Бегущая вода - Гу Щу

– Фэй Ю другой. – Сяо Бай взглядом умолял Фэй Ю о помощи.

– Я не могу обещать тебе этого, Сяо Бай, – равнодушно ответил Фэй Ю. – У жизни и смерти своя судьба, и даже лекари иногда бессильны. Но…

– Но?

– Эти люди действительно все еще живы, – уверенно ответил Фэй Ю. – Хотя у них нет ни биения сердца, ни дыхания, они не мертвы, но они кое-что потеряли.

– Это же хорошо! – произнес Сяо Бай. – Фэй Ю, пожалуйста, начни лечение сейчас же!

– А спросить, что именно они потеряли, ты не хочешь?

– Неважно, что они потеряли. Ты же найдешь это и вернешь обратно, правда? – Сяо Бай посмотрел на Фэй Ю взглядом, полным надежды. – Я верю в твои медицинские навыки.

– Все не так просто, – ответил Фэй Ю. – Возможно, я не смогу найти то, что они потеряли. Но, как ты и сказал, мы можем попытаться.

– Погодите, молодой господин, что вы такое говорите? – Глаза ребенка округлились, когда он это услышал. – Разве вы не видите, что эти люди «окоченели» и выглядят как корни очень старого дерева?

– Это просто видимость, – ответил Фэй Ю. – Между жизнью и смертью очень тонкая грань.

– Я не верю в это, – ребенок поджал губы.

– А веришь ли ты в существование бессмертных небожителей? – спросил Сяо Бай ребенка.

– Бессмертных… – Ребенок колебался. С детства он часто слышал рассказы о небесных существах от дворцовых слуг.

В этот момент Фэй Ю прижал палец к губам, призывая их не издавать ни звука. Внезапно десятки свечей в зале Вэньсы одновременно погасли. Зал погрузился в темноту. Только бледный лунный свет на горизонте освещал иссохшие лица «окоченевших» людей. Казалось, словно на них наложили заклинание неподвижности.

Сяо Бай ощутил странное давление в груди.

– Поднимайся.

Фэй Ю протянул ладонь, медленно провел по «окоченевшему» лицу и что-то тихо прошептал. Его голос был низким и тягучим, как журчащий в лесу ручей.

– Молодой господин, с кем вы разговариваете? – Ребенок пребывал в ужасе и собирался что-то сказать, но его вовремя остановил проницательный взгляд Сяо Бая.

В этот момент «окоченевшее» тело как будто растаяло и слегка задрожало.

– О нет, кажется, рука живого трупа… двигается! – Ребенок прикрыл рот от испуга.

Фэй Ю яростно на него посмотрел, но было уже слишком поздно. Ребенок увидел, что «окоченевший» мужчина медленно встает с соломенной циновки. Мальчик попятился. Сяо Бай сразу понял, что это был самый первый пациент-музыкант. Он казался живым, но его кожа сморщилась и словно иссохла, что сильно отличало его от обычного живого человека.

Сяо Бай не знал, как Фэй Ю смог найти самого первого пациента из более дюжины «окоченевших». Конечно, это могло быть простым совпадением.

«Окоченевший», казалось, бессознательно повернул голову, медленно встал и пошел в сторону маленького мальчика. Ребенок вплотную прижался к стене, чувствуя, как по спине стекает холодный пот.

Сяо Бай поспешно инстинктивно закрыл ребенка своим телом.

Фэй Ю схватил его за руку, как бы давая знак, что все в порядке. Ребенок поднял взгляд на «окоченевшего».

Тот тоже смотрел на мальчика, но взгляд его был пустым и отстраненным.

Ребенок внезапно вспомнил, как когда-то его отец сделал ему деревянную игрушку солдатика. Он держал его в руках и передвигал игрушку по своему желанию. «Окоченевший» перед ним был очень похож на того деревянного солдата. Его взгляд словно проходил сквозь мальчика, и на самом деле он смотрел куда-то вдаль. А за ним будто была спрятана пара невидимых рук, передвигающая фигурку в своей игре.

Ребенок был так напуган, что не смог сдержать крик ужаса. Но, к счастью, Сяо Бай был быстрее и вовремя прикрыл своей ладонью рот мальчика.

«Окоченевший» остановился, и лунный свет странным образом отразился на его лице.

Через некоторое время он продолжил подходить к мальчикам.

Сяо Бай уже думал, что, если пациент нападет на них, ему ничего не останется, только как оттолкнуть ребенка в угол и начать драться.

Однако в этот момент он увидел Фэй Ю, протягивающего ладони к «окоченевшему», словно он приветствовал своего старого друга, и выглядела эта сцена как некий танец во время жертвоприношений.

– Подойди ко мне.

Возможно, это была какая-то иллюзия – в лунном свете лицо Фэй Ю еще больше побледнело, став цвета гардении, а глаза стали прозрачными.

«Окоченевший» повернулся и послушно пошел на его зов.

Сяо Бай крепко сжал руку ребенка и внимательно наблюдал за действиями Фэй Ю. Он боялся, что, если его друг не будет осторожен, ситуация может неожиданно измениться, поставив под угрозу безопасность мальчика.

– Вернись, – пробормотал Фэй Ю, указывая на дверь зала Вэньсы. – Вернись туда, откуда пришел.

В этот момент произошло еще более странное событие. Не только музыкант, но и другие «окоченевшие», которые лежали на соломенной циновке, поднимались один за другим и шли по стопам первого по направлению к двери. Они безмолвно волокли свои тела. Было ясно, что они не проснулись, но что-то контролирует их.

Фэй Ю опустил руки только тогда, когда последний «окоченевший» скрылся из виду.

– Все хорошо, можете выйти. – Он подал знак Сяо Баю.

Ребенок был так напуган, что его лицо побелело, а ноги дрожали как солома, и только благодаря поддержке Сяо Бая он не рухнул сразу на землю.

– Как ты это сделал? – с любопытством спросил Сяо Бай.

– Что сделал?

– Заставил этих людей повиноваться твоим приказам.

– Как я могу заставить кого-то повиноваться?

– Но я собственными глазами видел, как они вышли один за другим, – ошеломленно произнес Сяо Бай. – Если бы не ты, даже представить боюсь, что могло бы случиться с этим мальчиком.

– Я не могу никого заставить подчиняться мне, я просто указал им направление.

– Направление? Какое?

– Болезнь же как-то оказалась в нашем мире, не так ли? У всего всегда есть причина, – спокойно ответил Фэй Ю. Его глаза больше не были прозрачными и вернули свой естественный цвет. – Всегда есть причина. Я просто указал им направление к ней.

– Кажется, я снова не понимаю, о чем ты говоришь.

– Неважно, понимаешь ты или нет. Нам надо проследить за «окоченевшими».

– Точно.

Сяо Бай вдруг словно пришел в себя и побежал за толпой «окоченевших». Он очень удивился, обнаружив, что пациенты разделились перед залом Вэньсы и медленно разошлись в разные стороны.

К счастью, люди во дворце боялись заразиться, и после наступления темноты прятались в своих комнатах. Иначе они стали бы свидетелями довольно странной картины.