По ту сторону дороги - Екатерина Андреева

— А разве это не планировалось изначально?

— Что?! — Двэйн был ошарашен, да и я вместе с ним.

— Вообще-то, — подхватил Шон, — мы так и думали, только ждали, когда ты официально объявишь, а ты что-то все тянул.

— Я не…

— Послушай, Двэйн, — вступила Вэнди, — ты говорил об этих легендах больше, чем сам подозревал. Мы знаем тебя очень давно, и все поняли.

— Или ты думаешь, что мы пошли в такую даль только ради старой развалины на берегу моря? — спросила Мисс. — Хотя, мог бы объявить эту новость и пораньше, не очень-то красиво с твоей стороны дотащить нас до края света, а потом сказать, что у нас только два пути: или шлепать обратно через всю Пустошь, или отправляться в никуда!

— Я…

— Да знаем! — прервала его девушка. — Твое любимое занятие — защищать нас от правды, дабы никто не пострадал. Знаешь, Двэйн, это уже начинает надоедать, — она вздохнула и добавила спокойнее: — Но, к счастью, мы успели принять решение еще до выхода из рейта.

— Да, мы всегда знали, куда идем, — кивнула Вэнди.

— А вот и нет! — раздался недовольный вскрик. — Я-то опять ничего не знал! Почему опять я?

— Хэй, Ли, я тоже ничего не знала, — я похлопала его по плечу, но это его не успокоило:

— Почему я всегда все узнаю последним? Я рискую головой наравне со всеми, так что за дискриминация?! Я же не знал, что ты вбил себе в голову отправиться за море!

— А ты бы отказался, если бы знал? — усмехнулся Двэйн.

— Нет, но…

— И собираешься завтра сесть на поезд?

— Да, но…

— Вот и все, — он дружески хлопнул Ли по спине, — ты с нами, нечего тут вопить.

— Но…

— Я не сомневался, что ты согласишься.

— Да откуда тебе знать?! — Ли потряхивало от негодования. — Почему меня никогда ни во что не ставят? Только потому, что я младше?

— Ли…

— Всем плевать, что я думаю, чего я хочу! Всем вообще плевать, буду я здесь, или в рейте, или где-то в лесу! Никто и не заметит, если я уйду! Всем всегда было плевать!

— Неправда! — горячо возразила Вэнди. — Мы же одна семья, Ли! Мы тебя любим и всегда…

— Меня всю жизнь выбрасывали…, — его голос задрожал, — как мусор какой-то! И… и вы такие же! Мое мнение никого не интересует! И знаете, я вообще ухожу! Не надо мне ни ваше море, ни поезд, ни рейт, вообще ничего!

Он подхватил свой рюкзак и стремительно зашагал в обратную сторону. Я с ужасом посмотрела ему вслед, и уже собиралась броситься вдогонку, как меня перехватили за плечо.

— Подожди, — тихо сказал Двэйн. — Я сам с ним поговорю.

И старший быстрым шагом отправился за Ли. В лесу зазвенела неуютная тишина.

— Ну, — протянул Шон, — давайте пока разведем костер. Не будем же мы тут стоять просто так. Они и сами разберутся.

— Я знала, что идти сюда с ребенком, было ошибкой, — пробурчала Мисс, но озабоченно посмотрела в сторону ушедших.

— Да ладно тебе, — улыбнулся Шон, — держу пари, ты была кошмарным подростком. Сколько раз за день ты устраивала истерики? — он усмехнулся, а Мисс разразилась недовольными восклицаниями.

Вэнди тронула меня за локоть и потянула за собой:

— Давай соберем дров. Когда Ли и Двэйн вернутся, мы сможем угостить их вкусным примирительным ужином.

Девушка улыбнулась, и я постаралась ответить тем же.

Мы с Вэнди молча бродили вокруг деревьев, собирая сухие ветки. Я постоянно прислушивалась, надеясь уловить голоса Двэйна и Ли, но ничего не слышала. Неужели они ушли так далеко? Нельзя разделяться, особенно в такой близости от ЦиТадели. И о чем они говорят? Ли прав, с ним поступили нечестно. Неудивительно, что он почувствовала себя обманутым…

— Перестань, Лис, — раздался мягкий голос Вэнди, — я практически слышу все твои взволнованные мысли. Двэйн сможет успокоить Ли, поверь мне. Наверное, он единственный, кто может.

— Давно Ли живет у старшего? — я разогнулась, потирая затекшую спину.

— Лет пять, кажется, — Вэнди задумалась. — Ему было около десяти, когда Двэйн нашел его.

— Я не понимаю, как его могли потерять в лесу? Это же…

— В Пустоши дети часто теряются, — с чуть заметной дрожью ответила Вэнди. — Чаще всего они погибают. Некоторых ловят и отправляют в Цветной городок, другим везет больше — их находят рейты. Но таких, конечно, единицы.

Я тяжело вздохнула и задумчиво посмотрела вдаль, представляя то, чего совсем не хотелось бы.

— Но даже попасть в Цветной городок лучше, чем к сарассерам, — девушка вздрогнула.

— К кому? — за все время жизни в рейте, я впервые слышала это слово.

— В рейтах и об этом говорить не особо любят, может, и зря. Сарассеры — воры, вот только им интересны не продукты или лекарства, и не карточки с баллами и кодами, а беспризорные дети. Они как падальщики рыскают там, где произошла бойня, и ищут детей, за которыми не досмотрели в сумятице или которых поспешно признали мертвыми. Мы не знаем, зачем они забирают детей и где живут. Они очень хорошо умеют прятаться в лесу. Возможно, они обучают их разбою, не знаю. Никому из нас не приходилось встречаться с такими детьми, по крайней мере, так, чтобы мы знали об этом. Но сарассеры никогда не нападают на рейты или отряды изгнанников, они забирают только одиночек и только детей.

— Может, он просто помогают им, воспитывают? — предположила я.

— Но почему тогда они не обращаются к рейтам, не ищут оставшихся родственников? Все, кто когда-либо попадал к сарассерам, больше не появлялся. И нам остается только собирать о них сплетни.

Я содрогнулась при мысли о том, что эти люди могли делать с невинными детьми.

— Ужас, — тихо сказала я, и после небольшой паузы добавила: — Джоанн тоже нашли в лесу…

— Да, может, поэтому