вождя в Фиримаре построили две новые гостиницы, напоминающие уменьшенные копии эльфийских дворцов. Одна из них уже открылась и приняла первых торговцев, поэтому Тинвен, нанявшаяся туда на работу, рассчитывала получить щедрое вознаграждение, которое можно будет потратить на себя — например, купить дорогую ткань для платья. Главное, понравиться тем, в чьих карманах больше мирианов, и кто готов ими делиться, а это молодая женщина делать умела.

Научилась.

Первый подкидыш

На мокром от дождя крыльце стояла старая корзинка, накрытая обрезком штопанного-перештопанного одеяла.

Отозвавшись на стук в дверь, Бериль открыла и обомлела: ребёнок! Совсем ещё кроха! Похоже, только родился, и трёх дней не прошло!

Конечно, приют именно для таких сирот и строился, но пока в нём жили только потерявшие родителей дети, у которых не нашлось опекунов. И вот — первый подкидыш! Такой долгожданный! Эмоции захлестнули, из груди вырвался то ли писк, то ли визг, захотелось одновременно смеяться и рыдать.

Схватив трясущимися руками корзинку, Бериль бросилась в дом, чтобы скорее осмотреть младенца вместе со знахаркой. На бегу девушка отодвинула одеяло и пригляделась к ушам крохи. Человеческие.

— Надо сообщить страже, — нахмурилась целительница, взяв на руки ребёнка и приказав принести молока. — Сама понимаешь, Бериль, был бы эльфёнок, можно было бы не беспокоиться — точно брошенный. А человек… Мало ли? Вдруг украли у кого-то? Не хватало ещё, чтобы нас в краже детей обвинили.

— Можно… — расплакавшись, пролепетала девушка, — подержать его немного? Чуть-чуть.

Знахарка осторожно передала ей младенца, который уже начинал капризничать. Крошечный, беспомощный, беспорадочно размахивающий ручонками. Такой… такой…

— Спасибо! — Бериль прижала к груди ребёнка и поймала взгляд целительницы, мол, замуж тебе пора, своих рожать.

Смутившись, девушка отдала младенца и поспешила к сторожевой башне, забыв даже накинуть плащ.

Замуж пора, детей пора! За кого замуж? От кого детей? Всё время занято работой в приюте: этим лекарство дай, этих на прогулку отведи, этим с учёбой помоги, тут зашей, здесь заштопай, этих разними…

Но ведь в заботе о брошенных бедолагах и есть смысл жизни! Как можно отказаться от них ради замужества? Это же предательство!

Сдувая с кончика носа капли дождя, девушка побежала быстрее.

***

Лениво подняв голову от цветных карточек, которые, если правильно сложить, собираются в непристойную картинку, престарелый охранник крякнул:

— Что? Опять драка? Или украли чего?

— Нет! — Бериль попыталась отдышаться. — Нет, дядя Деор, не драка и не украли. Нам ребёнка подбросили. Проверить надо, не краденый ли. Малышу не больше недели. Человеческая девочка! Ни у кого дети не пропадали?

Старик недовольно закряхтел, обернулся, не вставая со стула, достал из кармана куртки колокольчик и злобно затряс им.

— Эй! — крикнул он, покашливая. — Кто там есть? Иди сюда!

Бериль сдержала улыбку: девушка знала, что происходит сейчас в комнате на втором этаже, где обычно доблестные защитники Фиримара — воины и пожарные — играют в кости, пьют и курят разное, веселятся с женщинами, хотя должны оттачивать мастерство владения оружием и спасения людей из огня. Услышав зов «дяди Деора» они начнут кидать жребий, выясняя, кто пойдёт разбираться. Или пошлют самого молодого.

Нет, конечно, не все там безответственные лентяи и бездельники, но очень, очень многие!

Ожидания оправдались, и по лестнице, сопровождаемый хохотом и криками: «Иди, иди, давай!», спустился парень, видимо, совсем недавно нанявшийся на службу — щетина у него была ещё редкой, на лице виднелись красные волдыри. Если бы не это, юноша выглядел бы симпатично — приятные черты, широкие плечи, ноги ровные — значит, здоровый.

— Гаврон вам поможет, — буркнул старик, снова утыкаясь в карточки.

— Спасибо, — захлопала в ладоши Бериль и позвала молодого стража за собой.

— Гваэрон меня зовут, — недовольно произнёс парень, осматриваясь. — Дождит сильно.

Вдруг сняв с себя накидку, он укрыл ей девушку.

— Спасибо, — сестра вождя улыбнулась: в родстве с Брегором есть множество удобств — даже не слишком хорошие люди стараются казаться лучше: например, эти стражи.

— Что стъяслось? Стряслось, в смысле, — поправил сам себя Гваэрон.

— Нам подбросили человеческого ребёнка, — терпеливо повторила Бериль, — надо выяснить, не ищет ли его кто.

Страж кивнул.

— Мне нужно знать точно, когда, в чём принесли, как дитя выглядит, — сказал он, подумав, — а то была у нас… ситуация год назад. Мамка моя пи-иютила… приютила девочку после того пожара, так никому не нужна была, пока росла, болела всяким. А как повзо-ослела… как повзрослела, паршивить перестала, так бабки какие-то её требовать назад стали. А девчонка их не помнит уж никого, говойит… говорит, не знаю вас, семья моя вот. Доставили они нам п… проблем, бабки эти. Вот и у вас так может быть.

— Если за малышкой придёт родня, мы её отдадим, — погрустнела девушка.

— Только пусть сначала докажут, что родня, а не любители маленьких деточек помучить.

Не думавшая о таком раньше, Бериль ужаснулась.

— Детей ещё и едят, — добавил приятного страж. — Знаешь, думаю, вам надо свою охрану иметь, а не бегать к нам. Да, содержать пи-идётся. Придётся. Но ничего, не обеднеете.

— Да… — согласилась аданет. — Я поговорю.

В приюте, несмотря на вечер, царила суета. Даже из недостроенного пока крыла пришли рабочие, спрашивали, что да как.

В одно мгновение отогнав всех любопытствующих и охающих, Гваэрон вымыл руки, деловито осмотрел корзинку и одеяло, потом подошёл к младенцу, лежавшему в колыбельке, поднял. Заволновавшаяся поначалу знахарка быстро успокоилась, увидев, как ловко и привычно молодой человек качает малышку, как смешит её, цокая языком и щёлкая губами. Сразу видно — играл с младшими братьями-сёстрами, пока родители на хлеб зарабатывали

«Он будет хорошим отцом», — подумала вдруг Бериль, чувствуя, что хочет чаще видеться с Гваэроном. Но не звать же его без повода!

А так хочется!

Вернув ребёнка в кроватку, молодой страж