Нефть и мир. «Семь сестер» – дом, который построил Джон - Леонид В. Крутаков

Тилдену для победы достаточно было всего одного голоса, Хейсу необходимы были все двадцать. Предварительный подсчет показывал, что в трех южных штатах (Флорида, Луизиана, Южная Каролина) победил Тилден, его начали даже поздравлять с президентством. Однако утром на следующий после выборов день The New York Times вышла с неожиданным заголовком «Результаты все еще неопределенны».

В спорные штаты от «партии Севера» отправились комиссии, которые добились через местные выборные органы признания нескольких тысяч голосов недействительными. Комиссией, прибывшей в Луизиану, руководил Гарфилд. Нижняя палата Конгресса США, где к тому времени «Сплошной Юг» захватил большинство, направила туда своих наблюдателей. В итоге в Вашингтон из всех четырех штатов пришли разные списки голосовавших с разными итогами.

Сложилась патовая ситуация. Конституционного выхода из нее не было. Сенат контролировали северяне. Палату представителей – южане. Тогда Конгресс принял закон о создании Избирательной комиссии для определения судьбы спорных голосов. Комиссия из 15 человек должна была включать в себя по семь представителей противоборствующих сторон. Пятнадцатым участником планировался независимый кандидат – представитель Верховного суда Дэвид Дэвис.

Пока закон о комиссии проходил через Конгресс, Дэвиса «выкупили». Иллинойс (нефтяной штат) выдвинул его в Сенат, а заменил Дэвиса другой представитель суда (сторонник Севера). В итоге в комиссии оказалось восемь «северных» мест против семи «южных». Ровно в этом соотношении (8 к 7) комиссия и проголосовала за списки в пользу Хейса. Одним из членов комиссии был Гарфилд (голосовал за Хейса).

Парадоксальным образом «северянин» победил в самых «южных» среди южных штатов Америки. У победы, правда, есть рациональное объяснение. Флорида, Луизиана и Южная Каролина оставались последними оккупированными армией федералов штатами Юга, где ключевые политические посты занимали ставленники Севера (действовала политика Реконструкции).

Хейс получил 185 голосов выборщиков против 184, так и оставшихся у Тилдена. Но даже после вердикта Избирательной комиссии Палата представителей могла заблокировать инаугурацию нового президента, отказавшись утвердить итоги. Пришло время для сделки «Компромисс – 1877».

Бумажный стандарт

В противовес Реконструкции, которую проводил Север (нефть), возврат к своему традиционному укладу (земля) Юг называл Искуплением. В этих смысловых обозначениях спрессована логика Гражданской войны США. Они раскрывают ее природу на когнитивном уровне. В первом названии – инженерный подход, расчет, чертеж, математика. Во втором – нервная энергия, трагедия, метафизика, вера.

Понимание духа того времени (сопереживание) необходимо для содержательной оценки модели. Без эмоционального проникновения в то время осознать рационально мир, в котором мы живем сегодня, невозможно. Эмоциональное знание (субъектность, по Кьеркегору) в общественных дисциплинах дает гораздо больше понимания, чем детальное историческое исследование (хронология).

Условия и принципы формирования новой (антитеза Нового и Старого Света, Севера и Юга) американской элиты раскрывают моральные нормы, мотивы и политические установки элиты современной, которая сформирована апологетикой модели. Перед представителями новой элиты лежал огромный континент, с которым у них не было никакой истории отношений, никаких аллюзий, почтения и уважения к прошлому. Белый лист, чистое поле, территория для завоевания.

То, что заложено в фундамент, извлечь из него уже никак невозможно. Принципы действия и базовые установки модели нельзя изменить, не разрушив ее.

Понять психологию новой американской элиты, историю и условия формирования нового уклада можно на простом примере. Для этого достаточно вкратце ознакомиться с историей кладбища Лейк-Вью. Где еще (в какой стране, в каком уголке мира) кладбище может возникать (закладываться) как акционерное общество с целью извлечения прибыли?

История Лейк-Вью – это не стела Рокфеллера или мемориал Гарфилда. Это эмиссия акций, процентные скидки, выпуски новых облигаций, угрозы банкротства, антикризисные программы и дополнительные эмиссии, расширение за счет аренды и бартерные сделки (предоставление участков под захоронение в обмен на облигации)…

Лейк-Вью – это не кладбищенская история, это история Америки. История Нового Света. Во время финансового кризиса 1890-х годов антикризисную программу Лейк-Вью, сутью которой был выпуск «возвратных облигаций», снижающих годовые процентные выплаты для покрытия непогашенной задолженности, возглавлял Гарри Гарфилд – сын покойного 20-го президента США.

Севером в войне с Югом двигали не моральные принципы (борьба за свободу), а огромные потоки бумажных денег (гринбэки), обещавшие еще больше денег. Обещания оформлялись в государственных долговых обязательствах Соединенных Штатов Америки (расписки, векселя). Чтобы исполнить эти обязательства, приходилось гнать на убой людей. Черных и белых. Без разницы. Сначала в Америке, потом во всем мире. Война Севера и Юга заложила основы (базовые установки) долговой модели роста мировой экономики.

Политические отцы-основатели США, памятуя о финансовых кризисах и бесконечных войнах в Европе, конституционно запретили Штатам в качестве расчетов использовать что-либо, кроме золота или серебра. Но никаких положений о бумажных деньгах они в Конституцию не включили, что и было использовано новой элитой (реальные отцы-основатели).

Война сломала запрет. Слишком высокие ставки были сделаны, слишком широкий горизонт планирования возник, слишком большие потенциалы сформировались. Объем обязательств не соответствовал возможностям человека в пределах одной жизни. Риски неисполнения были запредельными. Например, банки Нью-Йорка предлагали кредит под военные расходы администрации Линкольна с годовой доходностью от 24 до 36 %.

Так в США появились первые государственные бумажные деньги – Greenback. Ранее банкноты в Америке выпускали только частные банки под частные обязательства. Первый и Второй банки США (прообразы Федеральной резервной системы), выполнявшие функции Центробанка, в большей части уставного капитала тоже были частными.

Нефть оказалась сильнее Конституции. При обсуждении эмиссии гринбэков кто-то из администрации Линкольна предложил печатать на них официальный девиз Америки («Мы верим в Бога»), который гравировался на всех американских монетах. Линкольн остроумно ответил, что тогда на новых банкнотах надо поместить апостола Петра или Павла с фразой: «Серебра и золота у меня нет, но я даю то, что есть»[26].

Правительство Линкольна могло давать только обещания будущих прибылей. До 1956 года на банкнотах США будет красоваться надпись: E pluribus unum («Из многих один»). Бога заменили жаждой наживы. В инаугурационной речи после избрания президентом Гарфилд зафиксирует ситуацию: «Выпуск банкнот США был обеспечен необходимостью войны… Эти купюры – не деньги, а обещания заплатить деньги».

Необходимость использования в расчетах бумажных денег для формирования новой общественной модели была четко сформулирована еще во время противостояния Второго банка США с Эндрю Джексоном (7-й президент США), названного Банковской войной. Отстаивая право на эмиссию, представители банка выдали предельно емкую (непревзойденную до сих пор) формулировку:

«Банки должны ссужать больше денег, чем брать. Когда банки ссужают деньги, фактически создаются новые деньги, что называется кредитом. Эти деньги должны быть бумажными; в противном случае банк