Пирамиды - Виталий Александрович Жигалкин

Сейчас вроде бы было проще. И Игорь вырос, стал почти самостоятельным: через три года получал диплом. Но Вадим даже представить не мог, как при сегодняшней служебной кутерьме затеять еще и кутерьму домашнюю. Бросить дом и уйти на частную квартиру? Уехать куда-нибудь подальше и начать все сначала: устроиться мастеришкой где-то на глухом карьере, жить в избе, топить печку, бегать утрами к проруби за водой? Ему-то, в его годы?! Когда им, по возвращении из-за границы, предложили квартиру в кирпичном доме, Вадим после долгих раздумий, не советуясь, правда, с Галиной, отказался: в старой квартире он мог передвигаться с закрытыми глазами, не задев ни единого угла. И мебель-то их стояла тут в каком-то раз и навсегда определенном порядке, а мысли о другом порядке казались просто абсурдными: ради чего, почему его должно не устраивать привычное, если в нем уютно и хорошо?

«А может, остаться под одной крышей, как раньше, — и жить будто в коммуналке?»

Но тогда, вольно или невольно, оставалась надежда, что со временем все опять рассосется, забудется, — и примириться с этим Вадим никак не хотел.

Галина вышла из ванной, укутанная махровым полотенцем, прикрыла балконную дверь и села на диван рядом с Вадимом, расчесывая волосы.

— Замерзла, как цуц, — сказала она. — Какой-то не сильный, но пронзительный ветер…

Она ничуть не сомневалась в том, что он бодрствует, ждет ее: как-никак, а почти неделю провел в командировке, спал один…

Он промолчал, отвернулся к стенке.

— А судьба Мишки тебя нисколько не интересует? — вызывающе спросила Галина.

Это тоже была ее манера: она провинилась, он, к тому же, давал ей это понять, но Галина никогда не оправдывалась, не просила прощения — а, наоборот, в таких случаях брала, что называется, инициативу в свои руки, нападала.

— Ты почти полмесяца не имеешь вестей о друге, — раздраженно заговорила она. — Где он, что он, может быть, ему передачи уже надо носить…

Обвинения были, конечно же, справедливые. Но из-за срыва работ на известковом карьере в эти дни до Михаила так и не дошли руки.

— Ты же знаешь, — вынужденно огрызнулся Вадим, — что я звонил, разыскивал его, думал, если угодно, даже о должности начальника производства для него.

— Спасибо! — саркастически поблагодарила Галина. — Ему предлагали должность и повыше.

— Ну так и что же ты хочешь теперь от меня?

— Хочу, чтобы ты всегда помнил, что у тебя есть друг!

— Сегодня, как я понимаю, важно, чтобы об этом — о том, что Михаил мой друг, — помнила ты.

— На что ты намекаешь?

Он покраснел — и ничего не ответил.

— И тебе не стыдно?! — совсем уж как правая начала Галина. — Я еду за него, унижаюсь, как проклятая!.. Да если хочешь знать, я застала Мишку в обществе юной пассии… Ну совсем как дочка его, Леночка… Ну, может, чуть постарше. И, что самое удивительное, действительно специалистка по пчелам!

Вадим непроизвольно повернулся на спину.

— А при чем здесь пчелы? — буркнул он.

— Вот в том-то и дело! — Галина швырнула на подушку расческу.

Она босиком прошлепала в большую комнату за сигаретами, закурила там, вернувшись, встала перед ним, как римский оратор в тоге.

— А еще у этой пассии-вдовы были кролики. Мишка свежевал одного, обучался… Рукава засучил, руки в крови… Брр…

Оказалось, что Михаил решил заняться индивидуальной деятельностью, и патент даже вроде бы уже выправил.

— Я его и так, и так, — щелчком стряхивала пепел на пол Галина. — Ему в наши дни! Тут только давай да давай! Но он посмеивается: надоело, мол, устал… На производстве, мол, хочешь — не хочешь, а все равно связан путами… Хлебанул, мол, знаю…

Заводские предлагали ему оформиться у них — начальником цеха, замом главного, — и еще какие-то льготы сулили.

— Ты-то ведь знаешь, в какое положение он их по-ставил. Взрывы на футировке стоили копейки… Но он на все — понимаешь, на все! — накручивал и свои плановые, и накладные, и полевые… А с завода сейчас эти деньги не снимают, да они и сами не хотят, производительность упадет — вот и крутятся вокруг него, уламывают…

Михаил оформился у них кем-то вроде сторожа — благо дача рядом, — за что полигон ему отдали на откуп: тут и трава, и вольеры за колючей проволокой, и ульи.

— Давай мне приводить арифметику: сколько стоит кроличье мясо, сколько мех, сколько мед… А фифа еще сидит и подсказывает ему, поправляет… В общем, он для меня пропал, как хочешь!..

Галина принесла пепельницу, раздавила в ней окурок, закурила еще одну сигарету, села в кресло, высоко положив ногу на ногу.

Вадим вдруг почувствовал, что очень соскучился по ней. Он дотянулся до ее руки, лежавшей на подлокотнике, погладил.

— Ну успокойся, — сказал он. — Давай ложись. Ничего страшного не случилось.

— Как это не случилось?! — нервно отдернула Галина руку. — Ты вот, к примеру, едешь, воюешь за общее дело, не прячешься… Времена настали другие, так ведь?!

— А посадят и в эти времена, в случае чего, только одного, руководителя, а не всех, — усмехнулся Вадим.

— Тебя-то уж не посадят, не бойся! — уверенно обрезала Галина.

Тогда он молча встал, прошел в прихожую, извлек из портфеля договор с директором завода и странно гордо сунул его Галине. Она повертела договор, подвинулась с креслом к свету, прочитала его.

— Зачем ты это сделал? — тихо, зловеще, спросила Галина, вбирая договор в кулак, как носовой платок. — Ты же бил себя в грудь: честный, принципиальный…

Вадим вырвал договор из ее рук.

— Зачем, зачем?! — передразнил он. — А ты будто б не знала? Ты будто б не видела, что у меня творится на производстве?!

— Эх ты! — брезгливо поморщилась она. — А я еще за него горой там стояла… Вот, мол, сколько лет — и не сбился… Я, может, только тем и жила, что надеялась на тебя, как на свидетельство своей неправедности… А ты?.. Ты же этого не можешь… попадешься… Как со своей теплотехникой, помнишь?

Галина дернула за угол подушку, захватила ее под мышку и, сквозь зубы пожелав доброй ночи, пошла в Игореву комнату.

Этого от нее Вадим никак не ожидал…

У нее, кажется, только сегодня, наконец, определилось что-то в их соревновании с Михаилом, — и вот он подвел ее, спасовал, сдался…

XIV

Вадим действительно попался сразу.

Он, по приезде с завода, хотел на другой же день начистоту выложить все заведующему материальным складом, подготовить того,