Отставникъ. Встать на ноги - Константин Геннадьевич Борисов-Назимов

— Михаил, ты о чем задумался? — поинтересовалась идущая рядом госпожа Исаева.

— Размышляю, а не перекусить ли где, — ответил ей, а сам почувствовал лютый голод. — Как насчет трактир посетить?

— А как же мое обучение? — посмотрела на свои часики девушка. — Готова составить вам компанию, если вы за меня перед господином Статкевичем вступитесь.

— И кто не прогуливал лекции? — усмехнулся я. — Профессору же скажешь, что после того, как ассистировала на операции тебе потребовался отдых. Или что-то еще придумай, но сама!

— Врать нехорошо, — поджала губы Настя.

— Зато кофе выпьешь и пирожным закусишь, — парировал я.

Идем, болтаем и чувствую, как заполняется энергия, где сконцентрирован дар. Удивительно, приток сил большой, восстановление происходит чуть ли не стремительно, а обычно оно занимало сутки, а то и несколько. С чем это связано? Нет ответа!

— Заметил, что на дорогах грузовых автомобилей стало больше? — неожиданно поинтересовалась моя спутница.

— Телеги отходят в прошлое, — кивнул я.

— Не скажи, крестьянское подворье себе долго еще технику позволить не сможет, — отмахнулась Анастасия.

Не стал утверждать обратное, все будет зависеть от того, как пойдет развитие страны. Уже вскоре появятся в деревнях трактора, которые повысят производительность труда. Эх, не случись война и развитие бы произошло быстрее. Народ бы не стал роптать и жил лучше. Но сейчас империя воюет, все средства и силы брошены на фронт. Николай Второй забыл про тыл и это очень печально. И ведь нельзя сваливать все на доклады министров и советников. По бумагам в стране все хорошо и прекрасно. Но ведь император ездит и видит все собственными глазами. Или ему показывают только то, где все замечательно? Чинуши дорожат своим креслами и не желают попасть под гнев правителя.

— Слышала, что вечером позвал к себе на ужин господина Ботвинова и господина Статкевича, — как бы мимоходом обронила Настя. — Собираетесь разобрать как прошла операция?

— В том числе, — не стал отнекиваться я и упредил ее следующий вопрос: — Насть, прости, но тебя не приглашаю. Кое-какие моменты тебе знать еще рано.

— Обижусь, — насупилась девушка.

— Не дуйся, потом расскажу, что тебя будет интересовать, — усмехнулся я.

Дело в том, что Аристарх Георгиевич и Павел Григорьевич точно меня в чем-то заподозрили. Предстоит рассеять их сомнения либо подтвердить, но оставлять все на прежнем уровне нельзя. Невольно допустил много ошибок, кое-какие термины, о которых знать обычный поручик никак не мог, сами-собой с языка слетали. Легенда у меня заготовлена и не одна, надеюсь, мне поверят.

Расставшись с Настей, которая все же отправилась в институт, я поехал к маклеру. И вновь почти рубль потратил на извозчика. Если прикинуть, то одна дорога каждый день обходится в три, а то и четыре рубля. В месяц набегает большая сумма! Этак пора задуматься о собственном экипаже. Вложения окупятся почти мгновенно, так как транспорт только дорожает.

— Согласиться и взять у Веры автомобиль? — потер я висок, сидя в пролетке.

Моя подруга неоднократно предлагала пользоваться ее Руссо-Балтом, пока она гастролирует. Мол машина простаивает, и она на ней выезжает пару раз в месяц. Но, есть один большой минус, если на такое соглашусь. Отношение в высшем обществе, в глазах которого стану тем, кто пользуется положением и деньгами любовницы. А мне необходима репутация делового человека. Или же наплевать на всех и вся и продвигать свою линию, как мне удобно?

— Приехали, господин хороший, — пробасил извозчик.

— Любезный, благодарю, — ответил ему, рассчитался и отправился к господину Сидорчуку, гадая, каким нарядом тот меня удивит.

Вениамин Степанович помешан на моде, выписывает из Франции журналы и, подозреваю, большую часть дохода тратит на шмотье. И ведь далеко не всегда тот или иной образ приживается среди благородного общества. Некоторые одежды, демонстрируемые модельерами так и останутся в нескольких экземплярах из-за своей экстравагантности.

— Господин поручик, рад вас видеть! — широко улыбаясь, направился ко мне маклер, стоило зайти в его контору.

На господине Сидорчуке соломенная шляпа, зеленый пиджак, бежевая жилетка, красная шелковая рубаха, на шее повязан синий платок, а штаны в обтяжку и малинового цвета!

— Вениамин Степанович, вы сегодня себя превзошли, — пожимая маклеру руку, не удержался я.

— Осуждаете? — усмехнулся тот и поправил золотую цепочку карманных часов.

— У каждого свои взгляды, — осторожно заметил я.

— Верно, — покивал тот. — Мой образ таков, что дамы предпочитают заключать сделки со мной, даже если им кто-то предлагает лучшие условия. Знают, что всегда найдут во мне господина, понимающего о веяниях моды и сумеют поболтать на тему нарядов.

Хм, такое объяснение мне в голову не приходило. Возможно, в чем-то он прав, так как к такой яркой внешности и в самом деле что-то притягивает.

— Боюсь, покрой штанов пока опережает время, — заметил я.

— Знаю, — покивал Сидорчук. — Но не пропадать же добру! Поношу пока, вдруг взгляды переменятся и прослыву предсказателем модного стиля. Если же не выйдет в этот раз, то есть запасной вариант. Полюбопытствуете? — он подошел к стойке, перегнулся через нее, да так, что ткань брюк могла порваться, достал журнал и протянул мне.

Интересно, а он перед посетительницами уже так делал? Готов поспорить, что некие дамы от такого вида маклера со спины почувствовали себя дурно. Им срочно требовалось прилечь и, желательно, в кроватку господина Сидорчука. Кстати, Анастасию он пару раз пытался очаровать и предлагал ей различную помощь, в том числе и прогуляться в парке, после чего отправиться к нему домой и посмотреть на новинки женского белья. Госпожа Исаева с гневом его предложения отвергала, но с каждым разом злилась меньше. Как бы он девушку в свои сети не поймал. Еще и поэтому Настю с собой не взял. Сейчас бы стояла покрасневшая и шумно дышала. А вот на Веру ужимки маклера не подействовали от слова совсем. Как-то раз мы с госпожой Холодной сюда заехали и Вениамин Степанович, что называется, «распушил перья». Актриса ему посоветовала попытаться сняться в комедии, напророчив громкий успех.

— Журнал, конечно, интересный, бумага очень хорошая, фотографии качественные, — прокомментировал я, пролистав пару страниц. — Наверное стоит дорого.

— А вот и нет! Всего-то полтора рубля, — широко улыбнулся маклер и поспешно добавил: — Это вам по секрету говорю, обычно делаю загадочное