Осень - Любовь Фёдоровна Ларкина

И Н О С Т Р А Н Ц Ы

На родной земле мы – иностранцы!

Только с визой едет муж к жене.

Что же это делается, братцы?

Шли к свободе, а пришли к тюрьме!

Лишь по визе внук увидит деда.

Только с визой пустят к сыну мать.

И бесчинствам этим нет предела.

Даже рыбы станут тут роптать!

По удельным княжествам распалась

В мире величайшая страна!

Потрясённая, стоять осталась

Где-то за кордонами одна…

П Р О С Н У Л И С Ь

Мы спать легли в России,

Проснулись в закардонье.

Нас власти не спросили

О том в хмельном застолье.

19/03 – 2014 г.

Н А Р Ы Б А Л К Е

В тени под елью сонной

С внучатами сижу,

А на лугу зелёном

Всё слышится: ж-жу-ж-ж-жу…

Весёлая речушка

Сверкает серебром,

Вихрастая девчушка

Играет с ветерком.

В кустах притих Юрасик.

Мелькает поплавок:

«Давай-ка клюй, карасик!»

Мальчишка даже взмок.

Над ним мычит корова,

А он и нем, и глух…

У-р-а! И пленник новый

Водою плещет в луг.

Румяный, словно пряник,

Мой милый голышок,

Опять шалит Виталик,

Запутав мой клубок.

А егоза Наташа

Поймала стрекозу…

Давай, шалунья наша,

Я нос тебе утру!

2006 г.

М А С К И

Они давно меня тревожат

Сих масок лживые черты,

Но время их усердно множит,

Вселяя алчные мечты.

Златые призраки двулики –

Увянут алые цветы

Под гнётом злобной повилики,

Померкнут красные кресты.

И вот над пареньком рабочим

С румяным, ласковым лицом

Висят и давят злата очи,

Налиты злобой и свинцом..

Бренчит валюта по карманам,

В Экстронахальный дикий век

И стал теперь рабочий ханом –

С душком растленья человек.

Он всюду призраком маячит,

И в лапу с умыслом даёт,

Берёт же лапой плутовато, -

Ворами кто их назовёт?

Но тот, кто чист, но не речист

Живёт по принципу и скромно,

А кто смелее и плечист, -

Вражда меж ними беспардонно…

Да! Сытый сытого поймёт:

Голодных, кажется, не стало!

Но тот, кто брюхом лишь живёт,

Плодит такого ж мрака сало.

07/10 – 1979 г.

С К О Л Ь К О?..

Запрокину голову –

Надо мною лес

Подрумянен солодом

Мартовских небес,

Пересыпан спектрами,

Перевит лучом.

Паутинки светлые

Над моим плечом.

Я иду и чувствую

За моей спиной

Силушку могучую,

Травяной настой,

Сосен шаг уверенный,

Птичий хор в ветвях…

Сколько мне отмерено

На земных путях?

Сколько вёсен сбудется?

Сколько зим пройдёт?

Слюбится, разлюбится?

Знать бы наперёд!

Только где искать тебя,

У каких свечей? –

Знать бы да покаяться

На твоём плече.

2006 г.

П Р О С Т О Е Ч У Д О

Октябрь над дорогой остылой

Шуршит под телегой скрипучей.

Плетусь я под небом постылым,

Гонимая ветром колючим.

Вот озеро оком стеклянным

Уставилось небу под ноги,

И день, как солдат оловянный,

Стоит и ни шагу с дороги.

Кустарник продрогший и серый,

Как будто бы пеплом посыпан,

И пахнет листвой перепрелой,

А лес весь ветрами ощипан.

И, словно я лебедь, ослепши,

Не знаю, как в небо подняться,

Что б крылья сложить напоследок

И жизнь отпечатать на камнях…

Вдруг крупные хлопья снежинок

На стылую землю слетели,

И лес, и поля посветлели,

Как будто к венцу их одели.

О, Боже! Ну, надо ж – бывает!

Когда в безысходность такую,

Тебя, как крестом, осеняет

Простое житейское чудо.

Х Р А М Д У Ш И

Души заветный чистый храм,

Непознанный и неприступный.

В пучинах жизни наших драм

Терялись личности и судьбы.

И не забыть нам прошлых ран

И тех, кого мы просто губим:

Будить нас станут по утрам

Их тени перезвоном трубным

08/09 – 2010 г.

В М Е Т Е Л Ь

Когда в осеннюю распутицу

Вдруг станет холодно тебе,

Возьми меня в дорогу спутницей,

Звездой единственной в судьбе.

Вечереет, разыгралась вдруг метель,

За окошком белоснежная купель.

По овражкам, по дорожкам гололёд.

Видно милый на свиданье не придёт.

Ни за что не усидеть мне за столом –

Зимней стужи надоевшее лото…

Рукавицы, спицы, мама и кино

Не удержат меня дома всё равно.

Не сидится мне в тепле. Но кто поймёт

Что лишь мне одной метелица поёт?…

Белоснежная всё пляшет и шалит.

Свет фонарика качается, дрожит.

Как хотелось бы фонариком светлеть,

Освещать дорогу в злую круговерть,

Быть подобием морского маяка,

Освещать дорогу всем издалека,

Что бы с курса не сбивались корабли…

За окном метель всё пляшет: ай, люли!

1970 г. – 2011 г.

Р О Д Н И К И

Родники души заветные,

Кто заглянет в вашу синь,

Тот найдёт рассветы светлые

Или горькую полынь.

А в другом – сумятиц всполохи,

Лепестки любви иль страх…

Ой! Какие ж люди олухи:

Помешались на ветрах!

Как на грех, ветра всё разные:

То на запад, то на юг,

А слова всё больше праздные

И всё лживее, мой друг!

Ч У Ж А Я Б О Л Ь

Стонали сосны, ветер выл,

Ломались ветви, угрожая,

А месяц плавно в небе плыл

Над эпицентром урагана.

Бывают бури наших дней,

Кто рядом, их не замечают,

Когда он сядет сам на мель,

Тогда чужую боль признает.

Когда беда настигнет нас,

Мы у друзей защиты ищем,

И лишь тогда, и только так

Чужая боль нам станет ближе.

09/09 – 2010 г.

З Н А М Е Н Ь Е

В небе с самого рассвета

Собирается гроза…

Где ты, друг, скажи мне: где ты?

Я ищу твои глаза.

Вновь предчувствую знаменье!

В лёгком звоне ветерка

Есть неясное смятенье,

Есть сосущая тоска…

Блеск короткий! – И растерзан

Змеем огненным сосуд.

Отошла душа от тела

И летит на Божий суд.

Сиротливо бьётся сердце,

Обливается слезой.

Без души мне не согреться

И не справиться с бедой!

О С Е Н Н Е Е У Т Р О

Иду, а на улицах сонных

Деревья озябшие дремлют,

Грустят хризантемы в газонах,

Полощется знамя на древке,

И колкая инея пудра

Играет зари перламутром,

И воздух осеннего утра,

Пропитанный свежестью хрупкой.

Иду… Веселеют аллеи.

Домов всё отчётливей лица,

И окна от солнца алеют,

И вьются над крышами птицы.

О Д Н А Ж Д Ы

Однажды, лукавым рассветом

Ко мне подошёл мужчина,