Колокол Люцифера - Николай Алексеевич Сергеев

Антикоминтерновский пакт — Германо-Японское соглашение от 25 ноября 1936 года по защите от коммунизма и большевизма, основной целью которого было не допустить дальнейшего распространения коммунистической идеологии в Европе и Азии.

В ноябре 1937 года к «Антикоминтерновскому пакту» присоединилась Италия, в феврале 1939 года к пакту примкнула Венгрия, в марте 1939 года — фалангистская Испания, позднее к нему присоединились Финляндия, Румыния, Болгария, Хорватия, Словакия, Дания, оккупированная японцами часть Китая, Турция (в качестве наблюдателя).

Антикоммунизм национал-социалистов неизбежно поставил крест на мечтах немецких учёных-геополитиков о разделе Восточной Европы и части Азии между Советским союзом и Третьим Рейхом, на мечтах о мирном существовании конкурентов — двух тоталитарных режимов.

Договор между СССР и Третьим Рейхом «О ненападении» от 23 августа 1939 года и последовавший за ним германо-советский договор «О дружбе и границе» от 28 сентября 1939 не мог ввести в заблуждение ни советских, ни немецких граждан.

Идеологическое противостояние всё равно должно было, рано или поздно, закончиться вооружённым конфликтом. Это понимали обе стороны договора о дружбе, это понимали все западноевропейские политики, не просто предрекая скорое военное столкновение между СССР и нацистской Германией, а ожидая войны на востоке с плохо скрываемым нетерпением.

Третий столп милитаризма в нацистской идеологии — социальный дарвинизм, из которого вытекает тезис о том, что прогресс и война связаны между собой, при этом одно способствует другому. Сторонники этой теории переносили учение Дарвина о естественном отборе и непрерывной борьбе биологических видов за собственное выживание на отдельные человеческие сообщества и на цивилизацию в целом. Гитлеровцам была очень близка идея о том, что в идущей уже многие тысячелетия непрерывной борьбе за существование, каждый раз выживает сильнейший народ, наиболее подготовленный к неизбежной жестокой схватке с соседями.

По мнению теоретиков нацистского варианта социального дарвинизма и расовой геополитики, получив благодаря техническому прогрессу преимущества перед соседями в качестве и количестве вооружений, любой народ в своём естественном стремлении к расширению территории неизбежно начнёт войну.

Готовясь к войне или уже ведя войну, народ и государство неизбежно обращают значимую часть своих ресурсов на научно-технические цели, на модернизацию промышленности, на структурные изменения в обществе и экономике. Этот прогресс, имеющий серьёзную историческую инерцию, после окончания боевых действий не останавливается и, в свою очередь, провоцирует следующую войну. Так происходит раз за разом — техническое преимущество провоцирует войну, которая после окончания боевых действий выводит страну на следующую ступень прогресса, провоцирует очередную войну и так без конца.

Нацистский культ войны возник не на пустом месте, это результат преднамеренной трансформации естественного для почитания немцами своих павших героев и гордости за свои прошлые военные победы. Явление нормальное для любого общества и объяснимое. Но когда эта гордость выходит за разумные рамки, переходит в массовую паранойю и пропагандистскую истерику — неизбежно возникает культ войны.

История Германии старательно вычищалась от «неудобной» правды. Создавались исторические мифы: превозносились военные подвиги предков, преувеличивались масштабы сражений или их историческое значение.

Историческая правда о героизме и самопожертвовании людей во время Первой мировой войны была ужасной правдой, неприглядной и жестокой. Для целей пропаганды, нацисты эту страшную правду заменили красивыми легендами.

Прошедшая европейская война в нацистской Германии вместо скорби по павшим воинам стала поводом для гордости и самолюбования. С помощью красивых пропагандистских сказок о войне в немцах возбуждалось чувство величия, превосходства перед другими, воинственности, презрения к чужой жизни.

Благодаря усилиям нацистов, постепенно в сознании немцев война становилась уже не чем-то ужасным, а поводом для беспредельной гордости. Люди, одураченные пропагандой, желают скорейшего наступления новой войны, чтобы доказать всем остальным свою силу, подтвердить свою исключительность или богоизбранность, право на ведущую роль в мировом историческом процессе.

Пацифизм в немецком обществе стал отождествляться с предательством своей нации, братанием с врагом.

