Возвышение Меркурия. Книга 11 - Александр Кронос

— То есть о том, что ваш родовой Дар получен от драконов из другого мира ты рассказать можешь. Допустить меня до алтаря, тоже А вот имя того, кто дал жизнь вашей династии, назвать отказываешь?

Дева уставилась на меня широко распахнутыми глазами.

— Я ничего не говорила тебе о нашем Даре или драконах! И к алтарю тебя пускать никто не собирается!

Слова вырывались у неё сами по себе и были продиктованы яростью — только к концу второй фразы, до неё дошло, что всё это звучало подтверждением сказанного мной и дева осеклась. Раздражённо посмотрела на меня.

— С чего у тебя вообще взялось это безумное предположение о драконах из другого мира?

Невозмутимо улыбнувшись, я пожал плечами.

— Когда я лечил тебя, то видел источник твоей силы. Не ядра, которые отвечают за обычную энергию. А той самой Грани Дара, что открывается не у всех.

Она всё ещё ждала, вопросительно смотря на меня. Потому я повторил улыбку и сделал самый сильный ход из тех, которые имелись.

— Сложно не заметить природу Дара, когда у тебя есть крылатый спутник, что вырос где-то в тех местах.

Дарья ощутимо вздрогнула. Неверяще посмотрела на меня. Потом машинально обвела взглядом пространство комнаты, пытаясь отыскать Сандала.

Сам дракон пока находился за стеной. Увеличение мощи моей «искры» закономерно усилило и способности спутников, но окажись тот внутри, Рюриковна наверняка бы его обнаружила.

Наконец смертная остановила взгляд на мне.

— Как ты его получил? Откуда он здесь взялся?

Я лишь развёл руками.

— Расскажу. Но только после тебя. Почему ты не хочешь назвать мне имя основателя династии? И как он обрёл подобную мощь? Столкнулся с драконами в Пробое?

На сей раз её колебания были куда более долгими. Но в итоге, она всё же принялась говорить.

— Он…

Прикусив губу, смерила меня долгим взглядом и быстро, как будто боясь передумать, выпалила.

— Патриарх не был одним из нас по крови.

Я удивлённо хмыкнул. Раз он не был одним из Рюриковичей изначально, но всё же занял престол, не вызвав этим фактом полноценного восстания, значит его жена относилась к представителям знати.

— Кем же он был до того, как взял в жёны одну из вас?

По лицу девушки скользнула печальная усмешка.

— Многие не отказались бы этого узнать. Думаю, его жена и ближайшие соратники были в курсе. Но первая погибла после покушения, ещё в первые годы его правления. А его ближники, либо держали язык за зубами, либо были вместе с ним в горном дворце, откуда исчезли.

Вот теперь, я был на самом деле удивлён.

— Так ведь не бывает. Должен он ведь был что-то оставить своим детям. Рассказать о себе.

Дева изогнула губы в саркастической усмешке.

— Он оставил им империю. Верную гвардию, разгромленных врагов и работающие законы. Разве этого мало?

Всё это до боли напоминало мою собственную ситуацию. Появился из ниоткуда, обрёл силу, захватил власть в империи. А потом по каким-то своим причинам, взял и исчез.

— Как его звали?

Дева пожала плечами.

— Короновался он под именем Алексея Первого. Его же использовал в качестве главы рода. Думаю, на самом у него было иное имя, но никому из потомков оно неизвестно.

Судя по оттенкам разума, она не лгала. Мне же оставалось лишь попробовать зайти под другим углом.

— А родовой Дар? Или всё, что ты о нём знаешь — это связь с драконами?

Белокудрая смертная устало потёрла глаза.

— Если ты о том, как основатель его получил, то это мне неизвестно. Но он передался всем его потомкам. Все четверо получили полный набор Граней.

Секунду поколебавшись, всё же продолжила.

— Вот его жена была самой обычной. Потому у покушавшихся и вышло её убить. Тогда… У первых из новых Рюриковичей, мощь была совсем иной. Они могли держать образы предков рядом постоянно. А вызывать их за доли секунды.

Странно. Я не чувствовал, чтобы Дар императорского рода был связан с мёртвыми душами. Да и не вышло бы у них никак использовать последние. А тем более надолго фиксировать рядом с собой.

Царевна моё удивление истолковала по-своему.

— Знаю, у обычных людей ничего подобного быть не должно. Но после смерти каждого члена нашего рода, после него остаётся что-то вроде слепка. Те из нас, кто проходят проверку у алтаря, могут их воплотить.

