Наследнички 5 - Алексей Игоревич Ильин

— Дежоле. Колин Дежоле. Я ведущий художник, — Колин смотрел на мальчишку, стоящего во главе стола с вызовом.

— Вы уволены, господин Колин Дежоле, — всё так же спокойно произнёс Борис.

— Что? — Дежоле моргнул. Его взгляд мгновенно потерял половину вызова, зато в нём появилась растерянность.

— Вы были правы, господин Дежоле, вы не рабы. — Борис жёстко улыбнулся. — И так как вы не рабы, то не должны терпеть моего кланового произвола. Поэтому, вы уволены. Можете высказывать своё недовольство за пределами типографии. А сейчас попрошу вас выйти. Здесь могут присутствовать только сотрудники.

Колле сложил руки на груди и злорадно осматривал растерянных сотрудников. Он же предупреждал этих баранов, что сын клана не будет терпеть их закидоны. И где теперь Дежоле будет искать работу, Бориса Орлова волнует меньше всего. Он проводил взглядом вышедшего художника, и перевёл взгляд на Бориса. А тот, дождавшись, когда за Дежоле закроется дверь, снова повернулся к залу.

— Продолжим. Кто ещё хочет высказать претензии не в индивидуальном порядке, а вынося их на всеобщее обозрение?

* * *

Роман посмотрел в сторону леса. Было жарко, и самое лучшее, что он мог сейчас придумать, это хотя бы ненадолго спрятаться от палящего солнца.

— Ну что, Паразит, дойдём до леса? — Рома посмотрел на сидящего у его ног кота, а затем снова перевёл взгляд на виднеющиеся не слишком далеко деревья. — Я себя так хреново чувствую, да ещё и солнце это. Там хоть тень есть.

— Мяу-у, — кот внимательно его выслушал и побежал по дороге. Похоже, что идея спрятаться от палящего зноя в лесу ему понравилась.

— Ты не можешь телепортироваться, да? — тихо спросил Рома, бредя следом за котом. — Во всяком случае, ты не можешь переместиться обратно, в номер к брату и отцу. Кстати, раз ты не можешь нас вернуть, то мои дары… — И он призвал дар смерти.

Дар отозвался легче, чем всегда. Стало так холодно, что даже сам Рома это почувствовал. Жара немного отступила, и парень вдохнул полной грудью. И тут его взгляд упал на придорожную траву. Там, где её коснулась сила смерти, началось увядание.

— Что это? — Рома присел и тронул засохший листик, от его прикосновения обратившийся в прах и улетевший, подхваченный лёгким ветерком. — Так не должно быть. Это я делаю? — И Рома повернулся к коту, внимательно наблюдающему за ним.

— Мяу, — Паразит тряхнул головой и снова побежал к лесу. Роме ничего не оставалось, только следовать за ним.

До первых деревьев они дошли быстро. Рома всё ещё не понимал, что происходит, поэтому отозвал дар смерти.

— Во всяком случае, у меня ещё есть вода, — пробормотал Орлов, заходя под тени огромных деревьев. Задрав голову, он посмотрел вверх. — Ничего себе, какие исполины. Ну что, давай найдём полянку поудобнее, расположимся на ней и подумаем, что же нам делать дальше.

— Мяу-у-у-у! — внезапно раздался рёв кота, переходящий в шипение.

Роман резко развернулся и увидел, как какой-то урод выпускает из лука стрелу в Паразита. У Ромы был с собой пистолет. У них, у всех всегда был с собой пистолет. Кроме обязательного ножа. Ушаков следил очень тщательно, чтобы привычка носить с собой оружие стала рефлекторной. Паразит исчез, и в то место, где он только что стоял, выгибая спину, вонзилась стрела.

Урод повернулся к Роме, а на тетиву была наложена ещё одна стрела. Рома выхватил пистолет, но воспользоваться им не успел, на мгновение оторопев. Потому что этот высокий, светловолосый мужчина совершенно точно не был человеком. Незнакомец что-то произнёс на неизвестном языке. Рома покачал головой, показывая, что не понимает, и вскинул руку с пистолетом.

Незнакомец сказал что-то ещё, на этот раз в голосе явно прослеживалось раздражение. Стрела сорвалась с тетивы, и Роман, выругавшись, резко наклонился, уходя с её траектории. Одновременно с этим он рванул предохранитель и выстрелил. Звук выстрела прозвучал очень громко, и незнакомец вскрикнул, хватаясь за плечо, в которое вонзилась пуля. Лук вывалился из его рук, а сам мужик упал со стоном на землю.

А Рома застонал, выпуская из рук оружие, потому что в этот самый момент с его телом начало происходить нечто странное. Кости и мышцы начали увеличиваться в объёме, выворачивая суставы. Одежда затрещала, и Рома, превозмогая боль, принялся быстро раздеваться, чтобы не остаться в итоге голым. Он успел. Трусы снимал, отмечая, как на руках начали появляться внушительные когти. Острая боль между лопатками, и ощущение, что на спине появились дополнительные мышцы и конечности завершили картину.

Дополнительные конечности на спине оказались огромными крыльями, но, судя по их форме, полёт в функционал не входил. Зато Роме удалось с пятой попытки запахнуться в них, словно в плащ, скрывая наготу. По его представлениям, он преобразовывался и раздевался вечность. Но, если судить по тому, что мужик даже лук не успел поднять, прошло чуть меньше минуты.

Рома схватил пистолет, показавшийся маленьким в когтистой лапе, и выпрямился, неотрывно глядя на упавшего мужика. Тот продолжал зажимать раненую руку, и во все глаза смотрел на Орлова.

— Мяу-у-у! — Роман почувствовал толчок, и рёв кота прямо над ухом. Паразит появился у него на плече, грозно вопя и выгибая спину, вцепившись когтями в кожу. Самое поразительное, что боли Рома не почувствовал, ту броню, что заменяла ему сейчас кожу, когти кота не смогли пробить.

Мужик встрепенулся и неловко встал на одно колено, наклонив голову. Он снова что-то говорил, но Рома не понимал ни слова. Откуда-то налетел ветер, и в голове началось мельтешение образов и звуков. Рома стиснул зубы. Меньше всего ему хотелось упасть перед мужиком на землю, закрывая уши. По мере того как шум в голове прекращался, Рома с удивлением осознал, что начинает понимать то, о чём говорит мужик. Вот только его слова не внушали оптимизма.

— Повелитель, ты вернулся! Но почему ты так странно выглядишь не в боевой ипостаси? Но, это, конечно, не моё дело. Нам нельзя здесь оставаться. Идёт борьба за твой трон, и меньше всего лорды захотят тебя снова увидеть. Тем более что за столько лет уже почти никто и не помнит, как выглядит Зелон.

* * *

— Где он, Верн? Где мой сын? — отец сделал шаг в направлении безликого, а в комнате становилось плохо дышать от магии смерти.

— В мире под названием Анконда, — ответил Верн, а я вздрогнул. Потому что именно так назывался мир, из которого прибыл отец. — Кай со своей компанией нашёл выход. Каре один раз удалось пробить туда канал, и Кай