Вернись ко мне - Дена Оун

— Мы потеряли сорок миллионов! Я должен объясниться перед сотрудниками, ввести в курс дальнейших действий. И в конце концов моя вина тоже есть в потере клиента, считаю своим долгом поднять компанию с колен самолично, а не скидывать всё на хрупкие плечи Лиды.

— Да-да, конечно. Ах, обмануть меня… — Начал повторно цитировать Пушкина, на что получил заветное: «- Пошёл ты!»

Настя

Поднимаюсь в офис и ловлю на себе широко распахнутую зеленую пару глаз. Оксана поправляет на носу очки и машет мне рукой, как бы подгоняя.

— Ксю, что случилось?

— Давай, пошевеливайся! Александр Николаевич сегодня не в духе! Уже минут десять собрание идёт. Опаздываешь!

— Это не мои проблемы. — Поднимаю ладони вверх. — О собрании не предупреждали.

— Давай! — Шипит в ответ Оксана и чуть ли не пинком заталкивает в зал.

Овальный стол. Всё внимание сосредоточено на меня. Расправляю плечи и подхожу к своему месту. Сажусь и, понеслась песня!

— Во сколько начинается рабочий день, Андреева?! — Рявкает. Перебор, Дронов. Так и перепонки полопаться могут.

— В чём проблема, Александр Николаевич? — Совершенно спокойно спрашиваю и смотрю на него. Черные взъерошенные волосы, глаза разъяренные, так и вижу в них пляшущих чёртиков. В нос бьёт до безумия родной запах одеколона. — Меня не предупреждали о собрании.

— Ты должна быть на месте за пятнадцать минут до начала рабочего дня!

— Где это прописано? Это лично ваше пожелание, за которое мне, между прочим, не доплачивают.

И тут я вижу, как Дронов моментально теплеет. Еле сдерживает улыбку. Я была удивлена, но еще больше, удивила реакция моего собственного тела. Сердце забилось быстрее, ладошки вспотели, а щёки полыхнули красным огнем.

Резко отвожу взгляд пугаясь собственных эмоций и вижу шок на лице Марка. Сидит, чуть приоткрыв рот и хлопает длиннющими ресницами. Затем резко прищуривается и снова раскрывает широко глаза. Мне казалось, что глазные яблочки на грани того, чтобы не выпасть из глазниц.

— Вы переспали? — Шепчет одними губами. Я не успеваю ответить. Сразу же слышится властный строгий голос.

— Марк, у меня лично спросить может хочешь?

— А можно? — Наивно спрашивает. Тут уже не выдерживает Лида.

— Марк, ты дурак, что ли?!

— Нет, ну а что? — Не сдаётся парень. — Она его чуть ли не посылает на три буквы, а я дурак. Ей тихое молчание, а Марк дурак! Она…

— Да-да, а ты дурак. — Фыркнула Лидочка и посмотрела на начальника. — Александр Николаевич, что нам делать с немцем?

— Ничего. Лишь хочу сказать, что если бы поехал со мной Полонский, то сделка бы состоялась.

— Да…согласен. Я вообще спец в своём деле. — Кивнул Марк и тут же захотелось его ударить. — Не справилась ты, Настя. Хотя я не удивлён.

— Я не виновата, что немец оказался извращенцем, а начальник не умеет держать себя в руках.

— Что это значит? — Снова захлопал глазами Марк.

— Упускаешь факт того, что сама во всём виновата!

— Это я то?! — Резко встаю на ноги и облокотившись руками на стол смотрю на Дронова.

— Я кому сказал сидеть в номере и не высовываться?

— А я что собака, чтобы выполнять приказы?!

— Я твой начальник!

— Да не думала я, что так получится! Ты же ничего не рассказал! Просто приказал, и важный, с кирпичом вместо лица, ушёл! Мне то откуда знать? С людьми разговаривать надо, чтобы недопониманий не было!

— Ах! — Послышался вздох со стороны. Марк прикрыл руками рот и чуть наклонился к Лидии. — Точно спят! На «ты» его назвала!

— Марк, ты давно записался в самоубийцы? — Небрежно фыркаю в его сторону.

— Никуда не записывался. — Совершенно серьезно отвечает.

— Поздравляю, начало положено.

— Так хватит! — По помещению раздался звериный рёв. — Что за балаган устроили?! Вы где находитесь?!

Холод пробежался по позвоночнику. Тут же сажусь обратно на стул и трезвею. Ну и устроила ты тут цирк, Андреева.

— Завтра я лечу в Испанию. Буду вести переговоры с очень важным человеком. Если его всё устроит, то компания немного всплывёт на поверхность.

— Переводчик нужен? — Оживился Марк. Такой важный сразу, деловой. Так и хочется рассмеяться ему в лицо.

— А ты знаешь Испанский?

— Нет.

— Английский?

— Ну… Алфавит знаю, «хеллоу» там…

— Лида. — Обращается Дронов к женщине.

— Да?

— Напомни, почему он до сих пор у нас работает?

Дальше идёт обсуждение того, как дальше вести дела в компании. На Марка сразу скидывают всю бумажную волокиту, а он и рад. Даже пытался похвастаться передо мной, что ему доверяют, такое важное дело, но не увидев от меня должной реакции, насупился. Мне же сказали, что буду девочкой по вызову. Только новый клиент, я тут же должна включаться в работу.

Мы начали расходиться по своим делам, как меня останавливает голос Дронова. Просит задержаться. Ловлю на себе недоверчивый взгляд Марка. Даже осуждающий. Чего пристал то? Даже если, между нами, что-то есть, ему то какая разница? Сам претендовал на сердце Санька, что ли?

— Прости меня. — Тут же выпалил Дронов, на что я просто опешила.

— Что? — Только и сорвалось с губ.

— Сорвался на тебя, прости. Ты права, я должен был тебе обрисовать ситуацию. Особенно зная твой характер.

— Ты меня совсем не знаешь, я изменилась и…

— Давай ты оставишь речь «Я не такая», для своих ухажёров, ладно? Поверь, я знаю тебя вдоль и поперёк. Знаю лучше, чем самого себя. Как и ты меня.

— Да нет… — Не соглашаюсь. — Я тебя совершенно не понимаю. Ни твои действия, ни поступки.

— Знать человека и понимать, это абсолютно разные вещи. Не стой, как истукан, садись. — Повинуюсь. — Ты как?

— Что? — Я аж поперхнулась.

— Я хочу поговорить по-человечески. Мы знаем друг друга около десяти лет, а ведём себя так, будто бы никогда не были знакомы.

— Я в полном порядке. Живу, работаю.

— Переехала. — Добавляет Дронов и меня удивляет тот факт, что он знает об этом.

— Да. Не хотела, чтобы нас кто-то нашёл.

— Нас?

Начинаю нервничать. Ведь имела ввиду себя и сына. Во рту моментально пересыхает. Но на лице это никак не отображается. Натягиваю улыбку и ляпаю то, что первое приходит в голову.

— Да… Я живу с Ба и Львом Борисовичем.

— Разве живешь не со своим парнем? — Вижу неподдельный интерес на лице Дронова. Что он пронюхивает?

— Он живет с нами. — Что? Какое же наглое враньё, Настя. Но Саша, кажется, поверил. Помрачнел, похолодел.

— Вы не подходите друг другу.

— Не тебе решать кому я подхожу. — И тут же выпаливаю. — Как у тебя дела?

— Прекрасно.

— Не