На этом моменте я всё же не выдержал и осторожно уточнил.

— Считаешь, после смерти кого-то иного, не из числа Рюриковичей, ничего напоминающего слепок не появляется?

Секундная тишина и неуверенный голос.

— Что-то точно остаётся, но там же речь скорее идёт про остатки жизненной энергии. Которую используют Чернокровые с Хранителями.

В голову невольно закрались подозрения. Возможно не просто так я не встречал никого, чей Дар напоминал бы способности Прохора? Юноша был из глухой деревни, куда чужаки практически не заглядывали. Вдали от крупных городов и очагов варварской цивилизации. Возможно потому и остался на свободе.

Другой вариант — Дар настолько редок, что им обладали только отдельные патрицианские фамилии, которые тщательно его выкристаллизовали. А смертные вроде Прохора появлялись очень редко.

Вторая версия выглядела неплохо, но мне больше верилось в первую. Хранители и Чернокровые не стали бы терпеть конкурентов. Они и друг с другом то постоянно конфликтовали, несмотря на общих кукловодов, что стояла над обоими орденами.

Потому, скорее всего они умели каким-то образом определять профильных Одарённых и либо забирали их себе, либо уничтожали. Дар, конечно, не уникальный. Но думаю, ежегодно с ним рождалось не так уж много людей. Возможно эта цифра вовсе исчисляется десятками в год. Масштаб, с которым вполне можно справиться.

— Я рассказала тебе всё, что знаю. Твоя очередь. Откуда у тебя взялся свой дракон?

В голове недовольно рыкнул Сандал, а я покачал головой.

— Ты не закончила. Почему все решили, что патриарх жив и мстит за смерти своих потомков?

Та недолго помолчала, поджав губы и недовольно смотря на меня.

— Каждый, кто убивал Рюриковича, погибал в одну из ближайших ночей. Чаще всего только он сам, но бывало и такое, что под удар попадали телохранители или члены семьи. Природу силы определить было сложно — энергетический фон специально подчищали, чтобы не оставлять следов. Всё, что удалось выяснить — она похожа на нашу. Насколько именно, непонятно.

Пожав плечами, посмотрела на меня с некоторой грустью в глазах.

— Будь патриарх на самом деле жив, он бы уже давно явился на помощь роду. Даже открытое послание от его имени, позволило бы восстановить порядок. Мало кто из родичей реально в него верит. Но людям нравятся красивые истории. А нам это играло на руку.

Чуть смутившись, добавила.

— К тому же, пока все убийцы Рюриковичей, действительно умирали в течение двух-трёх дней.

Насчёт помощи, это она зря. Тут всё зависело от склада ума человека, который когда-то положил начало династии. А вот фраза про погибших телохранителей, порадовала. Значит потенциального противника можно было обнаружить. Более того — если он чистил следы своей присутствия, то чего-то опасался. Кем бы ни оказался, патриарх Рюриковичей, он безусловно силён. Но не настолько, чтобы действовать без оглядки.

Вот мотивацию его действий, если это действительно он, я понять не мог. Впрочем, с этим можно разобраться, когда он всё же заявится. Либо некто ещё, уничтожающий убийц Рюриковичей. Думаю, ему предстоит немного удивиться.

— А для чего портреты?

Дарья нахмурилась и уложив руки на столешницу, впилась в меня испытующим взглядом.

— Ты задаёшь слишком много вопросов о нашем родовом Даре, Василий.

В глаза снова плескалось подозрение, а оттенки разума демонстрировали подозрительность. Мне оставалось лишь вздохнуть.

— Действительно считаешь, что я спасал тебе жизнь, чтобы потом ударить в спину? А заговор раскрыл, чтобы втереться в доверие, наверное, да? Не вмешайся я тогда и всё было бы кончено.

Она открыла рот, скорее всего собираясь возразить. Но почти сразу сомкнула губы, пристально рассматривая меня. Видимо вспомнила, что у меня вышло одолеть Даниила в открытой схватке. Да ещё и усиленного «искрой» Аида. Конечно, Оболенский назвал это иначе — мол у царевича оказалось зерно мощи Древнего, которое тот благополучно использовал в процессе схватки. Но это никак не мешало пониманию ситуации.

Естественно, в бою участвовал ещё и кавалергард, который оттянул на себя внимание противника. Но все помнили, кто нанёс финальный удар. И видимо дева только сейчас