Пунш желаний - Микаэль Андреас Гельмут Энде

Ее лицо, похожее на морду мопса, с большими мешками под глазами и обвисшими дряблыми щеками, было так сильно обработано косметикой, что представляло собой как бы витрину магазина парфюмерии. Вместо сумочки она держала под мышкой небольшой сейф с секретным кодовым замком.

— Алло-о-о! — крикнула она, стараясь придать своему резкому голосу сладкое звучание и оглядываясь по сторонам. — Тут что, никого не-е-ет? Ку-ку! Ау! Вельзевульчик! Вульчик!

Ответа не последовало. Кругом царила тишина.

А надо сказать, что Тирания Вампирьевна терпеть не могла, когда на нее не обращали внимания. И уж особенно ей было важно, чтобы зрители восхищались ее торжественным выходом на сцену. То, что Заморочит вообще не присутствовал на спектакле ее появления, привело ее в бешенство. И, почувствовав неистовую злобу к своему племяннику, она тут же начала рыться в его бумагах на столе. Но много чего разнюхать не успела, потому что услышала приближающиеся шаги. Это был Заморочит, он наконец вернулся. И, раскрыв объятия, она поспешила навстречу племяннику.

— Вельзевул, — зачирикала она. — Вельзевульчик! Дай-ка я на тебя посмотрю! Ты ли это?

— Я, тетя Тира, я самый, — ответил он и сложил губы в кисловатую улыбочку. Тирания попробовала было его обнять, но из-за полноты это удалось ей с большим трудом.

— Да, это ты, мой очень, очень дорогой племянник, — прокрякала она. — Я, по правде сказать, сразу подумала, что это ты. А кем же еще ты мог быть, как не самим собой?

И она затряслась, хихикая, а золотые монеты на ее шляпе затренькали, забренчали и зазвенели.

Заморочит попробовал было освободиться из ее объятий, крепких, как тиски, и пробормотал:

— Я тоже сразу подумал, что это ты, тетушка.

Она встала на цыпочки, чтобы ущипнуть его за щечку.

— Надеюсь, ты приятно удивлен. Или, может, ты ждал совсем другую прелестную ведьмочку?

— Да нет, тетя Тира, — отмахнулся он с хмурым видом. — Ты ведь меня знаешь. Для таких развлечений моя работа не оставляет времени.

— Да уж, конечно, я тебя знаю, Вельзевульчик! — подхватила она с хитрой ухмылкой. — И лучше, чем любая другая, не правда ли? Ведь я тебя, в конце концов, воспитала и финансировала твое образование. И, как я вижу, ты и нынче неплохо живешь — за мой счет.

Заморочит, похоже, не слишком был рад такому напоминанию. Он мрачно ответил:

— Да и ты тоже за мой не так уж плохо, как я погляжу.

Тирания отступила на шаг и с угрозой спросила:

— Что ты хочешь этим сказать?

— О, ничего! — ответил он уклончиво. — Ты вообще ничуть не изменилась за эти полстолетия — с тех пор, как мы с тобой в последний раз виделись, дражайшая тетя.

— А ты, наоборот, ужасно постарел, мой бедный мальчик.

— Ах так? Тогда должен тебе сообщить, что ты, честно говоря, чудовищно растолстела, моя старенькая девочка.

Минутку они стояли, с дикой злобой уставившись друг на друга, потом Заморочит примирительно заметил:

— Во всяком случае, прекрасно, что мы остались точь-в-точь такими, какими были всегда.

— Стопроцентно, — кивнула Тирания. — У нас согласие и единодушие во всем, как повелось испокон веку.

Без четверти семь

Котик и ворон сидели в бочке не дыша, так тесно прижавшись друг к дружке, что каждый слышал стук сердца другого.

Разговор колдуна с ведьмой продолжался еще некоторое время все в том же развязном тоне. Было совершенно очевидно, что они старались друг у друга что-то выведать, и ни один из них не доверял другому. Но наконец их запас общих фраз и пустых оборотов иссяк.

Они успели за это время сесть и теперь, прищурившись, изучали друг дружку, словно игроки в покер перед началом игры. Ледяное молчание, казалось, заполнило всю лабораторию. А там, где скрестились их взгляды, возникла в воздухе толстая ледяная сосулька и, звякнув, разбилась об пол.

— Ну, перейдем к делу, — сказала Тирания.

Лицо Заморочита стало непроницаемым.

— Я так и знал, что ты прибудешь сюда не только для того, чтобы выпить со мной какой-то там новогодний пунш.

Ведьма выпрямилась.

— Как тебе вообще могло прийти такое в голову?

— А меня навел на эту мысль твой ворон. Яков Карк или как его там.

— Он был здесь?

— Да, ты же сама его ко мне послала!

— Никого я не посылала, — со злостью сказала Тирания. — Я хотела сделать тебе приятный сюрприз моим посещением.

Заморочит невесело усмехнулся:

— Не принимай все так близко к сердцу, дорогая тетя Тира. Зато я смог хоть немного подготовиться к твоему милому визиту.

— Этот ворон, — проворчала ведьма, — слишком много на себя берет!

— С этим я вообще-то согласен, — поддержал ее Заморочит. — Его наглость бросается в глаза.

Тетушка кивнула:

— Он у меня примерно с год как живет. Но с первого дня показал свой вредный характер.

И опять колдун и ведьма молча уставились друг на друга.

— Насколько он осведомлен о твоем бизнесе и что вообще он о тебе знает? — спросил наконец колдун.

— Да ничего не знает! Самый обыкновенный пролетарий!

— Ты в этом твердо уверена?

— Стопроцентно!

Яков хихикнул про себя и шепнул на ухо котику:

— Вот как можно обмануться!

— А зачем ты, собственно говоря, держишь при себе этого наглого пернатого? — допытывался Заморочит.

— Потому, что я слишком много о нем знаю.

— И что же ты о нем знаешь?

Ведьма сверкнула своими бриллиантовыми пломбами.

— А все!

— Что «все»? Как это понять?

— На самом деле он шпион. Его подослал ко мне в дом Великий Совет Зверей, чтобы за мной следить. Этот стервец-стервятник считает себя страсть каким хитрым. Он и по сей день уверен, что я ничего не замечаю.

Яков так хлопнул своим огромным клювом, что это могли услышать. Мяурицио толкнул его в бок и шепнул:

— Вот как мы обманулись, коллега!

Колдун высоко поднял брови и в задумчивости кивнул.

— Гляди-ка, — сказал он, — ведь и