Волчья балка - Виктор Иванович Мережко

— Иван Богданович.

— Давно не видел сына, Иван Богданович?

— Получил расчет, днем приехал, утром снова в город.

— В курсе, что его побили по дороге на электричку?!

— Кто?

— Какие-то лихие залетные… Причем одни отбуцкали, другие тут же вынырнули на выручку.

— Подстава, что ли?

— Похоже.

— Мать бы его… — со зла плюнул на сухую землю Лыков-отец. — Хотел же дать оружие, так нет, смандражировал, старый пень.

— Личное?

— Наградное. Я же тоже бывший мент.

— В курсе… Но с оружием у парня могли бы возникнуть проблемы.

— А ежели б пришибли?

— Сложный вопрос. Я вот недавно помахал пушечкой, чуть за решетку не задвинули, — Семен Степанович с иронией посмотрел на пенсионера. — Пистолет при тебе?

— Ума хватило не брать, — соврал тот. — А так определенно кого-нибудь уже поставил бы на мушку.

— Серьезный ты человек, Иван Богданович.

— Ты тоже не юморист, капитан. Я ведь в курсе твоей проблемы… Новостей никаких?

— Мы с тобой в одном положении.

Помолчали, глядя то на перегруженный фурами большак, то на парней, которые лениво маячили возле мотоцикла, Иван Богданович вернулся к прежней теме.

— Сын кого-нибудь запомнил?.. Из тех, кто нападал.

— Не в курсе. А с теми, кто выручил, покорешился.

— Известно, кто такие?

— Игорешка как-то обходил этот вопрос, а лезть со своим интересом не хотелось. Можно спросить у хлопцев, — кивнул Бурлаков в сторону мотоциклистов.

— Кто такие?

— Пес их знает, сам еще не разобрался. Один крутой, другой попроще.

— Кликни.

Капитан достал из кармана тужурки свисток, коротко свистнул. Виталий и Володя оставили байк, нехотя подгребли к сидевшим.

— Это Иван Богданович, отец Игоря, — разъяснил Бурлаков.

— Оп-па! — глуповато удивился Володя Гуськов. — Вы тоже его ищете?

— Что значит — тоже? — вспылил Бурлаков. — Отец! Кто еще будет искать?

— Мы тоже не знаем, куда он подевался, — мрачно заметил Виталий.

— А ты спроси у своего папки! — вдруг вспылил капитан. — Может, он в курсе?

— А если спокойнее?

— Нельзя спокойнее! У человека беда, а ты тут рассуждаешь! Достань родителя, припри к стенке, заставь сознаться. Он же, сволочь, про многое знает! Узнай!

— У вас получилось?

— Не получилось, о чем сожалею. Так помоги ты, если не до конца стал таким же, как отец! Доберись до его подельников, до которых черта с два доберешься!

— Доберусь, — спокойно пообещал Глушко-младший, затем обратился к отцу Игоря, вдруг заявив: — Я могу помочь вам.

— В чем? — не понял тот.

— Рассчитаться с отцом.

— О чем тебя как раз просят.

— Я о другом. Я готов убить.

— Кого?

— Отца.

— Родного отца?

— Да, родного. Даниила Петровича.

— Ты чего, совсем, хлопец? — согнал тот брови в кучку. — Чего гонишь? Как это, убить?

— Нормально убить… У вас есть оружие?

— Или издеваешься, или крыша у тебя совсем того.

— Говорю серьезно. Отец про многое знает. И про вашего сына Игоря тоже.

— Ну, так заяви в полицию!

— Смешно, — Виталий с раздражительным презрением взглянул на Лыкова-отца, отмахнулся. — Ладно, проехали.

— Чего проехали? — не отставал тот. — Если есть доказательства, факты — действуй, шуруй! Не пугай тут пенсионеров своими фантазиями, решись на что-то дельное.

— Уже решился, — кивнул Глушко-младший.

— Виталь, правда, кончай! — вмешался Володя. — Хватит грузить людей не по делу.

— Как это, не по делу! — возмутился капитан. — Что знаешь про Игоря?

— Ничего не знаю, — огрызнулся Виталий. — Фантазии.

— Когда ты его видел последний раз?

— Тогда же, когда и вы.

— Так чего полощешь языком?.. Может, все же от отца что-то пронюхал?

— Ничего не пронюхал. Догадки. Будет что-то путное, обязательно доложу, товарищ капитан. — Глушко-сын кивнул Володе: — Поехали.

— Погоди, — Иван Богданович поднялся, подошел к нему. — Ты что-то не договариваешь, хлопчик. За что хочешь убить отца?

— Есть за что. Семейное, — Виталий снова махнул приятелю. — Все, вперед. Хватит гонять порожняк. Салют!

Уселись на мотоцикл, Виталий сбросил подножку, дал по газам, резко вырулил к трассе, и вскоре они скрылись в плотном потоке.

— Колбасит парня, — произнес Бурлаков, глядя вслед удаляющимся байкерам.

— Причем основательно, — согласился Иван Богданович. — Правда, встречался с его отцом?

— Чуть не пристрелил.

— Что помешало?

— Что помешало? — переспросил Бурлаков. — Надеюсь, что еще увижу внучку.

— Меня тоже это держит на белом свете, — согласился Лыков-отец. — Но если дойдет до крайности, никому пощады не будет…

В машине было четверо — за рулем Ираклий, рядом Игорь, на заднем сиденье два насупленных качка. Ехали молча, напряженно, и лишь когда иномарка тормознула за пару кварталов до областного управления полиции, Ираклий спросил:

— Сколько ждать?

— Сколько нужно, — бросил Лыков, намереваясь покинуть салон.

— Э, подожди, не дергайся, — придержал его кавказец. — Телефон тебе Ахмет дал?

— Руки убери… Дал.

— Хорошо, убрал, — Ираклий демонстративно потер ладони. — Договоримся так: каждый полчаса звонишь. Понял?

— А если не позвоню?

— Плохо шутишь, много заплатишь… Будем ждать здесь.

Игорь шагнул из машины, быстро пересек небольшой сквер, вышел на улицу, идущую к управлению, оглянулся… Машина с Ираклием и парнями слегка подтянулась следом, потом остановилась.

На светофоре перебежал на другую сторону, легко поднялся по ступенькам к тяжелым центральным дверям, уступил дорогу вышедшему