Выгребная яма - Вальдемар Лысяк

клали в карман по 30 пособий! При чем, что весьма интересно: в Саксонии чиновница, выявившая такие мошенничества, была... в порядке наказания уволена с работы (2017); ведь Салон не прощает, чтобы над проиммигрантской политкорректностью смеялись. Наказали и немецких кураторов, которые подавали тревожные сигналы о том, что "турецкое меньшинство" даже в третьем поколении не желает ассимилироваться/интегрироваться, продолжая себя вести про-исламски и про-стамбульски.

Иммигрантская культура вымогательства у "белых фраеров" – культура выгодного проживания за чужой счет – должна пробуждать негодование у коренных европейцев, причем, не только среди старых консерваторов. Социолог Яцек Шимандерский: "Что могут подумать молодые безработные из Европы, видя иммигрантов с Ближнего Востока и Африки, домогающихся от государства жилья и богатых пособий, в то время как этих привилегий не хватает для коренных европейцев? Государства, такие как Франция, не способны привести к пробуждению экономического роста настолько, чтобы обеспечить работой массы молодых людей, лишенных перспектив, и в то же самое время не справляются с интегрированием ближневосточно-африканских иммигрантов. Спокойствие в предместьях они пытаются покупать с помощью "социала" (2015).То же самое говорит французский философ Реми Браг: "Страны Запада соглашаются с очередными пособиями и мечетями, поскольку думают, что именно таким образом покупают для себя спокойствие общества" (2020). Но, как верно резюмирует Шимандерский: "Только эта политика обречена на поражение". О чем, среди всегог прочего, свидетельствуют регулярные поджоги французских городов, оплевывание французского флага и засвистывание (или же закрикивание) французского гимна щедро финансируемой цветной чернью из таких охваченных шариатом предместьях.

Именно шариатом, ведь проблема иммигрантского нашествия на Европу – это, в основном, проблема вторжения ислама. Французские мусульмане нисколько не скрывают, что Франция (а в последующей перспективе и вся Европа) является для них "колонизационным проектом". В 2020 году еженедельник "Valeurs Actuelles" опубликовал слова иммигранта из Гвинеи: "Мы будем размножаться так, что наши дети заменят здесь белых, и вся эта земля сделается полностью мусульманской". "Газэта Польска" крупным шрифтом отмечает: "Призрак заката погруженной в хаосе Европы, которая становится политической заложницей ислама" (2020). Подобного типа констатации множатся уже с 90-х годов ХХ века, когда знаменитая итальянская публицистка Ориана Фаллачи прозвала Старый Континент "Евравией", поясняя это "закатом (европейского) Разума", а великолепный иудейский интеллектуал, француз Ален Финкелькраут, бил в набат, заявляя, что "ислам, являющийся цивилизацией, а не только лишь религией, объявляет войну цивилизации Запада", предупреждая, что "мусульманская иммиграция Европу уничтожит". Я и сам уже тогда публично бил тревогу (венцом тех моих текстов была глава под названием "Мусульматизм" в моей же книге "Салон 2", 2006); сегодня же подобные тревожные сигналы стали всеобщим явлением – для примера процитирую ксендза Тадеуша Исаковича-Залеского, президента Фонда им. Брата Альберта: "В секуляризированное западноевропейское общество ислам входит словно нож в масло. Во Франции мусульмане из различных частей света свободно и массово молятся на паркингах, на улицах и площадях, нарушая при этом порядок и французское законодательство. В той же самой Франции публичная, вне пределов храма, манифестация католической веры практически невозможна. Нет процессий за пределами церквей, нет публичных католических богослужений" (2020). Зато имеются террористические покушения и разрушение городов, безнаказанное tout court[38]. Даже склонный к левацтву "Нью-Йорк Таймс" издевательски фыркал, что у молодых французских мусульман "нет времени, чтобы искать работу, поскольку они заняты поджогом автомобилей". Во многих европейских метрополиях )французских, шведских и др.) полиция предпочитает не углубляться в определенные кварталы, поскольку те превратились в территориально мусульманские и управляются в соответствии с кровавыми законами шариата. Это опасение полиции вмешиваться следует не столько от страха перед физической мусульманской агрессией – гораздо скорее, от страха, что вмешивающиеся люди в мундирах будут объявлены со стороны членов Салона расистами и исламофобами. Яцек Квециньский[39]: "В Мальмё грабежи, насилия, поджоги школ в постоянно увеличивающейся мусульманской популяции сделались столь обычными, что большое число шведов уже начало покидать город. Политкорректное правительство объявило, что во всем этом (проблемы города и исход белых горожан из него) виноват шведский расизм" (2006).

