Думские речи. Войны темных сил - Николай Евгеньевич Марков

Не будем вдаваться в размышления, насколько конспирологическая теория Н. Е. Маркова полностью соответствует действительности, или же она заключает в себе какие-то неверные положения. Не будем также обращать внимание на отдельные несуразности и ошибки, допущенные им при написании книги «Войны темных сил». Предоставим право читателю самому сделать вывод о содержании этой книги и актуальности ее в наше время. Обратим лишь пристальное внимание на то, с какой горечью, с какой неподдельной болью отзывался Н. Е. Марков на все, происходившее в мире вообще и в России в частности. По сути, целью всей своей жизни он поставил разоблачение сатанинских планов определенных сил, которые покушались и покушаются на христианскую цивилизацию, пытались и пытаются уничтожить ее. Плоды деятельности этих сил мы сегодня наблюдаем, что называется, воочию. В Западной Европе уже давно наступил полный кризис христианской цивилизации, жители европейских стран в большинстве своем отступили от веры своих отцов, а многие вообще обратились к оккультным, мистическим, откровенно сатанинским течениям. Точно такая же язва вседозволенности, прагматизма, секуляризма постепенно накрывает и разлагает и нынешнюю «демократическую» Россию…

Книга Н. Е. Маркова «Войны темных сил» – это во многом и предостережение грядущим поколениям о том, что может произойти с нами, если мы отойдем от христианских заповедей, от истинной Православной Веры, если будем потворствовать любым антихристианским силам, будь то масоны или представители тоталитарных сект и раскольнических группировок, воинствующие атеисты-безбожники и т. д. «Не для отчаяния, не для внедрения духа безнадежности выводятся на свет злобные деяния темной силы, а для обнаружения и указания для многих невидимого врага, потому и опасного, что невидимого, до тех пор опасного, пока люди его не замечают. В лучах живительного света быстро гибнут тлетворные зародыши тьмы, порока и преступления»103, – такими словами заканчивает Н. Е. Марков вторую книгу своего капитального труда, посвященного мировой закулисе.

* * *

В настоящее издание произведений Н. Е. Маркова вошли несколько его наиболее ярких речей, произнесенных политиком в разное время с трибуны Государственной Думы. В них четко показаны его воззрения по аграрному вопросу, национальной политике и внешней политике и отношению к участию России в Первой мировой войне, а также по отношению к либеральному Прогрессивному блоку и солидаризировавшимся с ним деятелям.

Кроме того, представлены некоторые работы Н. Е. Маркова, связанные с политической борьбой в Союзе Русского Народа в 1910-1911 гг. и характеризующие его как активного участника этой борьбы. Также публикуется фрагмент речи политика на Нижегородском совещании 1915 года, на котором была осуществлена попытка консолидировать правые, монархические силы перед лицом военной и революционной опасности. В этой речи Марков призывал правых встать единым фронтом на борьбу с Прогрессивным блоком, немецким и еврейским засильем.

Несомненный интерес представляет и работа Н. Е. Маркова «Правда о смуте церковной», написанная уже в эмиграции, в которой автор четко отстаивает каноническое Православие, борется с попытками определенных сил (выражаясь современным языком, церковных либералов) расколоть Русскую Зарубежную Церковь.

Наконец, в полном объеме представлена книга Н. Е. Маркова «Войны темных сил». Это уже третье полное издание книги, осуществленное в России. Как дополнение к этой работе Н. Е. Маркова представлены и другие его эмигрантские труды, посвященные проблемам, связанным с масонством и еврейством. Это «История еврейского штурма России» и «Лик Израиля».

Д. Стогов

Думские Речи

Речь Маркова 2-го 12 мая ‹1908 г. по запросу о Финляндии›

Внесенный правыми и умеренно-правыми1 запрос дал повод Председателю Совета министров нарисовать обширную картину будущей правительственной деятельности по части приведения законодательства Финляндии и России в общую планомерную систему. Запрос наш был заключен, собственно говоря, в более узкие рамки; он касался отдельных случаев незакономерных поступков и незакономерных действий как финляндских властей, так, в особенности, русских властей, каковые, по мнению нашему, были обязаны наблюдать за властями финляндскими. Собственно, в ответ на запрос Председатель Совета министров не сообщил нам почти ничего, так что нам самим приходится осветить эту сторону интересующего нас вопроса, а затем уже мы разовьем свой взгляд на политическое положение и предстоящее Государственной Думе законодательство по финляндскому вопросу. Финляндия, как известно, присоединена около 100 лет тому назад2; при Швеции она была не самостоятельной страной, не особым государством, а представляла лишь несколько простых шведских провинций, каковые не имели ни своего особого финляндского сейма, ни своих особых финляндских законов. Финляндия наравне с другими шведскими провинциями посылала своих депутатов в общий шведский риксдаг. Таким образом, завоевав вооруженной силой финляндские губернии, Император Александр I имел перед собой не какое-либо завоеванное государство, а несколько завоеванных провинций Шведского государства. Это положение вполне ясно и определенно было выражено как в тех государственных актах, которые издал в то время Император Александр I, так и в самом Фридрихсгамском мирном договоре3 между Шведским Королем и Русским Императором. 16 марта 1808 г., еще во время войны, Император Александр I уведомил иностранные державы особой декларацией, что «отныне часть Финляндии, которая доселе именовалась Шведской, признается областью, Российским оружием покоренною, и присоединяется к Российской Империи» (здесь и далее выделено в тексте источника. – Д. С.). В Манифесте 20 марта 1808 г. тоже во время войны Император Александр I говорил: «Страну сию, оружием Нашим таким образом покоренную, Мы присоединяем отныне и навсегда к Российской Империи, а вследствие того повелеваем Мы принять от обывателей присягу на верность Престолу и Нашему Подданству». В Манифесте того же 1808 года 5 июля Император Александр I писал следующее: «Присоединив навсегда Финляндию к России, с удовольствием Мы узрели торжественные обеты обывателей сего края, принесенные на верное и вечное их Российскому Скипетру подданство. В среде народов, Скипетру Российскому подвластных и единению Империю составляющих, обыватели воссоединенной Финляндии с сего времени и навсегда восприя-ли свое место. От сего великого состава ничто их отторгнуть не может». Председатель Совета министров нам цитировал Фридрихсгамский мирный трактат от 5 сентября 1809 г., коим были окончательно определены отношения финляндских провинций, бывших шведских, к Российской Империи. Таким образом, из всех документов международного характера, а также из Манифестов, изданных Императором Александром I по Империи, совершенно ясно следует, что никакого финляндского государства Император Александр I не признавал, ибо завоевал несколько шведских провинций, именуемых Фин-ляндиею. Тем не менее, несмотря на столь ясное юридическое положение, возникло, как вам известно, финляндское учение о том, что Финляндия не есть присоединенная к Российской Империи часть Швеции, а есть отдельное государство – Великое Княжество Финляндское,