Моя полосатая жизнь: Рассказы оголтелой оптимистки - Нина Витальевна Зверева

– Устала?

И накрыл меня сверху какой-то простыней, потом еще одной. Я опять почувствовала себя человеком, выдохнула и стала мечтать. Про имя и про все – про моего мальчика, как он будет у меня рыцарем и как будет ухаживать за женщинами. Как он будет уметь все, что умеет его отец, а еще то, что я ему подскажу. Я мечтала и была абсолютно счастлива. Это был момент незабываемого, полного счастья. Тетю Дашу вспоминала – вот, смотри, у меня мужик! И в это время подошел ко мне доктор Гаврилов:

– Слушай, у меня пряник есть. Хочешь?

Разделил пополам. А я была такая голодная! Ничего вкуснее я в жизни не ела. Как я смаковала по кусочкам этот маленький пряник!

Я с маленьким Петей и мы с Петей сейчас

Меня «выкинули» из роддома на пятый день. Такой плач стоял в палате! Я была самая опытная мама и всех учила, как кормить грудью. Не понимала, почему тогда этому нельзя было учить? Переполненная грудь, никто не помогает, а потом мастит. Я всех учила. Покормлю ребенка, а потом хожу по палате делюсь опытом.

Дальше было море смешных историй. Смешных и нелепых. Мой опытный муж подготовил нашу маленькую квартирку к приезду. Он принес столик, купил цветы, что редкость, и даже поставил греться молоко, потому что с кормлением у меня были проблемы и нужно было постоянно пить чай с молоком.

Приехал за мной. Но одновременно прислала машину директор телевидения и предложила:

– Если захочешь, подъезжай сюда, мы тебя ждем.

И вот мы с нарядным Вовой, моей подругой Маргаритой Гончаровой, режиссером телевидения, и моим любимым свекром в красивом костюме заехали на телевидение. Нас вышли встречать с цветами, я показывала всем этого пятидневного детеныша, большого, носатого. Кто-то из «добрых» телевизионных женщин вздохнул:

– Ну ничего, что некрасивый, это же мальчик.

А мне он казался и кажется самым красивым мужчиной на свете! Но в этой косыночке он действительно выглядел очень смешно: большой рот, большой нос. Мы подъехали к дому, пошли по лестнице, и Вова вдруг побледнел. Он же поставил молоко на огонь! А прошло уже два с половиной часа. Можете себе представить: дым, хлопья какие-то летают, кастрюля на газовой плите?! Хорошо, что ничего не загорелось. В тот день я кормила ребенка в песочнице под взглядами из всех ближайших окон, но мне было все равно. У меня был сын.

И есть сын. И ему уже за сорок. И мы с ним очень-очень близки и очень дружим. И получилось так, что только Петя выбрал профессию коуча вслед за мной. Теперь мы не только родня, но и соратники, вместе ведем рубрику «Семейное дело» на YouTube-канале и бесконечно обсуждаем сложные человеческие судьбы.

Здесь Петя только родился, ему всего пять дней. Мы гуляли в парке и встретили фотографа со студии

О чем эта история? Если вы уверены, что без чего-то ваша жизнь не будет счастливой, действуйте. Я часто делала именно так, несмотря на то что самые близкие, самые любимые люди могли быть против. Сопротивляйтесь обстоятельствам. И может быть, тогда вам повезет.

Может, и не повезет. Но если вы не попробуете, точно тогда ничего хорошего не случится.

Глава 6

Неудачные интервью

Меня часто спрашивают – а были ли у вас неудачные интервью? Да сколько угодно! На меня смотрели как на новый талант Горьковского телевидения. И на факультете я была лучшей студенткой. Я уже родила первого ребенка, почти сразу стала готовиться родить второго. Мне поручили вести студенческий клуб «Потенциал», и мне очень понравился прямой эфир – студия, много столиков, подходишь к одному, беседуешь, подходишь к другому… Просто новогодний огонек! Я к нему готовилась, написала сценарий, все получилось! Успех вскружил голову.

А еще Владимир Сергеевич Близнецов, мой наставник, учитель, главный редактор молодежной редакции, предложил мне делать портретное интервью – один на один. В ту пору портретные интервью делали не с теми, кого все знают, не с ньюсмейкерами и трендсеттерами, а с обычными людьми. Главная задача – сделать интервью так, чтобы любого человека представить как интересную личность.

В то время проходил конкурс «Лучший по профессии». И лучшей воспитательницей детского сада в городе Горьком оказалась девушка Катя.

Я пришла к ней в садик, познакомилась с Катей, с ее ребятами. Приходила к ней три дня, смотрела, как она с ними играет, танцует. Дальше студия, прямой эфир, приходит воспитательница Катя. Мне надо было хорошо выглядеть в эфире, и я попросила у мамы ее брючный костюм с тигровыми вставками. Он очень мне шел, несмотря на то что был велик на пару размеров. Сделала прическу в парикмахерской, пришла в студию, вот мое кресло, вот Катино. Жду.

Она вошла, и у меня легонько кольнуло сердце – на ней было скромное черное платье и жабо из детской капроновой ленты, нанизанное на ниточку и пришпиленное булавочкой. Мы оказались в разных весовых категориях. Да, костюм был мамин, но кто же это знал.

Ну а потом… потом начался кошмар. Мы вышли в прямой эфир, и я рассказала про ее победу, что я в восторге от того, как она играет с детьми, что я тоже мама, но так не умею.

– И как у вас получается так играть?

Подготовка к эфиру. Напряжение и тревога на моем лице

– Ну, не знаю.

– А в какие игры?

– Ну, вы сами видели.

– А почему вы пошли воспитателем?

– Ну, больше некуда было пойти.

– Но вам же нравится?

– Всяко бывает.

И все интервью вот такое – собеседник не реагирует, не раскрывается, и все твои вопросы отлетают, как мячи от стенки. И ты уже не понимаешь, о чем еще спросить.

И тогда мой ум подсказал мне идею. Я умею рассказывать истории, всегда умела и любила, я видела Катю в работе – и я развернулась на камеру и сказала:

– Видите, Катя – скромная девушка, она не хочет рассказывать о себе. Давайте я вам расскажу.

И я рассказывала, как я познакомилась с ней, как дети ее любят, как она занимается с ними… 25 минут монолога, 5 минут кинопленки. Все закончилось. Я привычно ждала аплодисментов.

Но операторы как-то быстро, не глядя на меня, откатили камеры, в студии выключили тяжелый горячий свет. Катя сидела, сложив ручки на коленочках, как она учит сидеть детей. В студию вбежал Владимир Сергеевич Близнецов, который был на всех моих эфирах. Я сижу, улыбаюсь, жду, а он… Он пробегает мимо, поворачивается ко мне спиной, а лицом к Кате и говорит:

– Катя, я прошу у вас прощения! У нас очень неопытная ведущая, это ее первый эфир. Мы надеялись, что она справится. Она не справилась. Прошу прощения и приглашаю вас в свой эфир.

Катя равнодушно кивнула и ушла. Ее не интересовал ни мой эфир, ни любой другой.

Я же поняла, что произошло что-то страшное. Со мной никто не разговаривал. Побежала за Владимиром Сергеевичем, он повернулся ко мне в совершенной ярости:

– Запомни. Когда ты берешь интервью у человека, важнее всего он. Ни ты, ни твои рассказы о нем. Когда он сидит рядом, это вообще недопустимо. И если человек тебе не