Саймон говорит - Саймон Грэй

- Вот ты любопытный. – Мутант взглянул на мальчонку, глаза которого светились от возбуждения. – Модель «Аспид», калибр 8.2 миллиметра, лазерный прицел есть, медведя… теоретически можно. Вообще он пробивает с десяти метров бронежилет второго класса защиты, а бронебойной пулей – даже третьего. Так что череп урсы тоже должен. Но если ты подпустил урсу на десять метров, то пистолетом вряд ли успеешь воспользоваться.

- А зачем вы его с собой носите?

- Потому что… привычка, выработанная годами.

- А батя говорит, что вы параног!

- Кто-кто? – искренне удивился Саймон, удивившись столь странному, но точному определению себя.

- Параног! – повторил паренёк. – Ну такой человек, который всего боится.

- Кхм… Во-первых, не параног, а параноик. А во-вторых, даже если ты параноик, это не значит, что за тобой не следят.

- А за вами следят? – обрадовался Стоян. – А кто?

- Да никто не следит! Просто присказка такая.

- Жаль. Дядь Семён, а дадите из пистолета пострелять?

- Ну если папка твой патронов подкинет, то почему бы и не пострелять? – хитро улыбнулся мут.

- Не, батя не даст. – По лицу мальчишки на секунду пробежала тень, но тут же пропала, сменившись лукавым выражением. – Дядь Семён, а если я патроны достану, то дадите?

Тут следовало бы насторожиться, но к этому моменту они как раз прошли мимо здоровенных пристроек, представлявшие собой «Универсам», и встали перед купеческим домом. Поэтому мутант только рассеянно кивнул, сказав:

- Если папка разрешит, то постреляем.

Обрадованный Стоян распахнул входную дверь и быстро провёл гостя к кабинету отца, который располагался на втором этаже. Постучавшись в закрытую дверь, он дождался ответа, а затем зашел внутрь и доложил:

- Семён Ясонович пришёл!

Похоже, Купец-старший просто подал сыну какой-то знак, поскольку тот выскочил назад в коридор со словами:

- Проходите, пожалуйста! – затем хитро подмигнул Саймону и умчался.

- Ярослав Александрович, Владимир Игоревич! – Грэй степенно зашёл в комнату, кивнув присутствовавшим. Затем удивленно взглянул на третьего человека, стоявшего в дальнем углу. – Привет, Чин.

Торговец и староста, сидевшие за столом, поздоровались в ответ. Чин только махнул рукой и молча уставился на вошедшего. На самом деле мужика звали Ратибор и в, какой-то мере, он полностью оправдывал своё имя. Жил на отшибе бирюком и проводил в лесу больше времени, чем дома. Поговаривали, что в своих походах доходил даже до стойбищ дикарей, которые жили где-то на северном краю тайги. В деревне появлялся, в основном, чтобы сбыть добычу, подкупить снаряжения, да зайти в «ТРАКТИРЪ» выпить кружку-другую пива. В корчме садился в дальний угол, где неспешно цедил янтарный напиток и в разговорах участия не принимал. Если к нему обращались, то отвечал короткими фразами, стараясь свести общение к минимуму. Прозвище Чингачгук, или как его потом сократили – Чин, он получил с лёгкой руки Ивана Фёдоровича, который однажды наткнулся на книги Фенимора Купера. Деревенским прозвище понравилось исключительно в силу заковыритости, а сам Ратибор на это просто махнул рукой. Собственно, Саймон познакомился с ним как раз в корчме, когда Чин подсел к нему, чтобы выслушать правдивую историю о плотоядном колобке из слизи. Ибо версия Петровича, второго участника тех событий, к этому времени предлагала слушателям тварь размером метра три в диаметре, пожиравшую кабаньи семьи пачками, а людей – десятками.

- Присаживайся, Семён, - приветливо начал Владимир, указывая на свободный стул. – Чайку наливай, не стесняйся. Пирожки обязательно попробуй! Алёнушка моя пекла.

- Спасибо большое! – поблагодарил мутант, усаживаясь на предложенное место. Налил себе в кружку отвара, который по привычке именовали чаем. Подтянул поближе миску с пирожками, попутно отметив другую посудину, накрытую матерчатой салфеткой. Ухватил первый пирожок, как оказалось – с начинкой из яиц и лука, и с удовольствием его съел, примечая множество новых любопытных деталей. Так в дальнем углу стола почему-то лежали большой молоток, струбцина, ножовка, долото и еще несколько столярных инструментов. При этом староста и торговец постоянно переводили взгляд с укрытой миски на мутанта, жующего пирожок, и нетерпеливо ерзали на стульях.

«Конспираторы из них так себе», - мысленно усмехнулся Саймон, хватая второй пирожок.

- Ну как тебе? Вкусно? – не выдержал Ярослав Александрович, глядя, как Грэй тянется за третьим.

- Очень вкусно! С утра ничего не ел, проголодался – ужас! - ответил тот, умолчав, что встал ближе к полудню, то есть часа три назад.

- Что, Мирослава так и дерёт деньги за обеды? – с деланным вниманием поинтересовался Купец-старший.

- Дерёт, - с не менее деланным унынием ответил Саймон, взяв четвертый пирожок. – Никак не соглашается включить столование в оплату.

- Плохо, конечно, - вздохнул Владимир. – Но ничего не поделаешь, ей ведь о заведении думать надо, о семье. Из постояльцев сейчас только ты, вот и приходится за каждую копеечку бороться. Да и тебе не мешало бы о будущем подумать – целый месяц лежишь, да книжки читаешь. Так ведь и денежки закончатся, что делать будешь?

«Какая трогательная забота!» - саркастично подумал мутант, отправляя в рот последний пирожок.

- Даже не представляю, Владимир Игоревич, - ответил он вслух. – Вот, как раз к вам шёл по этому поводу, когда меня Стоян перехватил.

- Ко мне? – искренне удивился торговец. – Это зачем?

- Так холодает же. А у меня из теплых вещей только зажигалка. Надо бы закупиться чем-нибудь посолидней – ватник какой-нибудь, свитер. А денежек вот нет!

Купец и староста переглянулись, и вновь уставились на собеседника. Затем торговец заговорил, аккуратно подбирая слова:

- Это ты удачно зашёл. У нас с Ярославом Александровичем как раз дельце небольшое образовалось, с которым ты мог бы помочь. А я тебе за это вещичек тёплых подбросить смогу. Может даже деньжат, если всё удачно обернется…

- Деньжат – это хорошо, - глубокомысленно произнес Саймон, почесав щетину на подбородке. – А что за дельце?

«Конспираторы» опять переглянулись, после чего слово взял староста:

- Ты, Семён, человек бывалый, учёный. Как говорит наш Иван Фёдорович, у тебя это… высокое образование на лице написано…

Тут Ярослав Александрович недоумённо уставился на мутанта, который от столь неприкрытой лести поперхнулся отваром и теперь отчаянно кашлял в чашку.

- У тебя всё в порядке? – встревожено спросил староста, привстав