Милитаризм постепенно заполнил абсолютно все сферы жизни немецкого общества. Нацистские фанатики под влиянием неистовых речей Гитлера и Гёббельса, испытывали настоящий экстаз от выступлений партийных вождей, факельных шествий, праздничных военных парадов, открытия гигантских монументов солдатам-героям Первой мировой войны.

Немецкая экономика стремительными темпами перестраивалась на военные рельсы. В школьном образовании главными предметами становятся физическая и военная подготовка, в особенности патриотическое воспитание.

Приход нацистов к власти в Германии был вызван двумя основными причинами — страхом перед большевизмом, об ужасах которого весь мир узнал в 1918—1921 годах и обидой немцев за поражение Германии в Первой мировой войне. Именно по этой причине нацистская пропаганда будущей большой европейской войны основывались на следующих основных тезисах:

— Необходимость защиты соотечественников, оказавшихся за пределами Германии в результате аннексии территорий по условиям Версальского мирного договора. Программа-максимум — воссоединение всех немцев в пределах одного государства.

— Восстановление исторической несправедливости — ликвидация последствий позорного для немцев Версальского мира

— Возврат отнятых у Германии территорий. Воссоздание былой великой германской империи — Рейха.

— Наказание победителей в Первой мировой войне за унижение, нищету немцев, за несправедливое отношение к целой нации. Войну начали все сообща, а вину возложили только на проигравших — Германию, Австро-Венгрию, Османскую империю и Болгарию.

— Необходимость нанесения превентивного удара для предотвращения готовящейся агрессии со стороны Советского Союза.

— Весь остальной мир населён либо жестокими варварами, либо подлыми и хитрыми либеральными плутократами. И те и другие желают уничтожить немецкий народ.

— Немцы, как нация, значительно превосходят другие народы и расы в силе, мужественности и решительности. Следовательно, военные успехи в будущей войне неизбежны, если только нацисты получат массовую поддержку у населения и нация, не дрогнув, отправит миллионы лучших своих сынов на фронт.

— Необходима жёсткая иерархия во всех сферах общественной и экономической жизни. Ещё лучше, если она будет военного образца. Абсолютное подчинение начальнику является естественным и жизненно необходимым при подготовке к неизбежной будущей большой войне, а тем более в условиях уже идущей войны.

— Для ведения реальной войны нужны самолёты, танки и боеприпасы. Чтобы обеспечить ведение войны техникой и припасами, нужна массовая поддержка этой войны среди населения, трудовые подвиги в тылу.

Уже после окончания Второй мировой войны, анализируя её причины, историки введут в научный оборот определение одного из основных типов реваншистских настроений и порождаемых ими политических процессов. В историческую науку и политологию будет введён термин — Веймарский синдром. Под этим термином современные историки и политологи подразумевают состояние унижения от военного поражения у целого народа и последовавших за этим поражением последствий — ограничения элиты в политических правах, потеря государством территорий и ресурсов, тяжкие последствия для экономики страны, порождённые выплатами репараций и контрибуций, запрет на отдельную экономическую деятельность и производство вооружений, увеличение численности вооружённых сил и прочее.

Как реакция на такое унижение, в обществе возникает ненависть к победителям, ностальгия по прошлому, когда страна была великой и сильной, стремление снова создать сильное в военном отношении государство, вернуть потерянные территории и наказать своих прежних противников.

Нацистская пропаганда сеяла свои зёрна ненависти на очень благоприятную почву. Эти семена не могли не дать своих всходов. Реваншистские настроения немцев были крайне благоприятны для рекламы в Германии национал-социализма при помощи пропаганды, точно направленной на крайне болезненные точки в массовом сознании.

Нацисты пообещали немцам создать новое сильное государство и восстановить международный престиж страны, вернуть потерянные территории дипломатическим путём, а если не получится с помощью дипломатии, то с помощью вооружённых сил. Они пафосно назвали будущее новое государство Германской Империей (Das Deutsches Reich), неофициально именуемое Третьим Рейхом (Das Dritte Reich), имея в виду преемство от предыдущих империй — Священной Римской империи (962 — 1806) и Германской империи (1871 — 1918).

Находясь в состоянии эйфории от чувства собственного величия, немцы не замечали, что крайне агрессивная внешнеполитическая реваншистская риторика привела к серьёзной конфронтации с внешним миром. Результатом такой конфронтации стала изоляция страны,