Эпитеты и жалобы (в том числе и судебные), касающиеся мнимого расизма – это все ритуальные дубинки Салона, чтобы избивать ними противников евросоюзной "мультикултурности". Поставленный перед судом (за критику агрессивного ислама) французский писатель и философ Паскаль Брукнер пояснял трибуналу, что, вопреки политкорректной пропаганде, ислам не является "религией мира", но доктриной разбойного "джихада", и что мусульманские террористы – это бандиты, но никак не "жертвы институализованного расизма". Политкорректная борьба с этим "расизмом" принимает во всем свете столь гротескные/идиотские формы, что можно написать толстенную юмористическую книгу, содержащую наиболее "вкусные" казусы. Энн ДеЛессио Персон, социолог из университета штата в Портленде (США), давая интервью станции "Фокс Ньюс", заявила, что "математика – это расистский предмет", ведь когда-то ее применяли для подсчета черных рабов. Сервис "Ю-Тьюб" заблокировал ролик, в котором прозвучала шахматная формулировка: "белые бьют черных". Организаторы антирасистской конференции в университете Эдинбурга потребовали, чтобы ее белых участников лишили права голоса. Концерн L'Oreal объявил, что в описании производимых им кремов прекращено использование слов "белый" и "отбеливающий". Яростные международные скандалы вызывает (например, в Голландии) перевод белыми переводчиками стихотворений чернокожих поэтов, равно как и дубляж белыми актерами (в иноязычных киноверсиях) фраз и диалогов, исходящих их уст чернокожих актеров. Когда фирма "Адидас"произвела ради прославления негров спортивную обувь, на подошвах которой имелись инициалы СВС ("Celebrating Black Culture") – ее обвинили в расизме, поскольку первая серия этой обуви была белого цвета. Фирме "Прада" пришлось отозвать коллекцию гаджетов-брелочков, изображающих животных, так как один из них был темнокожей обезьянкой с большими, обрамленными красным губами. И т.п., и т.п. За одно только упоминание приведенных здесь скандальчиков Салон может посчитать меня клиническим расистом. Только я знаю, как защищаться – по-антисемитски или же анти-пидорски. Прихваченные на горячем антисемиты вечно заверяют, что у них среди приятелей имеются евреи, а вот гомофобы ручаются в том, что среди их дружков хватает педерастов. Так вот, клянусь всем святым, что у меня имеются трое чернокожих идолов – троица любимых негров. Это гениальный американский педиатр-нейрохирург Бенджамен Соломон Карсон, ультраконсервативный африканский (гвинейский) кардинал Робберт Сарах (до 21 февраля 2021 года – глава ватиканской Конгрегации Культа Божьего и Дисциплины Таинств), а еще волейболист Уилфредо Леон.

Но вернемся к исламизирующим Европу мусульманам. Которые исламизируют ментальным и физическим террором. Начиная от требования удаления из лавок с игрушками свинок в любой форме, даже копилок либо в какчестве фрагмента игрушечного деревенского хозяйства (ведь для мусульман свинья – "нечистое" животное), через ограничительную про-исламскую цензуру ("Амазон" удалил из своего предпродажного предложения критичную по